Курсант
Шрифт:
— Я в тебе нисколько не сомневаюсь. Просто во время боя Наоки вдруг понял, что этот способ ускорения нашего развития обязательно выйдет боком. Вот и придумал другой, правильный. А «кукол» использовал для создания заклинаний переноса регенерации и сопротивлений. К сожалению, алгоритм раскачки последних получился жестковатым, так что ближайшие дней десять тренировки будут просто адскими.
— О-о-о!!! — услышав слово «сопротивлений», сладострастно застонала она, пропустила мимо ушей последнее предложение и рассмешила: — Я вся твоя! В смысле, переноси и то, и другое. Прямо сейчас. Иначе
Глава 6
Часть 1
28 апреля 850 г. от ОВД.
…Матушка возникла на пороге комнаты отдыха ближе к концу завтрака. Увидев на ее лице ехидную улыбку, я недоуменно нахмурился и ушел в себя, чтобы еще раз проанализировать утренние новости и понять, какая из них хотя бы теоретически могла кого-то порадовать. Увы, ни тяжелые бои практически на всей линии соприкосновения войск Белого Союза и Большой Пятерки, ни вступление в мировую войну шести стран Центральной Африки отнюдь не на нашей стороне, ни ночные бомбардировки нефтеносных районов Арабского Халифата в принципе не могли иметь «положительного» второго дна. Ну, а четыре удачные диверсии, проведенные нашими спецслужбами в тылу врага, нивелировались семью ответными.
Нет, теоретически отставную «Валькирию» могла порадовать новость о вчерашнем подъеме Истомина на шестую ступень ранга мастер, но с этим не билось ехидство. А единственная новость, способная вызвать такое чувство — крайне неудачное падение Ларса на полосе препятствий — не могло вызвать улыбку, ибо он поломался настолько серьезно, что был отправлен лечиться к Валентине Алексеевне. В общем, поломав голову, но так ничего и не придумав, я вышел из режима «замедления времени» и ответил на приветствие родительницы. А после того, как она сняла верх от делового гражданского костюма и уселась на отдельно стоящий стол, невольно залюбовался ее лицом.
Следующие пару-тройку минут «Светлана Романовна» действовала на нервы веселым предвкушением, появившимся во взгляде, и слишком уж многозначительным молчанием, поэтому в какой-то момент я забил на остатки гарнира и сделал «первый пристрелочный выстрел»:
— Как прошел вчерашний прием?
— Если очень коротко, то скучно… — поморщилась она, почувствовала, что столь лаконичный ответ нас не удовлетворил, и нехотя дала значительно более распространенный: — Практически все приглашенные, за исключением нескольких дипломатов, вели себя идеальнее некуда. А перепившего военного атташе Австралии заткнула наша Раиса Александровна — затолкала придурку в пасть его же фуражку и отправила трезветь… пинком по развесистой заднице.
Народ слегка развеселился, а я — нет. Так как знал эту женщину с детства и видел, что поднятая тема никак не связана с ее хорошим настроением. Вот и «выстрелил» второй раз. Естественно, врубив портативную «глушилку»:
— А что с хорошими новостями с полей войны?
Тут матушка чуть-чуть посерьезнела:
— Особо хороших, вроде как, пока нет. Но Мирослава Михайловна была в прекраснейшем настроении и по секрету поделилась кое-какими цифрами…
Тут мы затаили дыхание и трудом дотерпели до конца затянувшейся паузы:
— … за последние пять дней наши войска перемололи почти четыреста тысяч
— Я бы добавила еще два немаловажных пункта! — внезапно подала голос Эиру. — Фактическое обнуление торговли с государствами, воюющими против нас, вызвало понижение цен на энергоносители, топливо, продукты и многие товары народного потребления. Что очень неслабо сказывается на энтузиазме простолюдинов. А подключение к конфликту почти полутора сотен частных военных компаний, принадлежащих самым влиятельным аристократическим родам стран Белого Союза вынуждает шевелиться все остальное дворянство.
— Все верно… — согласно кивнула моя родительница и… добавила в эти бочки меда по ложке дегтя: — Но не все так радужно, как выглядит на первый взгляд: для того, чтобы уронить цены, главам государств пришлось надавить на производителей, крупных промышленников, торговые сети и так далее, что не могло не вызвать соответствующее напряжение. А отправка части родовых дружин в лагеря подготовки к участию в боевых действиях поспособствовала росту преступности…
Пока они обсуждали текущие проблемы, я ждал появления «старшей сестренки». А когда понял, что она задерживается слишком сильно, выстрелил в центр артиллерийской «вилки»:
— Кстати, а куда подевалась Раиса Александровна?
Матушка едва заметно наморщила носик и попробовала выскользнуть из-под атаки:
— Скоро будет…
Но я заметил добрый десяток мелких свидетельств «неискренности», так что нанес добивающий удар:
— А что за сюрприз она нам приготовила?
— Расскажу… — нехотя пообещала она, взглядом показав, что я крупно попал. И добавила: — Чуть позже…
…Для того, чтобы увидеть сюрприз Суккубы, нам пришлось спуститься на минус второй этаж. На нем я еще не бывал, поэтому, оказавшись в фойе, с интересом огляделся и пришел к выводу, что ничего не потерял — интерьер этого помещения абсолютно ничем не отличался от любого аналогичного. Что, в общем-то, было вполне понятно. Потом матушка «улыбнулась» терминалу СРЛ, сдвинула в сторону массивную дверь, первой перешагнула через порог, сделала шаг в сторону, врубила портативную «глушилку» и плавно повела рукой:
— А вот и наш новый транспорт…
Не знаю, как девчата, а я среагировал не на смысл фразы, а на интонации. Так что приподнялся на цыпочки, кинул взгляд поверх голов ускорившихся девчонок и озадаченно хмыкнул — угловатые армейские «Росомахи» не могли зацепить «Светлану Романовну» за душу!
Тупил секунд двадцать-двадцать пять. До тех пор, пока не оказался в подземном гараже и не увидел взгляд «старшей сестренки», направленный на один из восьми абсолютно одинаковых внедорожников. А дикая смесь из гордости, предвкушения и веселья объяснила ВСЕ. И заставила переместиться к Суккубе. Скачком. А в точке выхода выпалить напрашивавшийся вопрос: