Купчиха
Шрифт:
Став невидимым, он двинулся по дороге навстречу сторожившим её солдатам. Виола Теодор ничего не видели, только догадывались, что пока всё нормально. Сквозь густой туман, лежавший на перевале, с трудом можно было разглядеть солдат, которые спокойно готовили себе пищу на костре. Вероятно, где-то располагались караульные, но отсюда их не было видно.
Зато Мельхиор, глядевший на происходящее магическим зрением, видел, как Ульрих подъехал к лагерю, как медленно продвигался, ожидая, чтобы на его дороге никого не оказалось, и как наконец миновал последних стражей. Не зря он четыре курса отучился на боевом факультете:
Следующей должна была идти Виола, но Мельхиор удержал её и пустил вперёд Тео, что-то шепнув тому на ухо. Сам притянул к себе молодую жену, попросил разрешения и стал объяснять ей, что делает Теодор, одновременно позволяя ей видеть всё то, что видел сам.
Маг догадался так сделать, наблюдая за Ули. Подумал о том, что зрелище поучительное и неплохо бы Виоле его увидеть прежде, чем она сама ступит на тропу. А может ли их новая связь дать ей возможность видеть его глазами? Должна! Но пробовать было поздно, Ульрих уже проехал, поэтому он и пустил вперёд Тео.
Виола была потрясена. Она не представляла себе, как выглядит мир в магическом зрении, так что увиденное её ошеломило. Но при этом женщина не упустила главного, того, о чём нашёптывал ей муж: как продвигаться, чего опасаться, когда остановиться и когда поторопиться.
Туман понемногу редел, так что, как только Тео миновал лагерь солдат, она пустилась в путь. Ей необходимо было преодолеть чуть больше двухсот локтей до высшей точки перевала. Эдмон отлично понял ситуацию и просто замер, прижавшись к её груди. Прошептал чуть слышно:
— Не бойся, мамочка, я знаю, что надо вести себя тихо. Солдаты нас не заметят.
Чувствуя на своей спине неотрывный взгляд Мельхиора, Виола потихоньку преодолевала расстояние. Вот уже первые солдаты, те, что у костра. Она замедлила шаг лошади, ожидая, пока один из них пересечёт её путь с миской каши, затем ускорилась. Вот две палатки, в одной их них должно сидеть начальство. Мимо них удалось проехать без нервотрёпки. Осталось всего ничего. Два солдата проваживают вернувшихся их дозора лошадей, а за ними караул, шесть человек, по трое с каждой стороны дороги. Это просто: они даже не перегородили путь, оставили его свободным.
Она снова чуть ускорилась, намереваясь как можно скорее проехать последний опасный кусок, и тут её везение закончилось.
Сильный порыв ветра разогнал туман и напугал её лошадь. Та хотела было встать на дыбы, но Виоле удалось каким-то чудом её удержать. Вместо этого вредная скотина загарцевала на месте и испустила тихое, но вполне внятное ржание.
Солдаты всполошились.
* * *
Мельхиор, хоть и должен был оставаться на месте, пока его любимая не проедет лагерь и караульных, но не удержался, выдвинулся поближе к месту действия, чтобы прийти на помощь, если понадобится. Увидев, что солдаты забегали и перегородили дорогу, но не видимость с лошади и всадницы пока ещё не спала и Виола держится в седле, решил исправить ситуацию.
Он послал коня вперёд и бросил в толпу сбегающихся со всех сторон людей заклинание сна. Большинство попадало, но не все! Караульные и выскочившие из палатки офицеры не поддались.
— Демоны! — выругался про себя Мельхиор, — У проклятого герцога отличные
В Виолу заклинание не попало, да и амулеты он на неё навесил надёжные, но что толку?! Туман уже рассеялся и, несмотря на полог незаметного, солдаты по тени смогли определить её местонахождение. По крайней мере окружали они её так, как будто видели. Руководил ими выбежавший из палатки офицер и делал это на редкость толково и сноровисто.
Надо было придумать что-то позаковыристее сна, но времени катастрофически не оставалось. Вот кто-то налетел на невидимую Виолу, нащупал лошадиных храп, вырвал из рук девушки повод и радостно закричал:
— Ура! Я поймал! Держу!
В следуюшую минуту её стащили с седла и она исчезла из виду заслонённая фигурами солдат. Истошно завопил перепуганный Эди… Мельхиор соскочил с коня и бросился в образовавшуюся кучу-малу и тут полыхнуло так, что всех разбросало по окрестным кустам.
Мельхиор не избежал общей участи, отлетел и хорошенько приложился головой о здоровый валун. Сознание его на время померкло. Когда же он пришёл в себя, то услышал выкрики офицера, наводившего порядок в лагере.
— Кто там ещё изображает спящую принцессу? Облейте его водой!
Знает дело, подумал маг, верное средство против магически наведённого сна — холодная вода, она смывает чары. Тут он осознал, что произошло, и его как пружиной подбросило. Где Виола? И что с ним самим, демоны раздери?
Мельхиор огляделся и в первую минуту порадовался: с ним не так уж всё плохо. Амулет он сделал качественный: полог незаметного не развеялся даже тогда, когда его отбросило взрывом. Он валялся практически на виду у всего лагеря, но его никто не замечал, даже те, кто проходил мимо, просто переступали через его длинные ноги как через корни дерева, и шли дальше. Лошадь куда-то убежала, но, так как на ней осталась добрая половина всех сделанных им амулетов, то маг её отлично чувствовал и в любую минуту мог призвать.
Но вот Виола…
Сейчас он осознал, что это был за взрыв. Спонтанный выброс, что же ещё? Перепуганный Эди забыл всё, что втолковывал ему добрый дядя маг, и выпустил наружу свою силу. Вот это действительно ужас. Виола могла пострадать!
Мельхиор потратил минуту на то, чтобы оживить и проверить их связь. Фух! Она жива и не пострадала, только испугалась сильно. Не за себя, за сына и остальных. Сейчас её и мальчика увозят в сторону города.
Скорее за ними!
Маг осторожно отполз в кусты, затем поднялся на ноги и ощупал раскалывающуюся от боли голову. Ничего, жить будет. Всего лишь ушиб. Надо призвать лошадь и выпить восстанавливающее зелье, кажется, у него была ещё пара порций. А пока стоит попробовать увидеть окружающее глазами Виолы и послушать её ушами. Главное, чтобы она не почувствовала при этом его боль.
Он брёл по лесу, быстро удаляясь от перевала, и пытался наладить одностороннюю связь с женой. Получалось плохо, то ли оттого, что связь была совсем новой, неустоявшейся, то ли оттого, что мешала головная боль. Совсем закрыться от Виолы, не дать ей почувствовать своё состояние, он несумел. Поэтому в разгар попыток до него долетела её встревоженная мысль:
"Это же не моя голова так зверски болит! Мельхиор! Что с ним?!"
Он постарался успокоиться и послать ей волну умиротворения, а заодно и объяснение: