Купериада
Шрифт:
– Из телевизора вылезала мёртвая девушка и высасывала жизнь из тех, кто посмотрел роковую кассету, – вспомнил Кон. – Там, правда, первопричиной была эта девчонка с её экстрасенсорными способностями и нестандартными сексуальными возможностями, но телевизор, всё одно, – зло.
– Суперкомпьютер захватывал власть на Земле, – свернул обсуждение ближе к создавшейся ситуации Лёвушка.
Тем временем «Непобедимый», с целью сбить врага с толку, уменьшился до размеров макового зёрнышка да ещё и сотворил вокруг множество фальшивых зёрен-ловушек. Звездолёты Тёмных в ответ обратились курицами и, хлопая крыльями, разом кинулись клевать зерно. Некоторые при этом взрывались, другие лишались способности к морфизму, навсегда оставаясь домашней птицей, третьи становились наркоманками, впадали
– Робот-полицейский нового поколения выходил из-под контроля и вместо криминального элемента начинал «мочить» всех подряд.
– Бог знает зачем разработанные одной самоуверенной корпорацией слишком умные роботы подняли восстание и опять-таки взяли в железные руки власть на Земле, последовательно уничтожая выжившие в войне с ними остатки населения. И даже машину времени изобрели, дабы киборг-убийца устранил в зародыше первоисточник их проблем.
«Непобедимый» увеличился до обычных размеров и прибавил скорость. Сразу за его дюзами Арон поочерёдно разлил море плазмы, конденсировал гору космического мусора, синтезировал сверхновую, выпустил чернильное облако неописуемой черноты. Однако преследователи, количество коих несущественно уменьшилось, включив защиту, преодолели всерастворяющую плазму, расстреляли гору из сверхбластеров, обогнули звезду, попутно нагло присвоив ей имя своего адмирала Таратама, а чернила попросту смыли с бортов и приборов, не пожалев запаса драгоценной воды, которая, правда, сразу же замерзала в космическом холоде, но своё грязное – то есть нет, как раз чистое – дело совершать успевала.
– Две расы суперроботов в борьбе друг с другом громили всё, что попадалось на пути. Кстати, Арончик, они не отстают. Попробуем потянуть время. Прибегнем к методу «Ахиллес и черепаха».
Компьютер включил приберегаемые на чёрный день апории Зенона. Теперь враги неуклонно и неотвратимо приближались к «Непобедимому», однако ввиду неразрешимого философского парадокса столь же неизбежно им не удавалось его догнать.
– А может быть, – прошептал Лёва, – реальный мир нам лишь мнится, а на самом деле все мы спим в недрах мегакомпьютера в каких-нибудь капсулах?!
Пока противник искал в безднах метаматематики логические антизеноновые доводы, Арон рассчитал траекторию ухода такой умопомрачительной кривизны, что враги никак не могли захватить «Великолепный», поскольку их корабли должны были неминуемо соскальзывать с линии столь совершенной гладкости. Однако Тёмные обладали компьютерами не меньшей мощности, и те обнаружили контраргументы в сфере функционального анализа, коварно применив теорию векторных производных.
– Или вообще нас вовсе и нет, – продолжил Кон, – то есть нет физически, а мы представляем собой обычные – хотя и сложные, надеюсь, – программы в памяти такой вот гигантской ЭВМ? А мир вокруг – сплошная виртуальность?
– Эй, эй, до чего договорились! – запротестовал Арон. – Так можно и с ума сойти. Совершенно свободно. И хочу напомнить: заговор машин – это старо, глупо, пошло и вообще штамп. У любого разумного читателя зевота начнётся.
– Да, пожалуй, – нехотя согласился Великолепный. – Идея отвергается. Что ещё можете предположить?
Повисло молчание. Кольцо врагов сужалось и уже печально напоминало сачок, занесённый над бабочкой-«Непобедимым», которому, похоже, пора было менять название.
– Так это же очевидно, – всплеснул руками Лев. – Гавайский преследователь! О нём мы должны были вспомнить в первую очередь.
– Возможно. Очень возможно, – сказал капитан. – Возражения будут? Тогда я передаю сигнал нашим, и Светлые Силы начинают ответные действия. Клянусь: почва вот-вот загорится у Тёмных под ногами.
Он извлёк откуда-то из кармана штанов полупрозрачный куб с большой красной кнопкой на одной из граней. На остальных гранях можно бы, казалось, изобразить сцены величайших битв прошлого и грядущего – нет, на них были выдавлены персонажи «пиксаровских» мультфильмов. Великолепный нажал кнопку. На обзорных экранах друзьям было отлично видно, как посреди космической
– Не исключено, – прошептал Лёва, – что этот тип и есть сам Тёмный Властелин. Вряд ли такое важнейшее дело, как слежка за нами, он рискнул бы поручить кому-то другому…
– Ты уверен?
– Нет.
– Ну что ж, проверим и этот вариант. А теперь, поскольку весь флот противника можно считать уничтоженным, экипажу – глубокий освежающий сон.
«По-моему, это была цитата», – подумал уже в полусне Лёвушка. – «Только вот откуда?».
* * *
Наутро капитан в кои-то веки дал родственнику выспаться. Всё утро он проторчал в рубке, принимая и отправляя радио- и ТР-граммы, и лишь в одиннадцатом часу по среднекорабельному времени пригласил экипаж в кают-кампанию (в отношении Арона это был, разумеется, лишь традиционный жест вежливости). Великолепный Кон был облачён в белоснежный мундир, начищенный до блеска малиновый кивер почти метровой высоты и мушкетёрские сапоги с ботфортами. Последние диковато смотрелись на трёх его нижних конечностях; впрочем, одну он вскоре освободил с привычной целью. В руках кэп держал пачку распечаток.
– Итак, дорогие мои, – торжествующе начал он, – спешу доложить вам о событиях, имеющих воспоследовать нынешней ночью вслед за моим обращением ко всем прогрессивным силам Универсума и их уважаемому руководству, включая лично товарища Арагорна сына…
– Симпатичная дева из Нижнего
Постоянно ходила без нижнего,
И призыв: «Ветры, вейте!»
Поднимал её рейтинг
Среди сильного пола из Нижнего,
– неожиданно раздалось из динамиков.
– Нет, только не это! – вскричал Дядя. – В такой день…
– Один джентльмен из Гонконга
Не сходил на кино про Кинг-Конга,
Говоря: «Эти трюки
Отвергают науки».
Вот какой был учёный в Гонконге.
– Я всегда знал, – вздохнул Конструктуарий, – что лимерики любая интеллигентная – и даже не слишком интеллигентная – личность способна валять километрами.
– Точно! – вскликнул кибертворец. – Я сочиняю их удивительно легко:
– Престарелый мудрец из Китая
Две недели носился, икая;
Но, природу браня,
Налетел на меня
И остался на месте, стеная.
Молодой музыкант из Татарии
Рок-н-ролл исполнял на гитаре, и
Вскоре вышел указ,
Чтоб играть только джаз
На гитаре в пределах Татарии.
Некий школьник из города Гомеля
Не умел различать ноты «ми» и «ля»,
Но столь громко он пел
И всем так надоел,
Что уехать был должен из Гомеля.
– Попробуем отвлечься и продолжить, – пробормотал, рухнув в самое удобное кресло, капитан. – Хотя того настроения уже не вернёшь. Итак, свершилось! Пока «Непобедимый» под моим руководством блистательно отвлекал на себя флот Тёмных (и в конце концов заманил его в ловушку, где тот нашёл свой неизбежный конец), по всему Универсуму Светлые силы перешли в наступление и одержали решительную победу. Оба Ородруина – и основной, и резервный – на несколько часов остались без охраны, и наши Фродо и Сэмы, координируя действия, забросали их Кольцами Всевластия с ЧПУ и полностью загасили. После этого Минас-Моргул и Барад-Дур по правилам Игры считаются официально разрушенными.