Куда идем мы 5
Шрифт:
— И не говори, Босс, — горячо поддержал монашка обезьян. — Махновщина какая-то с гармошкой и песней «Цыпленок жареный».
— А я осознал! — с чувством заявил Жир и даже приложил руку к сердцу. — Был неправ, осознал, раскаялся и готов искупить вину честным трудом на благо любимого коллектива.
— Отлично! — просиял Псих. — Давай, иди и искупай.
— В смысле? — не понял Жир.
— А прямом! — просиял улыбкой Псих. — У них второй брат прислал нам вызов на поединок, пусть наш второй брат вызов примет. Давай, давай, бери грабли
— А и пойду! — гордо заявил Жир. — Что — думаешь, боюсь? А вот хрен! Пойду и отлуплю эту Выхухоль.
Потом немного помялся и добавил:
— Только это… Пойдем со мной, братюня, а? Подстрахуешь меня. Ежличо.
Псих рассмеялся и встал.
— Ладно, пошли. Тот, ты как всегда — охраняешь Четвертого.
Водяной демон молча кивнул.
А Псих крикнул бесенку:
— Эй, ты, с флажком! Давай, веди нас. Где там у вас бойня объявлена? Можешь так и анонсировать — боец вольного стиля Жир зальет все кровью! Мясо, кишки и куски нутряного жира на стенах будут обязательно!
Начало поединка Жир позорно слил. Середину, впрочем, тоже. То ли перенесенный приступ на него повлиял, то ли магнитные бури на Солнце головку припекли, но дрался свиноид явно хуже обычного — тупил, запаздывал и пропускал. Выхухоль в фехтовании тоже не блистал, немного уступая даже приторможенному Жиру, зато во владении заклинаниями превосходил свиноида на голову. Как следствие — уверенно теснил своего противника, практически загнал его в угол и, улучив момент, схватил его хоботом за пояс и, поднатужась, поднял свинью над головой, намереваясь с размаху шваркнуть об камни.
— Стой! — истошно завизжал Жир. — Я сдаюсь! Сдаюсь! Не бросай!
Выхухоль довольно улыбнулся и бережно опустил пленника.
— Первая победа за Выхухолью! — счастливо заголосил бесенок и принялся неистово салютовать флажком. — Слава нашему повелителю! Слава нашему повелителю!!!
Псих встал и даже похлопал красивой победе.
— Молодец! — крикнул он носатому колдуну. — Теперь попробуй меня так же отработать, и ты покроешь себя неувядаемой славой! Тебе как — отдохнуть надо? Когда начнем?
— Не надо! — закричал опьяненный победой демон. — Иди сюда, мартышка, я тебя так же нагну!!!
Псих раскрутил свой железный посох и кинулся вперед.
Второй поединок протека совсем в другом ключе. Насколько Выхухоль был сильнее Жира, настолько же Псих превосходил его самого.
Обезьян, хотя и был меньше противника на две головы, быстрее двигался, точнее (и сильнее) бил, а между ударами поражал демона с хоботом все новыми и новыми заклинаниями.
Шумно болеющие за повелителя бесенята подавленно притихли, зато пленный Жир веселился вовсю. Он громко хохотал, хлопал себя ладонями по коленам и оживленно комментировал поединок, изощренно при этом унижая Выхухоль.
— Ну все, слоняра, сливай воду! — кричал он. — Труби своим хоботом отбой! Сейчас тебе Псих еще свой посох в хобот засунет — тебе вообще
Последняя фраза, как выяснилось, была подсказкой. Псих тут же схватил измотанного противника за кончик хобота и очень ловко запихнул внутрь свою железную палку. После чего принялся махать палкой с надетым на нее хоботом против ветра, быстро увеличивая свое оружие.
Когда посох растянул хобот до предела, Выхухоль жалобно застонал. Псих тут же прекратил свое занятие и поволок демона в сторону лагеря паломником.
Жир восторженно свистнул, заложив в рот сразу четыре пальца. После чего вальяжной походкой подошел к бесенятам, охраняющим его грабли, протянул руку и потребовал:
— Оружие вернули быстро, утырки!
Бесенята в ужасе замерли и только один, самый смелый, пискнул:
— Что вы делаете?
— Я? — удивился Жир. — Я совершаю побег из плена, разумеется. Дай сюда, я сказал!
Грубо отпихнув охранника, свин забрал свои грабли и побежал догонять Психа с пленником. А догнав, с размаху залудил граблями в корму Выхухоли.
— Ты что это мне пленного портишь?! — возмутился Псих. — Так ты ему своими зубьями дырки в коже пробьешь. Тыльной частью бей!
— Как скажешь, братан! — покладисто согласился Жир и хрюкнул от восторга.
Так они и вели Выхухоля в лагерь — Псих тянул спереди за хобот, а сзади Жир периодически пробивал граблями в тыл.
В лагере обезьян быстренько уменьшил посох, выдернул его из хобота и, почистив травой, поинтересовался у пленника:
— Ну, что делать будем?
— А какие варианты? — мрачно поинтересовался колдун.
— Ну, на мой личный взгляд, с твоим старшим товарищем мы нашли решение проблемы, которое меня вполне устраивает. И тебе я тоже готов оставить жизнь в обмен на парочку интересных умений. Ты к тому же колдун, сколько я понял, у тебя должны быть интересные экземпляры в коллекции. Кое-что ты, кстати, уже засветил в драках с Жиром и мной. Как насчет того, чтобы скинуть на меня «Ветер крепчает»?
— «Ветер крепчает» не отдам, — очень мрачно, но весьма категорично ответил Выхухоль. — Мне он самому нужен.
— А жизнь тебе, значит, не нужна? — с явной угрозой поинтересовался Псих.
— Без «Ветер крепчает» — нет, не нужна, — с мужеством отчаяния заявил пленный демон. — Я все равно без него быстро сдохну. У меня все связки в драке на «Ветер» завязаны, меня без него школьники отлупят. Возьми «Шепот сердца». Без него тоже трудно будет, но по крайней мере, будет возможность новые связки придумать и через годик в прежнюю форму вернуться.
— А что это ты такой наглый? — возмутился Псих. — Почему я вообще должен входить в твое положение? Твои проблемы — это твоя забота, а не моя. Кого колышет чужое горе? Это ты в плену, а не я. Если бы я тебе проиграл — ты бы со мной торговался? Ты бы вообще мне такое щедрое предложение делал? Ага, щас! Заметь — я даже не спрашиваю, кто вам, дуракам, заказ на нас сделал.