Кукольное тело
Шрифт:
Человек, всё ещё прячась за деревом, наблюдал, как глава выходит из его дома.
— Прости, мама!.. — тихо сказал он.
Дождавшись когда, глава и его странный питомец завернут за угол, человек, крадучись, юркнул в дом. Пройдя в самую дальнюю комнату, он остановился напротив болтуна и горько посмотрел на её тощие руки.
— Мама…
Послышались шаги. Мужчина напрягся, схватил лопату и оглянулся. Шаги стали громче. Через пару мгновений в дверном проёме выросла фигура Дина.
— Тиом?! — воскликнул баша.
— Он нашёл её, — тихо сказал
— Мы с тобой!
— С чего бы это… Мы?!
— Я — за соучастие, Лали — за компанию.
— Лали?!
— Девушка, про которую я говорила, — усмехнулся Дин.
— Почему?
— Что почему? — не понял Дин.
— Её надо брать с собой?
— Не ссы, я ничего ей не скажу.
Тиом смотрел на друга так, как козёл на новый забор.
— Слушай! — вскипел Дин. — Я знаю, что эти твари сделали с ней! Я помог тебе восстановить справедливость! Да и вообще, мы с тобой неплохо ладим. У меня тоже есть мать. Ты думаешь, я бы остался в стороне? И сейчас не останусь. За мою семью не парься. Я их тоже не брошу.
— Надо подумать, как забрать её с собой и не заразить чаганцев, — пробормотал ошарашенный Мэт. — Действовать надо быстро!
Кивнув, Дин вышел из дома. Мэт, бросил взгляд, полный боли и тоски, на болтуна: всего два месяца назад этот человек был самым близким для баша, а теперь он стал самым опасным. Утерев скупую слезу и втянув в себя сопли, мужчина вышел из дома.
Цветочная улица.
Лит вернулся к напарнику и тихо-тихо пересказал ему всё увиденное. Гиена, сидя за главой, захихикала, а потом заскулила. Люди, выглядывающие из приоткрытых врат, тщательно пытались услышать хоть что-то, но голос главы был слишком тихим. Зато зверя было слышно очень хорошо.
— Итак, у нас пять трупов дома и болтун, который их обгладывает, — начал Сэнда, грызя ноготь на пальце. — Куколка в горах и какая-то Рит из дворика Колокольчиков. С чего начнём?
Люди прислушались.
— Иди в этот приют, я пойду в горы, — ответил сыщик.
Сэнда кивнул и выплюнул кусок ногтя. Лит ушёл. За ним, высунув язык, засеменила сутулая гиена.
Нилан пришёл через несколько минут. Запыхавшийся баша остановился, шумно выдохнул и, округлив глаза, уставился на лекаря, лежащего в собственной блевотине на каменной дороге.
— Это насильник, — кивнул на него Сэнда.
— Да быть того не может! — возмутился Нилан. — Это уважаемый человек! Спокойный! Тихий!
— Улики есть. Ещё предсмертное признание. Оно точно было чистосердечным.
— Это какие улики?
— Хорош задавать глупые вопросы! — неожиданно злобно рявкнул Сэнда. — Унеси тело и сожги! Потом дуй во дворик этих… Колокольчиков! Предполагаю — скоро там будет болтун.
Нилан испуганно притих. Накрыв левой ладонью тыльную сторону правой руки, он слегка поклонился, потом, кряхтя, взвалил тяжёлое тело на себя. Сэнда сглотнул комок, вставший посреди горла. Послышался сильный грохот и плач. Он доносился со стороны ближайших двориков. Люди побледнели и зашушукались. Сэнда побежал на звук.
Цветочная
— Ма! Я к лекарю за лекарствами! — сказала Тин.
— К тому сумасшедшему? — всплеснула руками старушка.
— Я думаю, у него что-то случилось.
— Ну иди-иди… — проворчала старушка. — Будь осторожна! Тут недавно кто-то так истошно кричал… Боюсь я за тебя!
— Матушка, всё будет хорошо!
Девушка чмокнула мать в морщинистую щёку и вышла из дома. Закрыв за собой врата, Тин с удивлением увидела, что все соседи взбудоражены и что-то бурно обсуждают.
— Что случилось? — спросила девушка одного мужчину.
Цветочная улица, дворик Синих Колокольчиков.
Сэнда пинком распахнул врата и тут же заметил плачущих детей. А они, увидев мужчину, испугались и заплакали ещё громче. Сэнда выбрал самого старшего из них, которому на вид было не больше шести лет, утёр ладонью его слёзы и ласково спросил:
— Где ваша тётушка?
— Ку… Ку…хня — выдавил он из себя.
— Где?
Мальчик указал пальцем в левую часть дома. Внезапно оттуда донёсся страшный грохот: разбивалась посуда, падали табуреты. Вдруг Сэнда услышал тихий женский голос:
— Нужна помощь?
— Займи детей!
Мужчина, не глядя, отмахнулся от неё, схватил лопату, стаявшую во дворе возле корыта с водой, где было замочено какое-то бельё. Зажав поудобнее черенок, Сэнда стал обходить дом. Крики становились громче. Мужчина увидел распахнутое окно. Присев, он подкрался к нему и заглянул внутрь дома: по кухне металась женщина в синем платье. Всё её движения были быстрыми и рваными. Она то запрокидывала голову, крича и чавкая, то смотрела и плевалась себе под ноги. Сбив своим телом очередной табурет, незнакомка повернулась к окну. Сэнда разглядел укус на её щеке и подвеску в виде стрекозы на груди… Мужчина сглотнул комок, вставший посреди горла. В руках женщина зажимала лоскут серой ткани. Мужчина тяжело вздохнул, вспомнив, что рукав лекаря был порван.
Внезапно женщина остановилась. Её зрачки стали чёрными.
— Ненавижу его! Ненавижу! — закричала она, запрокидывая голову. — Моя мать же вырастила его как родного!!!
Она закричала и опустила голову. Глаза снова побелели. Сэнда выпрямился и скользнул взглядом по двери: она была закрыта на щеколду. Мужчина быстро захлопнул окна. Через пару мгновений ставни заскрипели: женщина, снова ставшая болтуном, навалилась на них. Послышалось чавканье. Потом срежет зубами. Затем она заскулила, как гиена Лита.
Сэнда нашёл чёрный вход, зашёл в дом и прислушался: судя по звукам, болтун был только один и он находился на кухне. Но Сэнда не поверил своим ушам. Держа лопату наготове, положив руку на рукоять тесака, мужчина стал обходить все комнаты: ни души. Открывая последнюю дверь, мужчина так резко отодвинул её, что хлипкие петли не выдержали: дверь с грохотом упала на пол, прямо перед постелью старой женщины. Она лежала под одеялом, положив руки перед собой. Чаганка была так стара, что казалось, страшно даже дышать в её сторону. Старушка вздрогнула и тихо сказала: