Крылья дракона
Шрифт:
Не видно ничего. Вокруг лишь непроглядный мрак. И не только не видно — Наитель не чувствовала вокруг НИЧЕГО. Ни пола под ногами, ни еле заметного пощипывания магии, ни самого воздуха, ни своего собственного тела. Ничего. Она просто висела в неподвижной пустоте…
Сколько она провела в этом состоянии? Неизвестно. Мало-помалу драконицей овладевал страх. Если бы ей предложили сражаться, она бы сразилась. Но как бороться там, где ничего нет?.. Что делать, если ты — всего лишь жалких дух, затерявшийся в пустоте?..
Что-то изменилась. Тело не вернулось, и пола под ногами не возникло… но
«Смотри…»
Перед ней начали мелькать картины. Сначала незаметные, призрачные, они с каждым мигом станови-лись все реальнее, все более настоящими… Наитель смотрела на них, просто потому, что они были единственным лучом света в непроглядном мраке…
Мир был еще совсем молодым… По замыслу богов, он был очень велик, хоть и не бесконечен, и нигде нельзя было сыскать пустоту. Сколько не иди, ты будешь встречать лишь моря, океаны, леса, поля, пустыни, горы… Этот мир еще совсем молод, когда один из богов случайно допустил ошибку, выпустив в хаос слишком много Силы. И против помысла богов появились жуткие существа, силой превосходящие своих создателей…
Огромные сотканные из чистых стихий монстры, тяжелой и смертоносной походкой идущие по стонущей земле. Каждый из них больше Пика Совета, больше самих Драконовых гор, каждый может в одиночку уничтожить десятки, сотни миров… Четыре. Четыре истинных Владыки.
Огненный. Сотканный из тысячи языков пламени, он постоянно движется и извивается, так что невозможно разглядеть ничего — лишь огненный ураган, в котором мелькают то огромные крылья, то белоснежные когти… и глаза. Их видно постоянно. Огромные рубиновые глаза без зрачков. От его прикосновения загораются целые леса, даже камень и металлы испаряются без следа. Убивая все на своем пути, он движется к центру нового, еще не родившегося мира.
Воздушный. Брат Огненного, он властвует над воздушными океанами мира. Глядя на него, видишь лишь огромный ураган воздуха и такие же огромные крылья, состоящие из темных облаков. Такой же переменчивый и непостоянный, он еще более могуществен и еще более опасен. Его дыхание может уничтожить, превратить в мелкий щебень горы, он втягивает в себя все, по чему идет, и пожирает. Валуны, деревья, вода, даже огонь — все кружится внутри него в сумасшедшем танце… И он так же стремится к цели Огненного.
Земной. Самых крупный из всех, и единственный, имеющий постоянную форму, он похож на оживший горных хребет. Но стоит приглядеться, и замечаешь огромные тупые когти, безжалостно давящие все живое; бездонные провалы глаз, в которых нет ни жизни, ни смерти, ни разума; пасть, заполненную сотнями тупых, но опаснейших клыков; чешуи каменных пиков, уродливые наросты, покрывающие все его тело… Исполинский дракон, не обладающий ни разумом, ни ловкостью, ни жизнью, лишенный крыльев. Лишь ожившая сила, переполняющая все его неестественное существо. Медленно, но неотвратимо он идет к цели. Что ему до страданий мира, который он так безжалостно корежит?..
Водный. Он уроженец всех океанов и морей, и их создатель. Каждый его шаг — гигантское цунами, каждый вздох — гроза. Не имеющий ни когтей, ни пасти, ни крыльев, он так же смертоносен,
Они встретились в самом центре. Четыре Владыки. Породители и порождения стихий. Ненавидящие друг друга. Братья. Им нет дела до новорожденного мира, их обиталища. С самого рождения каждый из них преследует лишь одну цель — уничтожить того, кто является его противоположной стороной. И вот они встретились…
Огонь и Вода, Воздух и Земля на мгновение застыли. Их танец, их движения прекратились — впервые со времен рождения, и дали возможность разглядеть их. Четыре огромных монстра — нет, не дракона, ведь Владыки гораздо более древни и могучи. Слившись в одно целое, они могли бы положить конец Краю Миров. Но это невозможно. Вражда этих четырех никогда не прекратится, и они вечно будут бороться друг против друга…
Они напали одновременно, вновь начав свой танец смерти. Но теперь его танцевали все четверо. Танцевали, чтобы погибнуть и наконец-то уничтожить своих врагов.
Наитель словно оказалась в центре мира, между сражающимися чудовищами. Их ярость, гнев и ненависть были столь велики, что выплескивались наружу, захватывая и Наитель, грозя потопить ее. Словно во время Испытания Крыльями, но тогда она боролась лишь со слабыми отголосками, с легким ветерком. Теперь на нее обрушились все эмоции Повелителей, весь ураган…
И вновь она боролась, стараясь не дать потопить себя, удержаться в рамках своей души, не дать себе раствориться в эмоциях Владык…
Она смогла. Придя в себя, Наитель увидела конец битвы. Сражающиеся Владыки уничтожили друг друга… и увлекли за собой весь мир, еще молодой и не вышедший из первозданного хаоса. Огромная вспышка убила все живое, повергла в прах материки, иссушила моря и океаны…
Но на этом история не закончилась. Из одного мира возникли тысячи. Наитель увидела, как из туч пепла и грязи зажигались звезды, вобравшие в себя осколки Огненной Стихии. Как вокруг них возникают планеты — вместилища остатков Воздушной, Земной и Водной Стихий. Как вновь зарождается жизнь на этих планетах. Она увидела и Землю — свою родную планету…
Все прекратилось. Наитель вновь почувствовала свое тело, вновь разглядела обсидиан стен семиугольного зала. Она лежала, бессильно распластав крылья и уткнувшись носом в стену зала. Перед ее глазами медленно погасала серебристая арка…
— Блиин, — раздалось рядом. Слегка повернув голову, Наитель увидела Мейтри, которая лежала у другой стены. — Как это жутко все-таки…
— Да. Ты тоже… Повелителей видела? — слова с трудом проталкивались сквозь высохшее горло. Наитель сглотнула и попыталась встать на лапы. Испытание Стихиями отняло гораздо больше сил, чем Крыльями. Не хотелось шевелиться, лишь лежать так, на холодном обсидиане…
— Да… И драконы — потомки этих?.. Спасибочки, не надо…
Наитель напрягла силы и все-таки умудрилась встать. Лапы дрожали, и драконица прислонилась к холодной каменной стене. Когда лапы наконец перестали отплясывать дикарский танец, Наитель огляделась.