Крылья дракона
Шрифт:
Охотник кивнул, принимая решение директора. После него высказались остальные члены Совета. Найтаг мурлыкнул примерно то же, что и Дайр — но в его решении Крэй не сомневался. Найтаги редко вмешивались в дела остального мира. Великан покачал головой в ответ на взгляд Елены — его сородичи пострадали слишком сильно, чтобы вмешиваться в войну небесных созданий. Феникс и волкар решили обсудить этот вопрос со своими сородичами («Да они до конца года обсуждать будут!» — фыркнул про себя Крэй). Эльфийка медовым голосом пропела, что они помогут драконам снабжением или еще чем-нибудь, но
Все, как и ожидал Крэй. Даже то, что А'ртела заявила о нейтралитете, не слишком удивило грифона. Но насторожило — до него доходили слухи о надвигающемся союзе ледяных птиц и Охотников. «Будем надеяться, до этого не дойдет, — мрачно подумал грифон. — Только что делать с учениками?..»
Ариена шла по коридору. Совет кончился. Первыми под покровом ночи улетели Охотники. Лишь честь дракона не позволяла Ариене кинуться на посла и загрызть до смерти. Впрочем, сейчас у нее другие заботы…
— Ариена?
Альбиноска повернула голову и взглянула на крупного золотистого грифона, шедшего за ней.
— Что, Крэй?
— Что делать с учениками? Отправлять их назад? — Грифон сразу перешел к делу.
Ариена задумалась и покачала головой.
— Нет… пока. Выполни свое обещание. Спроси, хотят ли они сражаться… Пожалуй, волкаров лучше отправить на Нирр. Заодно Испытание Клыком пройдут. Они ведь подходят по возрасту. Драконами и фениксой тоже нужно будет заняться, как и ледяным птицей… Хоть одна хорошая новость — появление людей-драконов.
— Ты не боишься за них? — грифон отвел глаза и опустил голову.
— Боюсь, — согласилась Ариена. — Но ты понимаешь, мы не могли больше терпеть… Я и сама немного жалею о своей вспышке. Но напасть на учеников?! Как они вообще пошли на такое?!
— Им нужно было развязать войну, — тихо сказал Крэй. — Вот это меня и беспокоит больше всего… Ладно, — неожиданно перевел тему он, — вы ничего не выяснили?..
Драконица покачала головой.
— Словно сквозь землю проваливаются. И ведь драконов так просто не схватишь! Я бы сама пошла на то место, но из-за этого… — она с ненавистью посмотрела на искореженное крыло, — я просто не могу! И лошади меня боятся…
Крэй хмыкнул.
— Пожалуй, ты и сама не прочь иногда ими подзакусить, да? Это всегда было минусом высвобождения истинного облика — изменившийся запах и инстинкты. Эх, побеседовать бы с низшими оборотнями, да где таких найти?
— В других мирах, — задумчиво сказала Ариена. — Но поди отыщи эти миры… Куда именно они удалились?
— Ты присутствовала на той бойне? — спросил ее Крэй. Ариена кивнула, вспоминая самую кровавую и последнюю битву эпохи Восхода.
— Они сражались до последнего, пока не стало ясно, что их не спасет никакое чудо, — прошептала она. — Мы должны брать с них пример. Но только идти дальше, не скрываясь в никуда…
459 год эры Восхода по летописям эльфов, 13 день лета.
Поле боя усеяно трупами и щедро умыто кровью. Воины орошают его алой
То тут, то там видны тайзы — низшие духи-падальщики. Обволакивая щупальцами еще живых жертв, они быстро, но отнюдь не безболезненно прекращают их мучения, еще больше подрывая дух живых.
Это едва не единственная битва, в которой участвуют магические создания. На чьей стороне? Этого не могут сказать и они сами…
— Быстрее, Fankow, быстрее! — лихорадочно прошептала Елена, прижимаясь к шее огромного гнедого жеребца — единственного из всех, что были в армии, не боящегося запаха дракона, любимца Елены. Не зря его звали Фанков — отвага. — Скорее!
Конь фыркнул и прибавил скорости, хотя, казалось, быстрее уже некуда. Прыжок! Фанков перепрыгнул через тело огромной виверны с чудовищно обожженными крыльями и сломанной шеей. Елена поспешно отвела глаза от трупа ящера. Но лишь затем, чтобы наткнуться взглядом на его всадника — молодого еще юношу, невидяще смотрящего в серое небо. Пять человеческих стрел оборвали его жизнь. Из-под серых волос видны покрытые мехом острые уши, скрюченные руки больше похожи на лапы, изо рта торчат клыки. Видно, он уже начал трансформацию…
Раздался гневный птичий крик, и на Елену спикировал огромный сокол. Вскрикнув, девушка вскинула руку, приготовившись выпустить на волю заклинание. Она не хочет, не хочет! Но если ее заставят…
Однако ей не пришлось прерывать очередную жизнь. Острые птичьи глаза выхватили из кровавого марева, застилающего взор, эмблему — отпечаток драконьих крыльев. Еще раз пронзительно вскрикнув, сокол кинулся на первого попавшегося человеческого солдата… И упал, пронзенный меткой стрелой эльфа. Окровавленное тело сокола еще не успело рухнуть на землю, а крылья уже стали изменяться, превращаться в тонкие девичьи руки, голова с крепким клювом стали лицом эльфийки…
Кто сказал, что эльфы не воюют друг с другом?.. Кто сказал, что они не подчинены жажде убийства?..
— Быстрее! — пронзительно крикнула Елена, накладывая на коня заклинание неутомимости. Захрапев, Фанков на секунду сбился с галопа, а потом помчался с новой силой…
Елена не замечала слез, бежавших по щекам. Даже в хаосе первых дней Проклятого века, заполненных бесконечными льдами и снегами, она не чувствовала себя столь потерянной… Битва, когда эльф с обезумевшими от жажды убийства глазами идет на эльфа, преподала ей незабываемый урок. Но не время отвлекаться!
Фанков вскрикнул, словно человек, и повалился на землю. В его шее торчала ледяная сосулька — подарок человеческих магов… Елена еле успела вытащить ноги из стремян и, не удержавшись в седле, упала неподалеку от бьющегося в агонии коня… Жаль Фанкова. Но это не главное… Елена поднялась с земли и с трудом побежала сквозь кровавый хаос, предварительно окружив себя сеткой заклятий, призванных уберечь свою хозяйку от предательского удара стрелой или честного — мечом. На шее у нее висела сумка с главным сокровищем девушки-драконицы — пергаментным свитком…