Крысолов
Шрифт:
Стас чертыхнулся, крутанулся на каблуках и зашагал по коридорчику. Выкинуть, выкинуть, выкинуть это все из головы!
Только любовных томлений не хватало – когда нужно добраться до секвенсора, когда на твои поиски брошены все гэбэшники области и к ним вот-вот ребята Графа присоединятся!
Лишь на выходе в зал взял себя в руки.
Медленно, медленно шагать! Ненапряжно, неспешно. Не дай бог, если телохранителю Марго почудится что-то подозрительное и он привяжется…
ГЛАВА
Пустые дороги, освещенные голубоватыми фонарями, разрезали город призрачными реками.
Машина неслась, летела, плыла по пустому городу. Редкие огни окон, рекламы, освещенные витрины… И голубовато-зеленые уличные фонари, способные превратить даже загаженный провинциальный город в стильный и задумчивый, полный тайн и невнятных, но так щемящих сердце обещаний…
Тайн и в самом деле хватало.
Ну и где теперь искать секвенсор?
Марго может думать, что Граф восстановил ферму на старом месте. Но она не была на старой ферме, не видела, что посреди пожарища есть только крохотный строительный фургончик вроде сторожки – да и тот давно заброшен…
Тогда – где?
Кроме Марго, ниточек к Графу нет.
И никаких намеков, где он мог организовать новую ферму. А город большой. А с пригородами-приростками и того больше… Население еще в начале века перевалило за полмиллиона. А за последние три года город еще больше разросся. Дома росли, как грибы. Тут и там тускло светились синими пунктирами скелеты огромных жирафов – краны, краны, краны…
Нет, объехать и осмотреть весь город нереально. Это не деревня. Далеко не деревня.
Тогда как искать? Может, правда, крыс послать? И плюнуть на то, что их могут обнаружить? Деваться-то все равно некуда, и хуже не будет. А шесть сотен пронырливых тварей, шесть сотен зорких глазенок… Любую подворотню обыщут.
Только как им объяснить, что искать?
Знал бы, что искать – сам бы нашел. Но представление о ферме только в самых общих чертах. Модифицированные крысы, конечно, твари умные. Их не то что с природной крысой не сравнить, они и любую, даже самую умную собаку переплюнут по сообразительности. Ну, если собака, конечно, не модифицированная…
Они умны, чертовски умны для животных. Все-таки найти ферму для разведения генных ублюдков при отсутствии конкретного описания… Нет, не объяснить. Слишком абстрактно. Лобастому, наверно, можно. Роммель тоже поймет. Белоснежка, возможно… Блондиночка с норовом, но сообразительная. А остальные шесть сотен крысиных душ?..
Когда впереди показался съезд на дорогу к старой ферме, Стас сбросил скорость. Съехал с шоссе, опустил окно и медленно-медленно пополз по дороге.
Через сотню метров, когда дорога пошла на изгиб и деревья отгородили ее от шоссе, остановился и заглушил мотор. Прислушался. На бога надейся, а сам не плошай…
Тихо. Никто к машине не лезет.
Стас свистнул. Прислушался.
Без изменений.
Та-ак… Неужели и в самом деле что-то случилось?
Стас распахнул дверцу,
– Ч-черт!
Мимолетный взгляд в зеркало заднего вида отозвался во всем теле адреналиновой встряской. Стас еще раз глянул в зеркальце. Тьфу, ну и видок… Ну еще бы крысы узнали в этой стальной арийской образине прежнего Крысолова!
Ладно, подождем. Пусть теплый воздух из машины вынесет запах. По внешности не узнают, а по запаху должны. Одеколон дорогой, с большим числом ингредиентов, – но это не должно их смутить. В этом отношении модифицированные крысы как собаки. На одеколоны не обращают внимания. Только на запахи тела, на действительно биологические запахи.
С обочины к машине вынырнули две крысы.
– Доклад, – скомандовал Стас.
Крысы переглянулись. Быстрые, едва уловимые движения и ужимки. Совсем как люди, старые приятели, решающие, кому делать то, что сделать необходимо, но неохота.
Наконец одна крыса нырнула в сторону, в тень. Вторая же подалась вперед и принялась кружиться, то привставая на задних лапах, то отстукивая передними по земле. Почти пчелиный танец. На самом деле куда более информативно, чем пчелиный танец. Все же матушка-природа кое в чем та еще пофигистка. Работает по минимуму. Человеческие руки способны на большее.
Всего крыса сделала четыре па. Движения не идеальные, но вполне четкие, все паттерны различимы:
“Спокойно”. “Чужих не было”. “Потерь нет”. “Какие будут приказы”?
– Молодец. – Стас склонился, почесал тварюгу за ушами. – Служба!
Крыса привстала на задние лапки, с силой упала на передние, попытавшись стукнуть когтями по земле как можно громче, и унеслась за обочину.
Перед воротами встретил еще один крысиный патруль. Эти сами вылезли, тут же заблокировав машину, – все как полагается.
К машине вынырнул Роммель. Пригляделся, пискнул, и патруль брызнул прочь от машины.
Стас приоткрыл дверцу:
– Ну, герр майор, что у нас?
Роммель закружился в танце. Его движения были куда четче, чем у патрульного возле шоссе.
Тут тоже без происшествий.
Ну и замечательно.
Стас вылез из машины, открыл багажник и вывалил два мешка арахиса. В принципе, сегодня крысиные души должны были сами о себе позаботиться. Вокруг лес, где достаточно и животных, и корней, и припрятанных обычными грызунами запасов…
Но мало ли как дальше сложится. Пусть лучше будут сыты.
Стас залез обратно в “ниву-шевроле”, проехал в ворота, припарковался за сторожкой. Взял с заднего сиденья пакет с едой и большую пластиковую бутыль с питьевой водой, обошел фургончик…
И замер перед дверью. По нервам опять стегнуло адреналином, как собачьей лапой по гитарным струнам. Из дома неслись голоса.
Стас сглотнул. Прислушался.
– Блин!!!
Не голоса это, а опять эта стеклянная сиська! Ох уж этот Серый! Прямо какой-то телевизионный наркоман, а не карликовый шимпанзе!