Курмахама

Калинина Надежда Дмитриевна

– Ты ведь едешь косить? – как нечто само собой разумеющееся поинтересовался за день до отъезда

Запевалов у Генки.

– Нет, – немного удивлённо ответил ему Генка, – практикантов не берут.

– Возьмут, – безапелляционно заявил Запевалов и помчался к Генкиному начальнику Сковрчагину. Желанием Генки ехать в деревню он даже не поинтересовался.

И точно. В конце рабочего дня Скворчагин подозвал Генку к себе. Морщась, точно съел что-то весьма невкусное и очень несвежее, он объявил

Генке – тот едет вместо Симоновой, потому что «у Симоновой больная мать, оставить её не на кого, а Генка молодой, неженатый, поэтому и мать у него должна быть молодой и неже…, то есть здоровой. В общем, хочешь нормально закончить практику, не рыпайся и делай, что говорят». Тем более что делать-то ему всё равно в лаборатории нечего. Пусть хоть пользу какую-то бюро принесёт. Генка не сопротивлялся – разве можно противостоять Запеваловскому напору? Всё равно, что солнечных зайчиков руками ловить.

Конец ознакомительного фрагмента.