Купидон с топором

Юнина Наталья

— Ляжешь на него и отплывешь на середину озера?

— С ума сошла?! Лягу на него и просто засну, на суше в смысле. Беруши есть?

— Неа.

— А у вас, Илья?

К сожалению, нет, — копаясь в полке, и делая вид, что занят поиском какой-то важной вещицы, с досадой произносит Илья.

— Ну и ладно. О, а вот и вся команда в сборе. Сережа, можно чуть побыстрее, кто разбудил меня в такую рань и в очередной раз втирал про полезное солнце?

— Мы все, — весьма сдержанно произносит папа. Не пойму, что-то с ним не так. — Илья, вы не надумали присоединиться к нам?

— Не получится, много работы.

— Надеюсь, кое-кто ее не притормозит. Аня, лови, — секунда и в сантиметре от моего носа оказывается

мяч, каким-то чудом я все-таки его поймала. Ну, папа! — Реакция есть, это безусловно плюс. Ладно, мы поехали, — подходит ко мне и выхватывает его из рук. — Ну что, Матвей, готов?

— Готов. Всем пока, — машет кепкой Матвей, подбегая к выходу. Святые угодники, неужели мы реально останемся одни?

Пока я размышляла о предоставленном шансе, не заметила, как мои родители вместе с мальчиком вышли из дома. Очухалась только тогда, когда подо мной просел диван, и это не моя резко пожирневшая пятая точка. Это примостившаяся справа от меня задница Купидонова.

— Точно уехали? — шумно сглатывая интересуюсь я, не поворачиваясь к Илье.

— Точно.

Глава 39

Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь, девять, десять… Как только я произношу в своей голове десятку, мы синхронно поворачиваемся лицом друг к другу. Секунда и Купидонов обхватывает мое лицо одной рукой, ощутимо сдавливая скулы, и совершенно не церемонясь впивается в мои губы с такой жадностью, что у меня напрочь выбивает все дыхание. А когда его язык коснулся моего, я, кажется, издала стон или что-то похожее, от чего Илья тут же отстранился.

— Ты уже намерена имитировать, паскуденыш? — шепчет Илья.

— Подождем середины, Купидоныш. Чего тебя со счетов списывать раньше времени, — ой, заткнуться бы, не говорят такое нормальные девочки своим мужчинам. Хотя с другой стороны, во-первых, я ненормальная, во-вторых, я извращенка, которой нравится злой Илья. И вот сейчас, схвативший меня за затылок Купидонов, проводящий языком по шее, нравится куда больше, чем выдержанный Илья… мать его, как у него отчество?! Купидонович… Ильич… — Дмитриевич!

— Это что сейчас было?!

— Не то, что ты подумал.

— Придушу и закапаю в сарае, — цедит Купидонов мне в губы. — Поняла меня?

— Ну в сарае святое дело, только ты до оргазма сначала меня доведи, а потом закапывай. Только не сжигать и гроб нормальный!

— Я тебе говорил, что у меня после твоих речей член плачет?

— Я бы тебе сказала, что у меня плачет. Может заткнемся уже, и ты примешься за дело, пока случайным образом не вернулись только что ушедшие товарищи или София на часок не заглянула?

— Продолжим, только рот на замок.

Сказать что-либо в ответ Купидонов мне не дал, в очередной раз закрыв рот поцелуем. Хотя, о чем я? Целоваться с ним, это как наминать огромное ведерко с мороженым. Кажется, от его губ у меня все поплыло перед глазами, я даже не заметила, как зарылась пальцами в его волосы, пока не ощутила его шевелюру. Вот же гаденыш, у него и волосы приятные на ощупь, хоть в рекламу шампуней отправляй. Когда мне в очередной раз стало не хватать воздуха, Илья сам отстранился, при этом сверля меня взглядом, от которого у меня внутри все перевернулось.

— Пойдем, — резко встает с дивана и берет меня за руку, приподнимая с дивана.

— А я хочу тут.

— Тебя жизнь ничему не учит?

— До меня никогда и ничего не доходило с первого раза.

— Нарываешься, Анька, — осматривая меня с ног до головы внимательным взглядом и останавливаясь на груди, озвучивает свой вердикт Купидонов, а затем резко притягивает к себе за пояс платья. Вдохнула запах его кожи и самым настоящим образом поплыла.

