Куколка
Шрифт:
В:Но они с ним говорили?
О:Вскоре мистер Браун сошел вниз, и они с мистером Бекфордом уединились в гостиной.
В:То бишь дядя? А что племянник?
О:Беседовал только дядя, сэр.
В:Как долго?
О:С часок. А то и меньше.
В:Вы слышали, об чем они говорят?
О:Нет,
В:Ни единого слова?
О:Ни словечка. Им прислуживала Доркас. Сказывала…
В:Мы ее выслушаем. Говорите об том, что сами видели и слышали.
О:Я подвел мистера Брауна к мистеру Бекфорду. Они раскланялись, обменялись учтивостями, но мое дело маленькое, я пошел приглядеть за чваем.
В:Они поздоровались как чужаки иль как знакомцы?
О:Как чужаки, сэр. Мистер Бекфорд частенько так делает.
В:Что именно?
О:Ну, знакомится с проезжающими, какие из образованных.
В:То бишь встреча была случайной?
О:По всему, сэр.
В:Позже мистер Бекфорд поведал вам об теме их беседы?
О:Нет, сэр. Лишь просил хорошенько заботиться об господах. Мол, дядюшка — знатный лондонец, едет по христианскому делу. Так и сказал, сэр: по христианскому делу.
В:Какому именно?
О:Не уточнил, сэр. Но в кухне Фартинг открыл, почто они едут. Дескать, в Бидефорде молодой джентльмен намерен почтить свою тетушку. Богатую, мол, даму, сестру мистера Брауна. Зажиточна, что твоя султанша, так он выразился. А лондонская, стало быть, девица предназначалась ей в услуженье.
В:Но в Бидефорде таковой дамы не числится?
О:Нет, как опосля выяснилось. Я тогда ж сказал, что об ней не слыхал, но Фартинг отмахнулся — мол, неудивительно, тетушка живет уединенно и не в самом городе, а в предместье. Набрехал, подлец — оказалось, нет там этакой леди.
В:Что Фартинг говорил об занятье мистера Брауна?
О:Мол, лондонский купец, олдермен, обременен семейством, а после смерти брата и невестки опекает племянника.
В:Сей племянник не унаследовал состоянья?
О:Дескать, все растранжирил и спустил. Так я понял. Только опять же вышло вранье.
В:Что-нибудь говорилось об покойных родителях мистера Бартоломью?
О:Ничего, сэр. Лишь об том, что сынок заносчив.
В:Хорошо.
О:Извольте, сэр, не затруднюсь. Однако ж об том, которого нашли, мне и сказать-то нечего.
В:Как его имя?
О:Все называли Диком, сэр. Фартинг поведал нам всякие байки, что не для девичьих ушей. Уж миссис Паддикоум меня разбранила, воротившись домой. Она ездила в Молтон, где наша младшенькая разрешилась от бремени…
В:Понятно, мистер Паддикоум. Что за россказни?
О:Будто бы малый лунатик, да еще и распутник. Но только Фартингу веры нету. Он же валлиец. Им верить нельзя.
В:Точно ль валлиец?
О:Как пить дать, сэр. Первое — его выговор. Потом еще бахвальство — дескать, он бывалый флотский старшина, такого повидал, что нам и не снилось. Распустил хвост перед девицами. Что до похоти, так на себя б посмотрел, прежде чем другого поносить.
В:То бишь?
О:Я узнал уж после их отъезда, девица оробела сразу-то сказать. Служанка моя, Доркас, сэр. Фартинг звал ее ночью пошалить. Предлагал шиллинг. Только она девица благонравная — обещалась, но не пришла.
В:Об чем еще он говорил?
О:Да все больше похвалялся своим геройством и воинскими подвигами. Пускал пыль в глаза. Мистера Брауна величал приятелем, когда всего-навсего его слуга. Шуму от него, что от драгунской роты. Шалопай, сэр, имечко ему под стать — звонкий медяк. И уехал-то скрытно, до свету.
В:Отчего так?
О:Бог его ведает, сэр, оседлал коня и, не сказав ни слова, на рассвете отбыл.
В:Может, его выслали вперед?
О:Мы встали, а его и след простыл — вот все, что я знаю.
В:То бишь он уехал без ведома хозяина?
О:Не скажу, сэр.
В:Мистер Браун выказал удивленье его отъездом?
О:Нет, сэр.
В:А другие?
О:Никто, сэр. Об нем не поминали.
В:Однако вы считаете, в том есть какая-то загадка?
О:Накануне вечером об раннем отъезде он ничего не говорил.
В:Каких он лет?
О:Сказывал, дескать, еще мальчишкой-барабанщиком участвовал в баталии восемнадцатого года, из чего заключаю, что ныне ему лет тридцать с хвостиком, на кои он и выглядел.