Крылья мрака
Шрифт:
Нападение оказалось настолько внезапным, что эливенер только и успел, что повернуться и сделать один шаг, намереваясь рвануть в сторону… но козел не зевал, и, прыгнув вбок, достал противника.
Брат Лэльдо, получив мощный удар под зад, отлетел метра на три и шлепнулся на землю, не зная, смеяться ему или ругаться.
Десимус, конечно, видел происходящее, но сейчас ему было важнее успокоить перепуганных молочных коз, и он решил, что путешественники разберутся без него. В конце концов, не съест же их глупенький козлик!
Путешественники и вправду разобрались, сами
Иир'ова подбежала к козлу и бесцеремонно схватила его за загривок. Лэльдо ожидал, что рассерженный черный зверь сейчас и Лэсе врежет как следует, — но тот вдруг присел на задние ноги и умильно уставился на кошку снизу вверх. При этом козел как-то странно потряхивал бородой и поводил плечами, как будто кокетничая, и распространял вокруг волны ошеломительной вони.
Иир'ова изумленно уставилась на него и тут же принялась исследовать козлиный умишко в поисках причины столь странной перемены поведения. Поняв, в чем дело, Лэса расхохоталась во все горло и достала из кармана юбки-брюк чесночную головку с увядшими уже листьями.
При виде чеснока козел окончательно сомлел. Он распластался на земле у ног кошки и умирающим голосом сообщил: «Ме-е-е…»
Лэса положила перед ним чесночинку — и козел мгновенно ожил. Высунув длинный фиолетовый язык, он слизнул чеснок и захрумкал им, закрыв от наслаждения глаза.
По черной бороде потекли слюни. Сожрав чеснок и преисполнившись новых сил, козел вскочил, нежно боднул Лэсу (от чего иир'ова едва не свалилась) и, несколько раз высоко подпрыгнув, умчался к своему гарему, радостно блея и разбрасывая острыми копытами комья земли.
Десимус к этому времени уже справился со стадом, козы спокойно щипали травку, и козел, еще немного попрыгав и побегав, присоединился к коллективу.
Пастух подошел к путешественникам. Брат Лэльдо посмеивался, отряхивая с одежды пыль, Лэса хихикала, потирая ушибленные козлиными рогами коленки.
— Ну и зверь! — сказал эливенер. — Может, и хорошо, что на нашем континенте таких нет. Уж очень у него характер дурной.
Десимус рассмеялся.
— Да, с козлами не соскучишься, — согласился он. — Не сильно он вас ушиб?
— Ничего, выживем, — весело передала иир'ова. — Вот не ожидала, что он на чеснок клюнет! А я и забыла, что взяла с собой эту головку! Что, все козы так любят чеснок?
— Все козлы, — уточнил Десимус. — Я рад, что вы пришли. Да еще с чесноком. Иначе, пожалуй, я сегодня не досчитался бы парочки подопечных. Вот ведь незадача! Забыл вчера на огород забежать!
— Погоди, погоди, — остановил его брат Лэльдо. — При чем тут чеснок? Ты можешь объяснить?
— Да тут и объяснять нечего, — развел руками сурт. — Тварь испугалась запаха чеснока, вот и все. А если бы я с утра дал Прету чесночинку, — пастух кивнул в сторону черного козлища, давая понять, что это его зовут Претом, — так никто бы и близко к стаду не подошел.
— Вот это да! — пришла в восторг иир'ова. — Одна-единственная головка этой едкой травы — и все? Полная безопасность?!
— Ну, не совсем так, — поспешил охладить ее пыл Десимус. — Чеснок все-таки должен сочетаться с козлом. Впрочем, и без козла он некоторых хищников отпугивает. Но, конечно, далеко не всех.
— Ну да, — сказал брат Лэльдо. — Если чеснок сочетается с козлом — понятно. Какой же хищник сможет выдержать такую вонищу?
Все трое расхохотались.
— Да, — насмеявшись досыта, снова заговорил молодой эливенер, теперь уже серьезно, — сложно вам тут приходится. Если местное зверье умеет скрываться, делаться невидимым — трудно уберечь домашних животных.
— В общем, это действительно так, — согласился пастух. — С одной маленькой поправкой. Понимаешь ли, меня определили именно в пастухи, а не в сапожники, к примеру, именно потому, что я иной раз чувствую: кто-то приближается. То есть не просто кто-то, а кто-то такой, кто может сожрать козу. Ну, и принимаю меры. Прета на помощь зову.
— И как тебе удается их заметить? — заинтересовалась иир'ова.
— Да я и сам не знаю, — развел руками Десимус. — Просто чувствую. Они ведь обычно видны становятся только тогда, когда уже в козу вцепятся, в азарте-то забывают о защите. А сегодняшняя тварь прежде времени проявилась, потому что ловушку не заметила. Я тут вокруг ловушек наставил, — пояснил Десимус, видя вопрос в глазах путешественников. — Специально для хищников. Как наступил — так и проявился.
Тут уже любопытство путешественников возросло до небес. Им ведь предстояло идти через степь неведомо куда, так что обезопасить места стоянок им было бы совсем не лишним.
— Так-так, — сказал молодой эливенер, — и что же это за ловушки? Как они устроены? Поделись, друг дорогой! Не пожалей своих секретов!
— Да никаких секретов и нет, — улыбнулся пастух.
Оказалось, что вся ловушка состоит из маленькой щепотки сушеного чеснока. Пастух посыпал чесночным порошком траву вокруг козьего пастбища. К сожалению, роса и дожди быстро смывали «защиту», и ее приходилось возобновлять почти каждый день. Сушеным чесноком Десимуса снабжала, само собой, огородница Бенет. И Десимуса, и двух других пастухов. Попутно сурт рассказал и о том, что чеснок — растение не местное, вонючую розу сурты привезли из своей родной Холмистой Страны. Он отлично прижился у Бенет в огороде, а здешним тварям пришелся сильно не по вкусу. Может быть, потому, что в степях нет похожих на него растений.
А потом Лэса наконец вспомнила:
— Ой, мы ведь пришли по делу!
Они объяснили пастуху, что им нужно зеркало. То есть не то чтобы очень нужно — Бенет обещала им принести к утру… но просто им не терпится. Очень хочется испытать новое гадание. Не может ли Десимус им помочь?
Пастух не мог оставить стадо без присмотра, но, поскольку жил он один, путешественники вполне могли зайти в его дом и взять зеркало сами. Будь у пастуха семья, все было бы куда сложнее. Сурты теперь так панически боялись новых пленников, что никто просто не пустил бы их на порог.