Крылья мрака
Шрифт:
— Ну… в общем, да. Надо попробовать. Понимаешь, у меня ведь совсем нет практики.
— А кстати, — спохватилась вдруг Лэса, — это ведь знания сугубо теоретические. Откуда они у тебя, если ваши законы запрещают колдовство? Кто тебе их передал?
Молодая сурта неожиданно смутилась. Брат Лэльдо и кошка, не решаясь заглянуть в ее ум, поскольку Бенет сразу заметила бы это, ждали. Лэса явно затронула болезненную тему.
Наконец Бенет взяла себя в руки и тихо сказала:
— Вам, конечно, можно сказать об этом… просто я растерялась…
— Ну и жизнь у вашего народа! — сердито сказал брат Лэльдо. — Додуматься же надо до такого — запрещать человеку реализовывать природный дар! Ладно, ничего мы тут не можем изменить… так когда ты попробуешь пробудить в нас дар общения с травами?
— Ночью. Точнее, я приду к вам под утро, ближе к рассвету. А сейчас вам лучше уйти. Скоро уже придут женщины, доить коз. Не надо, чтобы они вас тут видели. Хотя, конечно, и так весь поселок уже знает, что вы сюда приходили.
— Мы уже ушли, — вскочил брат Лэльдо. — Спасибо тебе, девочка. Я так понял, мы сами должны раздобыть два посоха?
— Да. Мне это вряд ли удастся.
— Раздобудем, — решила иир'ова. — Не сомневайся. — Лэса вспомнила об обещании скальных кошек.
— А я вставлю в них самоцветы. У вас будет сильное оружие.
— Ага, — согласился брат Лэльдо. — Если мы научимся с ним обращаться. Если не научимся — печальное у нас будущее… — И тут молодой эливенер вспомнил о том, что они говорили о гадании, да соскользнули на другие темы: — Бенет, ты же не сказала, что нам делать с зеркалом, которое ты принесешь!
— Натрите его змеиным ядом, смешанным с соком белены… вот, я принесла вам и то, и другое, — девушка протянула Лэсе два маленьких флакончика темного стекла с притертыми пробками, — сядьте перед зеркалом и сосредоточьтесь, думая о будущем. Вот и увидите.
— При свете можно смотреть, или в темноте? — деловито уточнила иир'ова.
— При свете.
— Спасибо, девочка! — воскликнула Лэса, хватая со стола чесночину и засовывая ее в карман широченных штанов. — Уж мы все разузнаем!
И путешественники поспешили обратно в поселок.
Глава 17
Только лишь забравшись в свое временное убежище, брат Лэльдо и иир'ова вспомнили, что не спросили у милой Бенет, что она делает с бисером, в чем состоит бисерное гадание или магический ритуал, как именно используются эти крошечные стеклянные бусинки. Но возвращаться на огород было нельзя. Путешественники понадеялись, что ночью, когда Бенет придет к ним в пещеру, чтобы научить их влиять на растения, они вспомнят об этом.
И еще им предстояло освоить новое дело — гадание на зеркале. Вот только зеркало Бенет могла принести лишь тогда, когда стемнеет. Но Лэсе не хотелось ждать.
Идея, возникшая у нее, была предельно проста: до конца дня еще далеко, нужно просто пойти к пастуху и попросить зеркало взаймы.
Оставив флакончики со змеиным ядом и соком белены дома, путешественники со всех ног припустили в степь, взяв курс на козье стадо. Но уже издали они заметили, что там происходит неладное. Пастух Десимус и огромный козел сражались с каким-то зверем, явно намеревавшимся полакомиться козьим мясцом.
Зверь, увлеченный битвой, и не думал закрываться ментальным щитом, хотя, наверное, умел это делать, раз уж такой способностью обладали все местные существа.
Путешественники, на бегу рассматривая агрессора, решили, что он немного похож на гигантскую жабу, только, в отличие от жаб, у него были очень длинные, вытянутые вперед челюсти, сплошь утыканные крупными острыми зубами, вроде бы даже загнутыми внутрь.
Пастух колотил чудище по спине своим крепким деревянным посохом, козел, яростно блея, разбегался и поддавал чудищу рогами, но коротконогая тварь с широким плоским телом упорно ползла вперед, не обращая внимания на защитников стада. Ее спина и бока были отлично защищены: их покрывали роговые чешуи и наросты серо-песочного цвета. Глупые козы метались и вопили, но не догадывались просто-напросто убежать подальше. Впрочем, кто знает, возможно, они чуяли других врагов — невидимых, затаившихся неподалеку?
Уже подбегая к месту схватки, брат Лэльдо сообразил, что ни у него, ни у Лэсы нет никакого оружия, и как, собственно, они собираются отгонять приземистую тварь?
За хвост ее тащить, что ли? Хвост у твари имелся — короткий, толстый и голый. За такой не особо и уцепишься…
Однако путешественникам не пришлось вступать в бой. Стоило им очутиться в метре от твари, как она нервно вытаращила глаза, окруженные складками вялой кожи, заверещала неживым, металлическим голосом — и бросилась наутек. Через минуту-другую тварь вспомнила о защитном поле — и исчезла из глаз людей.
— Что это было такое? — спросил молодой эливенер, поворачиваясь к пастуху.
Но Десимус, убедившись, что тварь удрала, тут же поспешил заняться своим стадом. Он торопливо подходил к одной козе, к другой, каждую слегка поглаживал по загривку и что-то шептал на ухо перепуганным животным.
И козы сразу же успокаивались и начинали мирно щипать суховатую степную траву.
Лишь черный защитник и предводитель стада никак не мог прийти в себя. Он, правда, не стал пускаться в погоню за хищником, но и трава ему на ум явно не шла.
Козел то подпрыгивал на месте, бормоча что-то себе под нос, то совершал короткие пробежки вокруг какой-нибудь из козочек, то вдруг подскакивал к пастуху Десимусу и таращил на него круглые черные глаза. Десимус пытался что-то объяснить разволновавшемуся самцу, однако тот, похоже, не верил, что опасность миновала.
И тут появились путешественники.
Козел понял: интуиция его не подвела. Вот он, новый враг!
Он взревел и, подпрыгнув для разгона, сорвался с места и во весь опор понесся на брата Лэльдо, низко пригнув голову и выставив вперед крепкие крутые рога.