Куколка
Шрифт:
В:Просто из любопытства?
О:Да, сэр.
В:Но в тот день больше никаких вестей об них?
О:Ни словечка, сэр. Лишь через неделю пронесся слух об цветочнике.
В:Об ком?
О:Этак прозвали бедолагу Дика, поскольку других примет не имелось. Но прежде позвольте об кобыле, сэр. Поперву я не смекнул, об чем речь. Было сие за полдень второго мая. Давний мой знакомец, некто Барнкотт из Фремингтона, приехавший
В:Что за лошадь?
О:Старая доходяга, сэр. Ни сбруи на ней, ни уздечки, ни седла. Об том Барнкотт мимоходом помянул, полагая, что лошадь удрала с выпаса. Дело привычное, поскольку в наших-то лошадках сильна примесь диких коней, а те кочуют, что твои цыгане.
В:То была вьючная лошадь?
О:Об том я уж после смекнул, сэр. Пока Дик не нашелся, и мысли не возникло.
В:Как вы узнали об находке?
О:От прохожего, что шел в Даккум и видел мертвое тело на плетне.
В:Далеко ль отсюда Даккум?
О:Добрая лига, сэр.
В:Как и где обнаружили труп?
О:Пастушок его нашел. В чащобе, что зовут у нас Ущельем. Торфяники, непроходимые места. Кое-где овраги — куда твоей пропасти. В той чаще скоко хошь виси — не найдут. Да вот Господь иначе распорядился. Там хорям раздолье, но никак не смертному человеку.
В: Неподалеку и лошадь видели?
О:В миле, на дороге.
В:Что за байка об цветах?
О:Все правда, сэр. Так и на дознанье было сказано. А я слышал от того, кто разрезал петлю и доставил мертвеца к опознанью, где бедолагу привязали к столбу, а уж потом зарыли возле Даккумского Креста. Изо рта покойника торчал букетик фиалок, с корнем вырванных, но во всем цвету. Многие сочли сие колдовством. Однако те, кто ученей, говорят, мол, цветы произросли из праха, в каковой все мы обратимся. Мой рассказчик ничего чуднее не видел: этакая красота на почерневшем лице.
В:Вы не догадывались, кто сей мертвец?
О:Нет, сэр. Даже после приезда следователя не смекнул. Сами посудите — целая неделя прошла. И Даккум в другом приходе. Гостей-то было пятеро, поди сообрази, что один из них скверно кончил, и никто не всполошился об остальных.
В:Что дале?
О:А потом, сэр, неподалеку от дороги, где начинается Ущелье и видели старую кобылу, нашли окованный медью сундучок. Вот тогда-то мне стукнуло, и я скоренько поделился своими мыслями с нашим мэром мистером Таккером, с кем приятельствую. Затем я, мистер Таккер, аптекарь мистер Экланд — он городской писец и кое-что смыслит в законах — и Дигори Скиннер, наш жезлоносец и констебль, сколотили posse comitatus {21} ,
В:Когда сие было?
О:В первую неделю июня, сэр. Мы поехали туда, где был найден сундучок, и я тотчас признал в нем имущество молодого джентльмена мистера Бартоломью. В утро отъезда конюх Иезекиль помогал увязывать ихний багаж и сейчас подтвердил мое мненье. Потом я взглянул на лошадь, кою к тому времени уже взнуздали и поставили на соседней ферме. Она тоже показалась знакомой, сэр. Сел я и крепко призадумался, а затем поспрошал об цветочнике. Человек, видевший мертвеца, поведал, что тот был светловолос и голубоглаз. Тут уж сомнений не осталось, и мистер Экланд все как есть отписал дознавателю в Барнстапл.
В:Своего коронера у вас нет?
О:По уставу положен, сэр. Но место вакантно. Пустует. Так что призвали из Барнстапла.
В:Доктора Петтигрю?
О:Его, сэр.
В:Сундучок был спрятан?
О:Забросили в росточь, густо обросшую кустарником, шагах в четырехстах от дороги. Но тот, кто нашел, сквозь листву заметил сверканье меди.
В:Что такое «росточь»?
О:Водороина, сэр. Овражек.
В:Труп тоже был найден неподалеку, верно?
О:Так точно.
В:Сундук был пуст?
О:Как ваш стакан, сэр. Правда, ходит одна небылица, Доркас вам расскажет. Мол, прежде сундук ломился от золота. Но она видела его открытым — все враки.
В:Мы ее спросим. Был ли у путников иной багаж?
О:Был, сэр. Большой кожаный баул и еще всякое. Но боле ничегошеньки не нашли.
В:Хорошо ль смотрели?
О:Десять человек искали, сэр. Да еще констебли. Шибко опасались найти еще мертвецов — ну как всех подстерегли да порешили? Кое-кто полагает, так оно и случилось, да только неведомо, где искать.
В:Тогда почему ж Дика не спрятали?
О:Не ведаю, сэр. Все загадка. Одни говорят, он всех умертвил, трупы закопал, а потом в отчаянье и на себя руки наложил. Другие считают, он был в сговоре с убивцами, но раскаялся, и ему заткнули рот — представили дело самоубивством, но шибко торопились и тело не спрятали.
В:В ваших краях пошаливают?
О:Благодаренье Богу, лет двадцать ни об чем этаком не слыхивали.
В:В таком разе ваша вторая версия не выглядит убедительной, мистер Паддикоум.
О:Мне тоже сумнительно, сэр. Я лишь повторяю, что люди говорят. Одно определенно: злодеянье свершилось там, где нашли кобылу и сундук. И я скажу вам почему, сэр. Проедь они еще чуток — и уже Даккум. Майский день, на улицах людно, их бы приметили.