Круз
Шрифт:
— Не смей! — Я подхожу ближе к женщине, не в силах успокоиться. — Ненавижу тебя. Каждую ночь, когда твоя голова касается подушки, я надеюсь, что ты представляешь маленькую девочку, сердце которой разбила вдребезги. Ты — сука.
Я могла бы продолжать вечность. Но она того не стоит. С ошеломляющей скоростью я осознаю, насколько сильно сейчас сглупила. Дисциплина — не моя сильная сторона, и мне следовало высоко держать голову — но я не смогла.
— Мне жаль, Papi. Мне так жаль. — Поворачиваюсь к мужчине. — Я закончила с ней. Её присутствие здесь — это слишком, чтобы разрушить важный для тебя вечер.
Меня удивляет,
— Они называют тебя грёбаным Боссом, а ты даже не можешь контролировать свою чёртову дворнягу. Надень на неё намордник.
Я узнала бы этот голос где угодно. Монти Чендлер — отец Эша, дьявол во плоти, который использует свои деньги, чтобы получить желаемое. Скажи эти слова кто-то другой — они бы уничтожили меня. Но, учитывая, что это Монти — мне всё равно. Мужчина груб, но и умён — он знает, куда ударить, чтобы сделать Papi побольнее.
Хватка отца становится ещё крепче, а его дыхание учащается. Он посвятил годы тренировкам, чтобы добиться этого для своего зала. Люди ненавидят, когда он в таком состоянии. Это не в его характере.
Отстранившись, я толкаю своего спутника в грудь.
— Papi, нет. Он того не стоит.
Он даже не сдвинулся с места. Я толкаю сильнее, и результат тот же. Боец, который был рядом с нами, хватает Papi под локоть, оттаскивая назад.
— Тренер: сердце, огонь и желание. — Боец ударяет себя по груди. — Сердце, огонь и желание.
Девиз зала. Он написан огромными печатными буквами на его стенах. Все бойцы придерживаются и сражаются под ним. Кажется, эти слова действуют на Papi несколько успокаивающе. К нам мчится Джаг, на ходу дерзко вздёрнув подбородок в сторону Монти, а после обхватывает своего тренера за плечи. И это действует. Его ноги двигаются. Я разочарована своим поступком.
— Лейла, — войдя в маленькую комнатку с оборудованием, папа жестом подозвал меня к себе.
Без единых возражений, я подчиняюсь. Закрыв за собой дверь, опускаю голову, не находя в себе смелости посмотреть папе в глаза.
— Вот, что они делают. Как поступают. «Титаны» выигрывают только за счёт своих грёбаных игр разума.
Я морщусь от его оборотов речи. Papi ругается как сапожник, впрочем, редко позволяя себе это рядом со мной.
— Посмотри на меня, mi hija [39]. — Мужчина больше не говорит и слова, пока я не выполняю его просьбу. — Если их тактика с запудриванием мозгов сработает — «Племя Титана» может победить нас, и даже сделает это. Они слишком полагаются на свои грёбаные мерзкие игры. И, если ты поведёшься на их уловки — они одержат победу.
Papi подходит ближе. Мне казалось, что он просто выйдет за дверь — но я ошиблась. Мужчина вновь заключает меня в свои объятья, касаясь губами макушки.
— Не плачь. Не сожалей. Подними подбородок, и прими бой.
Обернув руки вокруг его торса, я изо всех сил обнимаю самого дорогого человека в моей жизни. Слёзы вот-вот полились бы из глаз, но его слова придали мне сил. Papi прав. Разумом я понимаю это, но всё равно позволяю чувствам взять верх.
Отстранившись
Мою грудь распирает от гордости, когда я, проверив билеты и кассу, осматриваю зал. Я выбросила из головы столкновение с моей матерью и отцом Эша. Первые несколько выходов на ринг только раззадоривают толпу. Бойцы «Престола Диабло» одерживают победу в каждом бое, но ни один из них не претендует на титул чемпиона в Вегасе.
Трик — единственный, кто будет драться с бойцом из «Племени Титана». Более дюжины членов команды Трика следуют за ним по туннелю — и это не случайно. Подпрыгивая с ноги на ногу, он трясёт руками. Лицо и голова мужчины скрыты от толпы капюшоном его чёрной толстовки. На весь зал звучит его «визитная песня».
Толпа гудит в нетерпении, когда я занимаю своё место в первом ряду, в ближайшем от Трика углу. С улыбкой на лице, я наблюдаю за тем, как Papi похлопал своего бойца по щеке, после притянув его лицо к своему. Мужчина гаркнул последние тренерские установки. Трик кивает каждому слову из уст своего тренера. Бой едва начался, а боец, не тратя время попусту, быстрыми ударами отправляет своего противника из «Племени Титана» на маты. Вскочив на ноги, я кричу изо всех сил. Ненависть к этой атмосфере отходит на второй план — и энергия уже мчится с моей кровью по венам. Запрыгнув на свой стул, сложив ладошки рупором, я кричу, словно сумасшедшая. Трик градом наносит удары по лицу оппонента. Возможно, бой принёс бы мне больше удовольствия, будь на месте мужчины из «Титанов» Эш.
Трик ударяет в последний раз, прежде чем провести удушающий захват. Рядом на мате находится судья. Я полностью сосредоточилась на руке мудака, выжидая, когда тот ударит по мату.
— Давай, — шепчу я. — Давай, Трик.
Наш боец искривил лицо, вкладывая в захват всю свою силу. Он сжал зубы, а по его лбу падают вниз капли пота. И вот оно! «Титан» ударяет ладонью по мату. Судья быстро разнимает дерущихся мужчин. Ни для кого в городе не секрет: наши два зала соперничают между собой.
Вскочив на ноги, Трик вскидывает руки в воздух, а после — вынимает изо рта капу. Шум в зале почти что оглушающий, и я, как и остальные — прыгаю вверх-вниз, вопя на всю мощь своих лёгких.
Толпа шумит ещё неистовее, когда Трик бежит к той стороне, у которой на своих местах сидят Монти Чендлер и его команда. Мужчина менее чем за секунду взбирается вверх, словно помесь паука и мартышки, оседлав верхушку клетки, он продолжает кричать о своей победе, ударяя кулаком по груди. Его слюна вылетает изо рта, попадая куда-то в толпу.
Глядя на фанатов «Племени Титана», боец вновь с ещё большей силой ударяет себя по груди.
Пока «Титаны» не покинули октагон [40], у меня даже не было возможности осмотреть зал. Круз выходит следующим. Моя милая задница замирает на месте. Свет тускнеет, давая толпе понять, что пришло время главного поединка этого вечера. Чуть покопавшись во всём этом, я узнала, что Круз Феликс, более известный, как «Грозный Грохот» — самый ожидаемый и наиболее любимый публикой претендент на титул Чемпиона в Вегасе.