Культ
Шрифт:
Глава 29 — ИНТЕРЛЮДИЯ — На страже измерения
Что ж; прошло ещё несколько дней, прежде чем начальство наконец-то соизволило сообщить группе «БИС», что она отстраняется от дела Бурнова. Да и то, как сказать: отстранение не было отстранением в полной смысле слова, использовалась часто практикуемая в спецслужбах «Смена плана».
Всё очень просто. Вначале дело расследует одна команда, но дело затягивается, и у команды — как и у всех людей на свете — замыливаются глаза. Тогда команда уходит на второй план, а на план первый
Предполагается, что когда устанет и вторая команда — первая вернётся на главенствующие позиции. До тех же пор она может расследовать, но тихо, без особых полномочий и не мешать своим коллегам.
— Чушь, — Кирилл поморщился, когда Алина пересказывала ему диалог с начальством. — Они перестали доверять нам. Все эти события — Некромант, война внизу — всё это всколыхнуло в ним паранойю восьмидесятого уровня.
— Да, — согласилась Алина. — Но они не посмели сказать это нам в лицо. Есть всё же свои плюсы в том, чтобы быть лучшей оперативной командой в России.
Так это и было. Большинству других агентов просто объявили бы, что они не при делах, и отправили бы их куда подальше. Но… начальство, конечно, было начальством, со властью и всеми полномочиями. А команда «БИС» была легендарной командой «БИС», и все это понимали. Запретить что-то им можно, вот только зачем портить отношения с Искателями такого уровня, недалеко ушедшими от SSS-Рангов?
— Ну — совсем красного света нам не дали, — подтвердила Юля. — Так что планов мы, похоже, не меняем?
— Не меняем, — Алина кивнула. — Лернова ждёт нас в лаборатории «Яблока Ньютона». ДМК, конечно, узнают, что мы там были, но в этом отстранении есть и свои плюсы — всегда можно отделаться краткой отпиской о том, что мы «отрабатываем побочные версии».
…за окном лил дождь, как из ведра, создавая унылое настроение, и доктор Лернова встретила их только внутри здания, не желая выходить наружу.
Вокруг кипела работа. Сами лаборатории были закрыты, но агентам по пути постоянно попадались сосредоточенное идущие куда-то учёные в белых халатах, слышались всякие загадочные шумы из-за дверей, так что было видно: в «Яблоке Ньютона» людям есть чем заняться.
— Я рада, что Департамент заинтересовался нашими разработками, — заявляла по пути доктор Лернова — высокая седоватая женщина за пятьдесят в крупных роговых очках.
— Рады? — удивился Малик, поглядел на неё. — Разве вы здесь, в «Яблоке», не отделились от ДМК, чтобы не иметь с ними дел?
— Некоторые — да, — кивнула Лернова. — Но есть другие. Просто в ДМК нам не давали творческой свободы. Мы хотели делать одно, а нас кидали на другое. И так, знаете, хотелось просто встать и заявить: я тут учёный! Я знаю, что будет полезнее для страны! Зачем изобретать очередной бесполезный электровеник, если можно совершить потрясающее открытие, которое всё изменит к лучшему?
— И вы ушли из ДМК, чтобы изобретать то, что хотите изобрести сами? — уточнила Алина.
— Да! Потому-то так и ценно внимание со стороны Департамента: он как бы признаёт,
— Обидеть, нас? О, нет, у нас колоссальный опыт общения с по-настоящему бестактными личностями, нас непросто обидеть, — Кирилл выразительно поглядел на Антона. Тот исхитрился и незаметно от Лерновой показал ему средний палец.
— К тому же мы тут не по заданию ДМК, — призналась Алина, — а… ну, не совсем частным образом, но всё-таки по своей инициативе.
Они как раз дошли до лаборатории, и Лернова открыла дверь электронной карточкой.
— Чаю? — предложила она, проводя гостей в той части лаборатории, которая была оборудована под маленькую комнату отдыха.
— Можно, — согласилась Алина. — А пока расскажите нам побольше об этой установке.
— Наш мир есть единая грань многомерного пространства, — с готовностью отозвалась Лернова, ставя чайник. Похоже, «свою» тему она любила всем сердцем, и, найдя благодарные уши — окучивала их крепко и надолго. — Пространство это сложно, и главное отличие от евклидовой геометрии тут заключается в том, что все грани примыкают ко всем граням одновременно — другими словами, из любого мира можно попасть в любой мир.
— Кажется, мы пока попадать никуда не научились, — хмыкнул Антон.
— Да! Но это лишь пока! — искренне возмутилась Лернова. — Мы сидим в комнате без двери. За её пределами бушует целая вселенная, и когда мы наконец-то прорубим дверь — она станет нашим домом, по праву!..
— Жаль только, топора в комнате нет, — пробормотал Антон еле слышно.
— Он есть снаружи, — тем же тоном добавил Кирилл.
— Однако мы уже изобрели обратное средство — изоляцию мира. На случай, если снаружи таится что-то опасное или злое…
— Изобрели? — ухватилась за это слово Алина. — Так система уже работает?
— Разумеется, у нас не было шанса проверить, но с точки зрения датчиков и показаний — все цифры сказали «да».
— А Врата? — Юля взяла у Лерновой чашку с горячим чаем и благодарно кивнула. — Они продолжают открываться.
— Изначально… эта установка и должна была избавить нас от Врат, — помрачнев лицом, кивнула Лернова. — Но цифры показали, что Врата генерируются изнутри, а не снаружи.
— То есть… что-то или кто-то в нашем мире открывает их? — насторожилась Алина.
— Ну, вряд ли это «кто-то». Скорее, некая стихийная сила, часть природы. Возможно, это было в нашем мире всегда, просто некий триггер активизировал его… — Лернову грозило снова унести в её любимую стихию — стихию научных терминов и умных рассуждений.
— Тогда что делает установка? — поспешила прервать её словоизлияния Алина.
— Она… считайте, она помещает наш мир плёнкой, непроницаемой снаружи. Изнутри её можно расковырять — т. е. открыть Врата — но дыра затянется. Снаружи же она совершенно неуязвима!