Купидон с топором
Шрифт:
— Все сказала?
— Нет, не все, — понимаю, что так нельзя говорить мужчине, тем более тому, кто для тебя делает, если не все, то очень многое. Но из меня словно выходит желчь, как будто хочется специально обидеть Купидонова за все на свете. — Все не так, Илья. Все! — плюхаюсь попой на кровать и, совершенно не контролируя себя, начинаю позорно лить слезы. — Все через одно место! Твоя бабка сведет меня в могилу, я устала, Илья, — поднимаю на него взгляд, и Купидонов тут же подходит ко мне. Садится на корточки и кладет свои ладони на мои колени. — Я думала месячные закончатся, и она уедет отсюда, я даже не гнала ее специально.
— Если бы знал, что второй наш секс закончится нескончаемым потоком слез, не начинал бы, — усмехаясь произносит Илья.
— Дурак! — а я еще больше начинаю реветь, представляя, что меня ожидает по приезду домой. Да мне самой, черт возьми, стыдно за свое поведение перед родителями.
— Так, все, заканчивай, иначе затопишь все вокруг, — вытирая большими пальцами мои, наверняка, опухшие от слез глаза, вполне серьезно произносит Илья. Приподнимается с колен и садится на кровать. — Иди ко мне, — хлопает ладонью по бедру, подзывая меня к себе. А я, как ни странно, без промедления сажусь на предложенное место, и обнимаю Илью за шею. — Давай все расставим по местам. Во-первых, своим поведением ты сама вынуждаешь остаться мою бабку тут.
— В смысле?
— В прямом. Ань, ну ты же умная девочка, — это вообще-то сомнительно, ну да ладно. — Неужели не понимаешь, что ты для нее интересный собеседник? Она же видит в тебе человека, с которым фактически может на равных упражняться в словоблудии. Вы обе балаболки, только та хитрожопая, как не знаю кто, а ты, к счастью, нет. Так вот, когда закончишь вестись на ее разговоры и отвечать ей в ответ, она мигом уедет отсюда, — Илья убирает слипшуюся от слез прядь моих волос, и заправляет ее за ухо. — Измени тактику своего поведения с ней, попросту стань ей неинтересна. Я, конечно, могу и дальше выпроваживать ее из дома, но она снова, как ни в чем не бывало, сюда вернется. Оно тебе надо?
— Нет.
— Тогда сделай то, о чем я тебе только что сказал. А теперь касательно твоих родителей, ну ты же не можешь не понимать, что то, как ты поступаешь — неправильно. Каким бы строгим ни был твой отец, он заслуживает того, чтобы его дочь включила телефон и поговорила с ним по-взрослому. Представь, что твой ребенок, который жил с тобой до двадцати одного года, ни разу никуда не уезжавший, и вообще не покидающий дом дальше университета, уехал бы хрен знает куда и выключил при этом сотовый. Тебе бы это понравилось?
— Ты меня бесишь, Купидонов!
— Это потому что правда глаза колет. Ань, позвони, пожалуйста, родителям, скажи, где ты и объясни им все по-человечески. Не оттягивай.
— Ты не понимаешь?! Не поймет меня папа, мама-да! А папа не поймет и заберет
— Не посадит. Я же буду рядом. Ну все, заканчивай плакать, мы все решим, да, моя девочка?
— Ну все, — восклицаю я, млея от сказанного Ильей. — Я кончила!
— Что?!
— «Моя девочка»! Называй меня так почаще, вместе с «малышом» и можешь даже не пытаться увести в меня в страну оргазмического секса, мне и этого хватит.
— Ты сумасшедшая, — смеется Илья, хватаясь за лоб.
— Справки нет, значит нормальная. Пойду доведу твою бабку и мне станет еще лучше. Да, точно, так и сделаю, — вскакиваю с колен Ильи и быстро натягиваю на себя майку. — Не хотелось бы в этом признаваться, но ты молодец, Купидонов. Вот прям настоящий мужик, такой что… все девки слюни должны пускать. А вот хрен им! Да?
— Определенно, — еле сдерживая смех, констатирует Илья, вставая с кровати.
— Ну все, пошла бабку спроваживать. Я буду не я, если сегодня же от нее не избавлюсь! — подхожу к улыбающемуся Купидонову и, вставая на носочки, притягиваю щетинистую морду к себе. — Можешь сделать так, чтобы с шести до восьми Матвей побыл у тетки с жирными ляжками?
— Аня!
— Ну у сестры длиннопялой. Ну, пожалуйста. Мне очень надо остаться с тобой наедине, хоть один разочек.
— Хорошо. А ты позвонишь родителям?
— Если скажу да, то совру. Все, не грузи меня, щетинюшка, — притягиваю Купидонова еще ближе и с удовольствием целую в губы. — Я поскакала.
Глава 35
Из спальни я выбежала со вторым дыханием. Софии здесь сегодня не будет! Если понадобится увезу стерву в лес и привяжу к дереву. Выхожу на улицу, вдыхая свежий утренний воздух, и смотрю на ярко-голубое небо. И все-таки стоит поблагодарить кого-то сверху за счастье в виде Купидонова. Сколько бы я ни ныла о своей нелегкой судьбе рядом с Софией, Илью-то у меня никто не отбирал. И не отберет, хрен вам всем. Надо будет-в деревню перееду и стану дояркой, к чертовой матери. А свое не упущу. Усмехаюсь сама себе, это ж надо так поплыть.
Подхожу к любимому желтопузику и достаю мобильник. Нет, портить себе настроение звонком родителям не буду. Но деньги мне все же нужны. А вот просить их у Ильи, да еще и на такую чушь, точно не буду. Набираю Машиного муженька, а самой становится дико смешно. Дожила-просить денег у Краснова.
— Малая, это ты или мне привиделось?
— Не знаю, что там тебе привиделось, но я не малая. У меня к тебе очень серьезный разговор. Ты там один?
— Нет. Со мной всегда тараканы вашей семьи.
— Ну хватит. Короче, можешь перевести мне на карточку немного денег? Я тебе все верну, клянусь твоей жизнью. В смысле своей.
— Пришлю, Анечка. Пришлю, — вполне серьезно говорит он.
— Ну я же серьезно прошу, мне очень надо.
— Ты оглохла что ли? Говорю же-пришлю.
— Просто так пришлешь и не спросишь зачем они мне?! Где подвох?
— Нет никакого подвоха. О твоем исчезновении только ленивый не судачит, а мне будет дико приятно, если твой любимый папуля помучается еще пару недель в неведении о том, где же отрывается его дочура. Всегда мечтал его позлить, а тут такой шанс. Так что переведу, золотце мое. Жди, — хотелось бы мне сказать какой он козел, но тогда денег не пришлет. Папа, прости.