Кукла колдуна
Шрифт:
— В этот раз у меня очень хитрая каури, правда? — медленно проговорил мужчина, не отрывая взгляда от феи.
Казалось, она вот-вот улыбнется. Ему почти хотелось этого.
— Не знаю, о чем ты говоришь, — покачала головой девушка и вдруг сделала шаг к нему.
Сама.
Дайрен застыл.
Ещё шаг. Теперь она стоит совсем рядом, в каком-то полуметре. И заглядывает из-за его плеча в клетку.
Любопытная. Прячется за него…
Какое странное ощущение.
Сердце пропустило удар.
— Она тебя не укусит? — спросила
Дайрен не сводил с нее глаз. Почти не знал, что сказать. Почти забыл, что когда-то злился.
— Не укусит, — отрывистый ответ. — Подойди ближе. Не бойся.
Ариана сделала ещё один крохотный шаг и несмело подняла ладони к его груди. Она опасалась приближаться к самой решетке, а потому выглядывала сбоку из-за мужской груди. Смотрела поверх его плеча.
Почти прижалась к нему. Но все еще страшилась прикоснуться.
— Не бойся, — хрипло проговорил рыцарь и медленно обнял ее за талию. Мягко вдавил в себя, стараясь не дышать. Не вдыхать ее.
Арилейна вздрогнула, но совсем чуть-чуть. Едва заметно. Посмотрела на спокойную, как домашняя коза, смертоносную тварь, и улыбнулась.
— А разве мантикор можно приручить? — спросила тихо.
Дайрен слышал, как забилось ее сердце. Она была слишком близко, чтоб не слышать. Не чувствовать.
— Я могу приручить любую… даже самую норовистую зверюшку, — ответил он, едва не улыбнувшись.
И резко развернул девушку вполоборота к клетке. Крепко обхватил ее ладонь и, взглянув в огромные испуганные глаза, протянул вперёд, сквозь решетку.
Мантикора дернулась, фыркнула. Острый хвост взметнулся вверх и…
Опал.
Маленькая ладошка прикоснулась к рыжей шерсти. Зарылась пальцами.
Зверь не шевелился, закрыв горящие ядом глаза.
Арилейна широко и по-детски радостно улыбнулась.
— Только помни: никогда не пытайся сделать этого без меня, — жёстко сказал Дайрен, и девушка кивнула со всей серьезностью. Впрочем, тут же начала чесать мантикору, как будто ничего страшного он не сказал.
"Глупая феечка", — подумал рыцарь. Но в этот раз злости не было.
— Так я могу здесь гулять иногда? — спросила она, хлопая пушистыми ресницами.
И опять эта ее широкая улыбка. Наивная до безумия.
"Нет уж, феечка. На меня такие фокусы не действуют".
И, если бы она ещё не стояла рядом, у него в объятиях…
— Можешь, — вопреки мыслям, ответил он, скривившись. Чувствовал, что пожалеет. — Но только до десяти часов вечера. Ровно в десять вольеры открываются. И из сада тебе живой уже не выйти.
— Спасибо! — радостно воскликнула она, и дернулась в его руках.
Он готов был поклясться, что она едва его не поцеловала.
Мрак. Наваждение.
И вот: не уходит. Не отстраняется.
Серые глаза испуганно расширились. Чернота зрачков залила радужку.
Вздохнула. Тяжело. Глубоко. Задержала дыхание.
Посмотрела на его рот.
Пухлые губы еле заметно распахнулись…
— Мне
Отпустил ее и, резко развернувшись, ушел, не оглядываясь. А через некоторое время приказал запрячь карету и уехал прочь из дома, где все мысли сбивались в кучу, возвращаясь к одной единственной фее.
Но через пару часов, когда солнце уже начало клониться к горизонту, его карета снова появилась у ворот. Уже на территории особняка он мгновенно осознал, что был прав. Арилейне нельзя было разрешать прогулки.
Но нет, она не сбежала. В этот момент Дайрен неожиданно подумал о том, что даже хотел бы, чтобы она сбежала. Потому что все было гораздо хуже. Она умирала.
Глава 10
Не знаю, что за чувство появилось у меня внутри, когда он ушел. Странная ощущение пустоты, следом за которым пришло разочарование. И это меня почти напугало.
Я встряхнула головой, стараясь не думать о рыцаре. Выбросить из мыслей, заглушить чем-то более важным.
Например, историей гибели моего народа. Размышлениями о спасении брата. О том, как он там без меня. Один среди монстров. Рядом с отвратительной повелительницей фурий, которая высасывает из него жизнь. Саму нашу суть.
Да, это помогло.
Я никогда не должна забывать, что нахожусь среди врагов. Несмотря на то, что некоторые из них совсем на таковых не похожи. Нужно помнить, что, как только Дайрен получит необходимое, не моргнув глазом, отдаст меня царице Элеандоре. Не стоит строить на его счет иллюзий.
Я обязана вызволить Кэльфиана, но пока что приходится думать только о том, как спастись самой.
Что ж, этого следовало ожидать, учитывая, что несколько дней назад я самонадеянно отправилась в Сумеречное крыло без нормального плана. Но разве был другой выход? Надо смотреть правде в глаза: в тот вечер я бы и не смогла освободить брата. У меня нет ни достаточных знаний в магии, ни сил. Но если бы я отказалась от этой идеи, то просто предала бы единственного близкого человека.
Вернувшись в дом, еще полдня я читала ту самую книгу, что взяла из библиотеки. И, признаться, узнала кое-что новое.
Оказалось, что все поселения моего народа издревле были окружены магическим барьером, которые фурии называли "Пузырь фей". Эта магия защищала тех, кто находился внутри, не от атаки врагов. Но от самого их взгляда. Пузырь фей невозможно обнаружить, если не знать о нем заранее. Именно это позволяло моим сородичам скрываться так долго.
В этом месте я стала читать очень подробно.
В книге говорилось, что информация о фейских стоянках утекала сквозь пальцы, просачиваясь к фуриянцам. Частенько люди, которые казались феям друзьями, предавали тех ради денег. И тогда по слову одного такого человека могли "зачистить" целую деревню. Но бывало и иначе. Случалось, под пытками феи сами рассказывали об известных пузырях.