Секунда и мы одновременно потянулись друг к другу, вновь сливаясь в поцелуе как какие-то оголодавшие звери. Никогда бы не подумала, что вот так жадно и грубо

сминать губы может быть приятно. Вжимаюсь в тело Купидонова, в очередной раз вдыхая его запах, но Илья отстраняется, демонстрируя на своей красивой мордашке улыбку. Не даю ему ничего произнести и вновь тянусь к нему, хватая за рубашку. Принимаюсь расстегивать дрянные пуговицы, а они как назло не поддаются моим дрожащим пальцам. Ну, пожалуйста, молюсь непонятно кому, и таки круглые заразы решили сжалиться надо мной. Одна за другой и все пошло как по маслу. Вот я уже стягиваю рукава с удивленного и улыбающегося Купидонова. Да, да, это я тебе еще ремень не расстегивала, там вообще можешь поржать, аки лошадь. Откидываю рубашку в сторону и провожу кончиками пальцев по его груди, наслаждаясь видом его тела. Только насладиться прикосновениями к коже, Илья мне не дал, неожиданно перехватив мою руку. Медленно подносит ее к губам и легонько целует тыльную сторону ладони, вызывая во мне какую-то непонятную реакцию от простого по сути жеста.

— Я настаиваю на спальне.

— Ваше желание не будет удовлетворено, Илья Дмитриевич. Вы мне поэтому ладонь расцеловываете?

— Что ж ты за девушка такая? — возмущается Купидонов.

— Ненормальная или чокнутая, как вам больше нра…

Договорить мне Илья не дал, резко подхватил под попу, заставляя обхватить его пояс ногами и совершенно неожиданно для меня, усадил на тумбочку, да так, что я ударилась головой об стену.

— Ты еще больше хочешь отбить мне голову, Купидонов? — кусаю засранца за плечо, на что тот обхватывает мой подбородок своей лапищей и несильно сжимает его.

— Я тебе задницу отобью, видать, твоя мама мало ремнем тебя била.

— Лучше введи меня в курс оргазмологии, и не ручной, а по жопе надавать еще успеешь.

— Ну все, Стрельникова.

— Наконец-то, — выпаливаю я, еле сдерживая смех, и Купидонов тут же принимается развязывать на мне пояс.

Кидает ненужную деталь в сторону и стягивает с меня платье, оголяя верх. Обхватив изнывающую грудь, припадает к ней губами, покрывая поцелуями, прикусывает соски и тут же ласкает их языком. Жадно вбирает их в рот, а затем посасывает, от чего я выгибаюсь словно кошка и зарываюсь пальцами в его волосы. Внизу живота начинает нестерпимо ныть, кажется, я больше не могу терпеть эту пытку. Как только эта мысль приходит мне на ум, Купидонов отстраняется от меня и медленно приподнимает подол моего платья вверх. Невесомо ведет пальцами по внутренней стороне бедра, а я словно бесстыжая девка развожу их шире, в надежде, что сейчас он стянет с меня белье и коснется меня там. Только вместо этого Илья очень медленно водит легкими движениями пальцев по бедру, дразня меня этим, а затем и вовсе наклоняется вниз, припадая губами к чувствительной коже бедра. Еще немножко и я сойду с ума!

— Иль… ну…

А что я хочу собственно сказать? Понятия не имею. Из меня вылетают какие-то нечленораздельные звуки. Особенно, когда Купидонов касается моего белья.

— Ты помнишь, что я сказал до этого? — хрипло шепчет мне на ухо, сдвигая мои трусики в сторону и проводя пальцами по чувствительному месту.

— Нет, — кое-как выдавливаю из себя я.

— Значит напоминаю. Сказал спальня, значит спальня и точка. Я здесь главный.

Я даже не успела возмутиться, Илья резко подхватывает меня на руки и несет к лестнице. Считанные секунды и мы оказываемся в спальне, а затем моя спина касается прохладного белья. Купидонов не церемонясь стягивает с меня платье вместе с бельем, так же быстро скидывает остатки одежды с себя и припадает к моим губам. Черт, вот сейчас мне хочется совсем не поцелуев. Илья как будто читает мои мысли и с бесстыдной усмешкой направляет свою руку к моему лону. Как только он касается моей плоти из меня как будто вышибает воздух. Купидонов проникает в меня двумя пальцами, не переставая ласкать клитор, и я начинаю постанывать.