Крым наш!

Гуров Валерий Александрович

* * *

Прибыв домой, я сразу же окунулся в атмосферу радости. Казалось бы, напротив, все должны горевать, ведь у нас две безвозвратные потери. Но бойцы и офицеры искренне радовались теперь моему возвращению.

Они невесть что надумали себе. Как рассказывал чуть позже Кашин, которому я приказывал по мере возможности наблюдать за Даниловым, поручик был крайне озабочен и серьёзен, молчалив. Что-то мне подсказывало, что в этом офицере вновь рождались мысли о мщении сильным мира сего. Но уже за мой арест.

Нет, что ни говори,

а нужно срочно Данилова женить. Выброс сексуальной энергии и тёплые чувства к противоположному полу в значительной степени смягчают сердце даже и упертого мстителя. Других возможностей, чтобы окончательно переубедить Антона Ивановича служить службу и не тужить, не забивать свою голову лишними проблемами, у меня не осталось.

— Ломоносов что же, давно ушёл? — спросил я у Кашина, когда тот доложил мне о всём произошедшем в моё отсутствие.

— Это тот большеголовый господин и с пухлыми губами? — спросил сержант, проявляя изрядную фамильярность, видимо, от счастья лицезреть меня.

— Уважительнее! Этот господин — великое будущее для России! Знай это, Иван! И, случись что со мной, то чем сможешь, тем и помоги Михаилу Васильевичу Ломоносову, — сказал я, рассматривая себя в небольшое зеркало, которое пришлось взять в руки и перемещать.

Если мне сказали переодеться и быть готовым, то мало ли куда должны позвать. То, что случилось ночью, ещё окончательного своего завершения не имеет.

К сожалению, последствия случившегося могут быть весьма и весьма разными. Вероятно, я даже могу получить отставку сразу от двух женщин: и от горячей, но измученной красотки Елизаветы Петровны, и от милой, впечатлительной, Анны Леопольдовны. Не сказать, что этот факт меня убивает, но он неприятный.

И, что интересно, более всего мне не хочется терять расположение Анны Леопольдовны. И это несмотря на то, что до таких откровений, которые у меня случились с Елизаветой Петровной, нам с Анной далековато. Если вовсе они когда-нибудь свершаться.

— Ваше превосходительство, к вам посыльный! — сообщил мне солдат, нарушивший наш диалог с Кашиным.

И быстро стало понятно, почему солдат так поступил. Посыльный-то был из императорского дворца — а его ещё и не пропустили ко мне.

Так что можно было прерывать любую мою беседу, а то того и гляди — вся наша гвардейская рота, демонстрируя пример строевой подготовки, будет маршировать к рабочему месту палача.

Меня требуют на аудиенцию? Значит, едем во дворец!

От автора:

Майор разведки погибает, отомстив за смерть лучшего друга. Его сознание переносится в тела сразу троих мальчишек конца 19-го века. Навыки боевого офицера помогают герою освоиться с необычной ситуацией, когда приходится в одиночку управлять одновременно тремя телами…

Глава 12

Нашей душой управляют четыре невидимые силы: любовь, смерть, власть и время. Пауло Коэльо

Петербург

28 ноября 1734 года

Государыня,

императрица Российской империи Анна Иоанновна, находилась в прекрасном расположении духа. После ночной стрельбы государыня возжелала также поутру пострелять, да больше обычного.

Егеря расстарались да выгнали из загонов самую привлекательную добычу для любого охотника. Были здесь и несколько благородных красавцев-оленей, и рыжие с пятнышками косули, и жирные пёстрые глухари. Даже медведя решили выставить под окнами императрицы, чтобы она уж сама принимала решение, стоит ли убивать хозяина леса. Мишку крепко привязали сразу к двум деревьям, оставляя животному слишком мало места для манёвра, чтобы он мог рассчитывать на больше чем один промах государыни.

Но Анна Иоанновна сегодня не промахнулась ни разу. Все двенадцать выстрелов были точно в цель. И теперь императорская кухня была загружена больше, чем обычно. Кто ж знает, какой именно из семи своих призов захочет испробовать государыня?

Да и она сама пока не знала. Может быть, всё-таки вырезку оленя?

Однако это будет только вечером. Обед государыни будет готовить артель совершенно других поваров. Это уже некоторый эксперимент от фаворита. Был он в одном заведении… Так и до сих пор под некоторым впечатлением.

Сильно преувеличивали те, кто думал о страхе Анны Иоанновны или даже о её беспокойстве от шума прошедшей ночью. Да она и слышала-то всего пару глухих, отдалённых звуков. Мало ли, кто там шалит. Это лишь добавило желания самой пострелять. Анна Иоанновна уже перестала опасаться смены власти. Она просто-таки не видела конкурентов.

Только что государыня отправила прочь одну рассказчицу, которая смогла развеселить государыню. После послушала сплетни двора от Авдотьи Бужениновой. Все это время герцог Бирон прождал в соседней комнате, не желая прерывать процесс приобретения положительных эмоций императрицей.

Теперь же он вошел к государыне.

— Ваше Величество, не откажите ли мне составить вам компанию на обед? — спросил герцог Бирон.

— И когда уже ты, Эрнестушка, выучишь русский язык? — уже, наверное, в сто первый раз спрашивала императрица, кривясь от акцента и грамматических нелепиц.

И уже в сто первый раз Эрнст Иоганн Бирон с обезоруживающей улыбкой пожимал плечами. Он присел рядом с государыней на кресло и взял женщину за руку.

— Зови с нами отобедать ещё и Андрея Ивановича Ушакова. Али ты думаешь, что я не знаю, что он нынче пребывает во дворце? Опять воду мутите?

— Матушкья, кто же поперёк вас пойдёт? То наша возня. Да и убыл уже он, — Бирон сделал вид, что даже огорчен. — То всё споры детей ваших, кому ближе быть к матери.

— Ты ещё цыцку попроси, дитё! — рассмеялась государыня.

— А и попрошу! — похабно улыбнулся Бирон, направляя свои шаловливые руки к выдающемуся бюсту императрицы.

Но получил пару игривых шлепков во своим похотливым конечностям.

— Будет тебе! Ночью придёшь, дам подержаться! — сказала императрица и громоподобно рассмеялась.