курьер.ru
Шрифт:
— Вот как! И что придет на ее место?
— Новый Мировой Порядок, как его видит Америка: жесткий диктат США, основанный на подавляющем техническом превосходстве. Но для этого Америке надо победить главных конкурентов — Россию и Китай. И победить — заметь это! — не в глобальной ядерной войне и не в ограниченной классической войне, а именно в рассредоточенной, сетевой войне. Понимаешь?
— Примерно. Как ни крути, а инициатива опять у янкесов. И как они видят ситуацию?
— Правильно видят — именно так, как я тебе описал. Главным врагом Америки становятся
— Как штатники собираются отвечать? Тоже партизанскими отрядами? — спросил Шинкарев.
Нетрудно было понять, что проектируемые горные крепости — как раз и есть те самые центры китайской « полицентрической сети ».
— Э-э-э, нет! — ответил Чен. — С той стороны никакой партизанщины. Что поделаешь, не верят американцы в идеологическую твердость своих граждан, предпочитают проверенную комбинацию: «Финансовая мощь плюс военная техника плюс технологии управления».
— Если против партизан, значит, карательные отряды? Гестапо?
А как еще мог сформулировать вопрос человек, проведший школьные годы под советским серпом и молотом? Чен его понял — в сущности, они говорили на одном языке.
— Что-то вроде этого, — ответил китаец. — Конечно, «неогестапо», соответствующее электронному веку. Военная концепция янкесов называется Джей-Ви Две тысячи десять[60]. На действия «новых партизан» они отвечают всемирной организационно-технической системой подавления — Эн-Си-Дабл-Ю[61].
«Даже всемирной? А не подавятся?»
— И что это за система?
Андрей снял пиджак, зацепив пальцем за петельку, закинул его за плечи. После дневной влажной жары ночной бриз приятно холодил тело. Шинкареву было немного стыдно за свое невежество — но тем важнее вытянуть из Чена все, что тот знает.
— Состоит она из трех элементов, условно называемых «сенсорами», «штабами» и «исполнителями», — меж тем продолжал китаец все на том же сухом английском. — «Сенсоры», или каналы сбора информации, объединяются в общую сеть — Ди-Ай-Джи[62].Предусмотрены спутниковые системы, перехват компьютерных данных, шпионская сеть — короче, весь джентльменский набор. Вся информация пойдет в «штабы» — обрабатывающие центры. При обнаружении «партизан» поступит приказ «исполнителям» — зондеркомандам быстрого реагирования. Так и будут воплощаться «гуманитарные принципы политической корректности ».
— В отношении Китая?
— Китая в первую очередь[63]. Но и России тоже. Наши страны упекут за особенно плотную «информационно-карательную решетку». Но давить будут всех.
— Грязная игра, тебе не кажется?
— Вовсе нет. Упрекать американцев смешно. Они думают о своих интересах. И всем остальным о своих интересах следует позаботиться самим.
— А Китай собирается реагировать?
— Он уже реагирует.
— Как?
— Многовекторно — по законам сетевой войны. Одно из действий — выдвижение в сопредельные
— Триады? — первое, что пришло в голову Андрею.
— Типа триад, но гораздо мощнее. Но это другой вопрос. В общем-то, не мой.
— Извини, но кое-что не сходится. Мы готовим поставки солдат, если говорить прямо, против мусульманских повстанцев. Иными словами, для антипартизанской войны. Выходит, мы с янкесами в одной лодке? Вместе воюем?
— Э-э-э, нет! Кто такие мусульманские повстанцы, как по-твоему? В восприятии американцев, я имею в виду? — спросил Чен.
Шинкарев вспомнил американца, который разговаривал с ним в офисе «Лорал».
— Ну... не знаю. Партизаны, наверное. Сепаратисты.
— Ни хрена подобного! Не партизаны они, а каратели! Штатники натаскивают мусульман, как своих будущих овчарок. Именно исламисты и составят костяк «зондеркоманд быстрого реагирования». Ты понял?
— Понял, что ж не понять?
И верно — за примером далеко ходить не требовалось. В августе 1999 года ваххабиты вторглись в Дагестан именно как каратели — намереваясь наказать Российскую Федерацию за прекращение транспортировки нефти через территорию Чечни.
Чен остановился, поглядел назад, потом поднял руку, увидев приближающееся такси.
— Ладно, Эндрю, мы почти пришли. Ты иди на яхту, а я съезжу на прием. Посмотрю, как там с охраной.
— Привет Ши-фу. И Патриции.
— О'кей! Вот тебе ключ. Пистолет в баре за бутылками. Никуда не отлучайся.
В этот момент рядом остановилось такси. Чен уехал, Андрей двинулся дальше. Не торопясь, он шагал по темной улице. Полиции не было видно — лишь один раз вдалеке мелькнул синий маячок патрульной машины.
Уже сидя в машине, Чен сделал звонок господину Димитриадису. Он сообщил, на каком причале тот может найти яхту, на которой киприота не ждет русский курьер — капитан запаса Андрей Николаевич Шинкарев.
Глава двадцать четвертая
В марине было оживленно — на некоторых яхтах горел свет, играла музыка, на палубах и на пирсе виднелись компании. Светились окна небольшой гостиницы, на первом этаже работал бар.
«Зайти посидеть? А пистолет за бутылками? И Чен сказал — не отлучаться».
На соседней яхте гуляла шумная компания, на пирсе дымился мангал с барбекю. В салоне своей яхты было темно, тихо, от иллюминаторов протянулись голубые полосы лунного света. Заперев дверь, Шинкарев достал из бара пистолет, улегся на диванчик, закинув руки за голову. Снаружи доносились хмельные возгласы, мелодичный женский голос, становящийся все более и более двусмысленным, а потом и совсем недвусмысленно называющий те места, до которых удалось добраться мужской руке.