Крылья над полюсом
Шрифт:
Норвежские китобои искали Андре вдоль берегов Восточной Гренландии. А американский журналист Вальтер Уилман надеялся найти воздухоплавателей на мысе Флора в южной части Земли Франца-Иосифа.
Прошел еще один год. И тут Андре как будто снова попытался дать знать о себе. 14 мая 1899 г. к Кодла-фьорду на западном берегу Исландии морским течением прибило пробковый буек с цифрой 7. Хорошо сохранившийся текст на фирменном бланке экспедиции Андре гласил: "Брошен из шара Андре 11 июля 1897 года в 10 часов 55 минут вечера по Гринвичу под 82° северной широты и 25° восточной долготы. Мы летим на высоте 600 метров. Все благополучно.
Через четыре месяца у Земли Короля Карла на Восточном Шпицбергене нашли пустой, без записки, буек, на котором прочли полустертую надпись: "Полярная экспедиция Андре". И наконец, 27 августа 1900 г. на северном берегу норвежской провинции Финнмарк подобрали только что выброшенный морем пробковый буй с запиской на фирменном бланке:
"Буй номер 4, выброшенный из шара первым. 11 июля в 10 часов по Гринвичу. Наш полет идет пока хорошо. Мы находимся приблизительно на высоте 250 метров над очень неровным льдом. Погода прекрасная. Настроение отличное. Андре, Стриндберг, Френкель".
Самое первое сообщение аэронавтов шло 1142 дня!
Проходили годы. Вскоре разразилась Первая мировая война, нахлынули другие важные события, и люди забыли о первых аэронавтах, устремившихся на заре воздухоплавания к неведомому Северному полюсу и пропавших без вести...
Случайная находка
В августе 1930 г. норвежская промысловая шхуна "Братвог" подошла к арктическому острову Белый. Отстреливали моржей почти весь день. Когда сели отдохнуть, палило солнце. Усталые матросы Сален и Тюсвик, не бросая винтовок, полезли вверх, по мокрому склону, чтобы найти чистую воду. На высоте около 10 м над уровнем моря поперек пологой площадки журчал прозрачный ручеек. Сален наклонился над ним и увидел алюминиевую крышку от кастрюли. Матрос поднял ее и осмотрелся: может быть, и сама кастрюля здесь?
Невдалеке из-под снега выглядывал кусок грубого брезента. Норвежцы стали сбивать с него снег и вскоре обнаружили, что это нос лодки, а в ней какие-то вещи. Сразу бросилась в глаза приклепанная сбоку позеленевшая латунная пластинка. Сален протер ее, прочитал надпись и закричал:
– Полярная экспедиция Андре! Сюда, ребята!
Сбежались члены экипажа и пассажиры - геологи экспедиции доктора Гюннара Хорна. Смерзшийся снег крошили ломами, кирками, лопатами. Постепенно площадку расчистили.
В шлюпке нашли два ружья, ящик с патронами, мотки веревок, спички, банки с консервами, деревянные коробки с компасом и секстантом, остатки медвежатины. Из найденного здесь же узла одежды вытащили карманный календарь, испещренный цифрами наблюдений и лаконичными заметками.
Шлюпка была привязана к саням, на которых стояла. Чуть поодаль оказались вторые сани. Еще дальше лежали две пары изорванных суконных штанов, носовой платок с вышитой красными нитками монограммой "N. S.", вмерзшая в лед аптечка.
Под гранитной скалой в конце площадки можно было рассмотреть квадратный кусок шелка, а под ним - кучу одежды. Здесь, по-видимому, когда-то стояла палатка. Все было засыпано снегом, поэтому не сразу рассмотрели, что в тряпье покоился прислонившийся спиной к гранитной стене человеческий скелет в тяжелых полярных сапогах. И когда увидели на полуистлевшей подкладке куртки вензеля "S. А.", поняли, что перед ними прах капитана первых воздухоплавателей, пытавшихся 33 года назад покорить Северный полюс. В свитере оказались
Норвежцы уже собирались прекратить раскопки, когда в расщелине между скалами заметили сапоги. Под камнями оказался скелет в истлевшей одежде. На одной из костей кисти заметили золотое кольцо, на котором прочли выгравированную фамилию Стриндберга.
Шхуна должна была продолжать путь к Земле Франца-Иосифа, где геологи собирались проводить исследования, а промысловики - бить моржей и тюленей. Поэтому искать останки третьего аэронавта не оставалось времени.
Доктор Хорн на клочке бумаги наскоро набросал план лагеря, матросы перенесли на борт "Братвога" собранные вещи, сколотили гробы. А на месте, где лежал труп Андре, геологи поставили каменный тур с высоким деревянным шестом в середине. Под камни положили бутылку с запиской: "Здесь норвежская экспедиция, плывущая из Олесунна к Земле Франца-Иосифа на моторном судне "Братвог" (капитан Педер Элиассен), нашла останки шведской экспедиции Андре. Гюннар Хорн, Белый остров, 6 августа 1930 года".
Через три недели по следам "Братвога" помчалась другая норвежская шхуна "Исбьерн" со шведской экспедицией на борту. Уже 5 сентября она была у острова Белый.
В метре от того места, где нашли останки Андре, был обнаружен скелет Френкеля. В кармане пиджака лежали записная книжка и вечное перо с чернилами.
Экспедиция картографировала каждую косточку, каждый обрывок ткани. Собирали даже отбросы пищи. Их было мало, и это свидетельствовало о том, что аэронавты жили здесь недолго. И наконец, еще одна бесценная находка: совершенно целый фотоаппарат и металлические ящики, где находились кассеты с фотопластинками.
Возвращенные из небытия
В Тромсё "Исбьерн" ждали шведская правительственная комиссия, родственники погибших аэронавтов и журналисты. Комиссия изучила каждую находку, сколь бы мала и незначительна на первый взгляд она ни была. Страницы дневников переложили промокательной бумагой и перед расшифровкой записей высушили. Ценные личные вещи отдали родственникам. Останки уложили в три гроба, погрузили на ту же канонерскую лодку "Свенсксюнн", которая 33 года назад доставила экспедицию Андре на Шпицберген, и привезли в Стокгольм, где торжественно сожгли в крематории. В память первых арктических воздухоплавателей здесь же, в Стокгольме, на добровольные пожертвования был учрежден дом-приют имени Андре для престарелых и бездомных полярных путешественников - последняя дань тем, кто отдал свое здоровье исследованию сурового Севера.
Один из дневников Андре сохранился почти полностью. Он велся с 11 июля до 2 сентября 1897 г. и содержал 118 страниц. Из второй книжки восстановили только четыре с половиной страницы с записями за 3-7 октября того же года.
Среди дневников Стриндберга наиболее подробными оказались дневники-письма, адресованные его невесте. Уцелели две страницы научных наблюдений, помеченные 11 и 17 июля, а также настольная книга с астрономическими наблюдениями и меню за период с 15 июля до 4 сентября. И вторая аналогичная книжка, в которой было исписано 14 страниц за период с 5 сентября по 2 октября и 41 страница различных коротких наблюдений за время с 11 по 15 июля.