Крысолов
Шрифт:
Хоуард внимательно наблюдал за этими двумя, пока они катили коляску. Роза, казалось, уже достигла какого-то взаимопонимания с малышом и теперь держалась уверенно. Толкая вместе с ним коляску, она развлекала его, болтала, затевала что-то вроде игры. То пускалась рысцой — и тогда мальчик бежал рядом, то замедляла шаг — и он тоже шел медленно; но в остальном он по-прежнему словно ничего не замечал вокруг. И лицо у него было все такое же застывшее, отрешенное.
— Почему он ничего не говорит, мистер Хоуард? — спросил Ронни. — Какой-то он странный.
— Почему он ничего не говорит? — как эхо, повторила Шейла.
— С ним случилось большое несчастье, — сказал Хоуард. — Постарайтесь быть с
Минуту они в молчании с этим осваивались. Потом Шейла спросила:
— Мистер Хоуард, а вам тоже надо быть с ним ласковым?
— Ну конечно, — ответил старик. — Всем нам надо быть с ним как можно ласковей.
— А почему вы ему не сделали свисток, как тогда для нас? — в упор спросила Шейла по-французски.
Роза подняла голову:
— Un sifflet? [37]
Ронни объяснил по-французски:
— Он очень здорово делает свистки из дерева. Он делал нам такие в Сидотоне.
Роза так и подпрыгнула от радости:
— Ecoute, Pierre, monsieur va te fabriquer un sifflet [38] .
Все они смотрели на, Хоуарда сияющими глазами. Ясно было, что для них свисток — лекарство от всех болезней, исцеленье от всех горестей.
— Я совсем не прочь сделать ему свисток, — кротко согласился старик. Он сомневался, что это поможет Пьеру, но хотя бы остальные дети порадуются. — Надо найди подходящее дерево. Нужен куст орешника.
37
Свисток? (фр.)
38
слушай, Пьер, мсье смастерит тебе свисток (фр.)
— Un coudrier, — пояснил Ронни. — Cherchons un coudrier. [39]
Вечер был теплый, они шли дальше по шоссе, толкали коляску и поглядывали, нет ли где орешника. Вскоре Хоуард увидел подходящий куст. С фермы они вышли уже три четверти часа назад, детям пора отдохнуть; Хоуард подошел к кустарнику и срезал перочинным ножом прямой сучок. Потом отвел детей в сторону, подальше от потока машин, усадил на траву и дал им разделить апельсин. Трое детей завороженно следили, как он трудится над сучком, и даже почти забыли про апельсин. Роза обняла за плечи мальчика в сером; он, казалось, неспособен был на чем-либо сосредоточиться. Даже дольки апельсина надо было совать ему в рот.
39
Орешник. Давайте искать орешник (фр.)
Старик закончил работу, сунул вкладыш на место и поднес свисток к губам. Раздался короткий негромкий звук, чистый и ясный.
— Ну, вот, — сказал он. — Это Пьеру.
Роза взяла у него свисток.
— Regarde, Pierre, ce que monsieur t'a fait [40] , — и она коротко посвистала. Потом осторожно прижала свисток к губам малыша. — Siffle, Pierre [41] .
И тихий мелодичный свист прозвучал над грохотом грузовиков на дороге.
40
смотри, Пьер, что для тебя сделал мсье (фр.)
41
посвисти,
5
Они вернулись на шоссе и пошли дальше к Монтаржи.
Вечерело; по безоблачному небу солнце спускалось к горизонту. Был тот вечерний час, когда в Англии после долгого жаркого дня начинают петь птицы. В средней Франции птиц мало, по воскресеньям французские крестьяне охотятся на них, но Хоуард невольно прислушался — не зазвучит ли птичье пение. Однако услышал он совсем другую песню. Послышалось отдаленное гуденье самолетов; вдалеке затрещали пулеметы, грохнули взрывы — вероятно, рвались бомбы. По дороге чаще прежнего катили грузовики с французскими солдатами — все туда же, на запад.
Ясно, что до Монтаржи не добраться. Дороге не видно конца; по расчетам Хоуарда, с того места, где остался автобус, они прошли около пяти миль. Впереди еще миль десять, и уже надвигается ночь. Дети измучены. Ронни с Шейлой то и дело начинают ссориться; Шейла — сердитая, усталая — вот-вот расплачется. Роза уже не так оживлена, как раньше, и поток болтовни, обращенной к новому мальчику, иссяк; она молча ведет его за руку, устало переступая босыми ногами. Пьер бредет с нею рядом, бледный и молчаливый, часто спотыкается; в свободной руке стиснута ореховая дудочка.
Пора найти пристанище на ночь.
Выбор был небогат. Впереди по правую сторону дороги видна ферма, в полумиле дальше по левую сторону — еще одна; больше этого детям не пройти. Хоуард повернул к ближней ферме. Табличка, прибитая к столбу — «Chien mechant» [42] , — предостерегла его, но не детей. Собака, огромная пятнистая зверюга, рванулась к ним на всю длину своей цепи, загремела ею, оглушительно залаяла. Дети кинулись назад, перепуганная Шейла громко закричала и заплакала, захныкала и Роза. Под вопли, слезы, неистовый лай Хоуард подошел к дверям и попросился на ночлег.
42
злая собака (фр.)
— Негде тут ночевать, — проворчала угрюмая старуха. — По-вашему, у нас гостиница?
Женщина помоложе, с приветливым лицом, возразила из-за ее плеча:
— Они могут спать в амбаре, ma mere [43] .
— А? В амбаре? — переспросила старуха. Оглядела Хоуарда с головы до ног и прибавила: — Когда у нас стоят солдаты, они спят в амбаре. Деньги у вас есть?
— Денег хватит, — ответил он. — Я вам заплачу за хорошую постель для детей, мадам.
— Десять франков.
43
матушка (фр.)
— Десять франков у меня найдется. Можно посмотреть амбар?
Старуха провела его через хлев в амбар. Это было большое голое помещение, пустое и неудобное, один конец, видимо, служил для молотьбы. Младшая женщина вошла следом. Хоуард покачал головой.
— Очень печально, мадам, но детям нужна постель. Придется мне поискать где-нибудь еще.
Он услышал, как младшая женщина зашептала что-то про сеновал. Услышал, как сердито заспорила старуха. Младшая сказала:
— Us sont fatigues, les petits… [44]
44
малыши так устали… (фр.)