Кукольное тело
Шрифт:
— Отец, не надо! — крикнул мальчонка.
Подпрыгнув, он попытался выхватить её, но его отец только лишь поднял руку повыше. По рукаву его рубахи пробежал маленький муравей. Прочитав написанное, мужчина разорвал листок на мелкие кусочки и швырнул их сыну в лицо.
— Отец… — прошептал мальчик.
— Опять ты тратишь время на пустую писанину… — тихо произнёс мужчина. — Опять
— Почему я должен?! — закричал мальчик.
— Разве страдания и боль других не доставляют тебе истинное удовольствие? — приподняв изломанную бровь, спросил отец сына. — А как же череп на память?
Но мальчик, покраснев от злости, выскочил во двор прямо через окно. Мокрая трава ласково коснулась его босых ног. Рядом закудахтала курица.
— Я просто хочу быть писателем… Я просто хочу быть писателем… — бормотал мальчик, смотря на голубое небо, которое казалось таким холодным и таким отстранённым…
Курица кудахтала всё громче и громче. Она раздражала. Она мешала. Она сбивала с мысли. Мальчик осёкся на полуслове. Мгновение… Он наклонился и поймал птицу. Ещё мгновение… Раздался хруст. Голова курицы свесилась набок. Оглянувшись, сын увидел отца. Он стоял возле окна и улыбался. Мальчик проглотил солёную слезу. Внутри него клокотала ярость, кипела боль. Но ребёнок улыбнулся.
На мокрую траву скользнула длинная тень.
Основное действие, день тринадцатый.
Ранее утро.
Улица Мокрых Лепестков.
Дом Лилий.
Солнце робко заглядывало в окна, в одно за другим. Кукарекали петухи. Люди постепенно просыпались, осторожно открывали двери, выходили во дворы, ёжились от прохлады и с удовольствием потягивались: чаганцы пережили ещё одну ночь… Солнце скользило дальше, озаряя улицы Чагана.
Окно Дома Лилий* резко распахнулось, впустив в комнату свежий утренний воздух: он пах сыростью и немного — терпкими пурпурными крокусами. Эти цветы как раз начинали цвести в это время года, украшая подножия гор, разрывающих острыми пиками небеса вдоль Долины Лотосов.
Сэнда с наслаждением вдохнул, выдохнул и зажмурился. В дверь громко постучали, и звонкий девичий голос произнёс:
— Господин, у меня донесение!
— Солнце только взошло, а уже что-то случилось… —
Позади прошуршало шёлковое одеяло, и сонная девушка пробормотала:
— Милый, что случилось?
Вторая девушка громко зевнула.
— Сейчас узнаю, — ответил он, подходя к дверям.
Выслушав донесение, мужчина закрыл дверь и буркнул:
— Одевайтесь!
Девушки быстро вылезли из-под одеяла и подобрали с пола светлые одежды. Сэнда надел тёмные одежды, подпоясался, повесил на пояс крупные изогнутые ножны, перекинул через плечо сумку, выпроводил красавиц из комнаты и вышел сам.
«Ну никак Литу не выспаться, а! Чего всем этим говнюкам неймётся-то, а? Что за кровавое помешательство?! Мало нам проблем с болтунами!» — мысленно ворчал он, почти бегом спускаясь по лестнице.
— Сэнда, сынок! А завтрак?.. — крикнула ему вслед матушка, которая уже ходила по комнатам, собирая украшения, забытые девушками и рубашки, сброшенные мальчиками.
— Ма! Не сейчас! — отмахнулся Сэнда.
Выбежав из Дома Лилий, мужчина направился к Павильону Неприкаянных.
Путь его лежал через рынок — ранее шумное, а теперь тихое место: торговцы вели себя скромно и не завлекали покупателей громкими криками. Проходя мимо одной лавки, Сэнда приметил двух девушек в синих одеждах. Они внимательно рассматривали изящные украшения из золота, костей и нефрита. «Наши женщины даже в такое время хотят быть красивыми…», — подумал Сэнда, засунув руку в карман длинных одежд и подойдя поближе.
— Девушки, вы так нежны, как цветок лотоса, сияющий под первым снегом! — проворковал мужчина, незаметно протягивая монеты торговцу.
Чаганки переглянулись, зарделись, заулыбались.
— Что вам приглянулось? — понизил голос Сэнда.
Одна девушка, помладше, потянулась к подвеске в виде стрекозы, на крыльях которой сверкали драгоценные камни. Но вторая девушка, постарше, остановила красавицу, легонько коснувшись её руки сложенным веером.
— Не стесняйтесь, — ещё более тихо произнёс Сэнда.
— Простите?.. — переспросила она, прижав веер к груди и неосознанно подойдя поближе к мужчине, чтобы расслышать его слова.
— Вы так очаровательны, так изящны, так обольстительны, так… Загадочны… — хитрый Сэнда понизил голос ещё на один тон. — Что я просто не могу удержаться! Прошу, примите этот подарок от чистого сердца! Позвольте мне, скромному человеку, выразить своё восхищение вами!
Девушка, сбитая с толка, сделала ещё один шаг. Теперь она была столь близко, что мужчина чувствовал едва уловимый аромат цветочных духов. Молодая спутница девушки с веером, наконец, поняла эту уловку и улыбнулась. Торговец, тоже разгадавший поведение Сэнды, захихикал прямо в пышную бороду.