Крутой опер
Шрифт:
— Так за что ж такого выдающегося секретного агента, как Яша, у вас выгнали?
— A-а, это еще на полдюжины пива рассказывать. — Хромин махнул рукой. — Погнал Яша отсебятину, личные интересы к одному делу примешал. А у нас с анархистами не церемонятся. Ну, так вам вон гений Тундра пригодился.
— Да, — усмехнулся Кострецов, — каким этот Яша был у вас, таким и при милиции остался.
Друзья допили, вышли на улицу и попрощались. Сергей на продолжении рассказа о Яше потому не настаивал, что знал: Люся сейчас исходит раздражением в ожидании Сани. Давно
Кострецов не так часто, как Хромин, заезжал к вдове Бунчука, потому что Катя нравилась ему. Еще когда был жив Леша, Сергей ловил себя на том, что любуется этой лацной сероглазой молодой женщиной. Она была по-уральски прямодушна и отзывчива, гостеприимна. Кострецов завидовал другу. Стыдясь этого, он всегда старался держаться посуше с Катей. Теперь, приходя в ее квартиру без хозяина, он смущался еще больше. Словно опасался, что одинокая Катя уловит его давние симпатии.
Не хотел появляться у нее Сергей и в ближайшие дни. Пришлось бы сказать Кате о его разрыве с Ириной. Как-то пошло выглядело бы, казалось ему, — стал свободным и сразу прибежал к ней. Но после рассказа Хцомина о его визите к Кате и Мишке Сергей не выдержал и, расставшись с Саней, поехал к Бунчукам.
Когда Кострецов вошел в Катину однокомнатную квартирку, Мишка уже спал. Они прошли на кухню. Катя присмотрелась к нему и спросила:
— Ты что такой возбужденный? И пивом сильно пахнет.
Кострецов сел за стол и вдруг выпалил то, о чем постоянно думал, но не собирался ни с кем делиться:
— Милиции сейчас в России больше, чем во всем СССР было. А что толку? Шапками уголовников не закидаешь. Профессионализм нужен и та самая идейность.
— Какая, Сереж, идейность? — спросила Катя, садясь напротив него.
— Убежденность, что делаешь святое дело. Взять Москву. Раньше лимитчики наши ряды забивали. А много им было дела до города, в котором не росли? Я-то свой участок еще в «казаках-разбойниках» до пяди обегал. Есть большая разница: москвич охраняет или пришлый.
— Ну чего ты разошелся? — Катя рассмеялась. — Я же сама с Урала.
— Не о тебе, Катя, речь. Я вообще не о тех, кто природно за наше дело болеет, а кого лишь бабки и власть ментовских погон интересуют.
— Правильно ты сказал: природно. Значит, такое по приказу не наживешь. Леша говорил… — Она осеклась.
«Не может Бунчука забыть, — подумал Сергей, глядя на ее погрустневшее лицо. — И чего я с ней растрепался?»
— У тебя бутерброд есть? — Он перевел разговор. — А то мы сейчас с Хроминым одно пиво дули.
— Бутерброд? — Катя всплеснула руками. — Через три минуты горячие пельмени поешь.
Она вскочила и начала хлопотать у плиты. Варила фирменные, с начинкой из двух сортов мяса, уральские пельмешки. Всегда у Кати на такой вот случай были они заморожены в холодильнике. Доморощенный повар Кострецов не раз подсматривал, как такие сочные пельмени у нее получаются. Но приготовить самому не удавалось.
Катя поставила
— Сережа, а не поправляешься ты, — печально произнесла она. — Все такой же худой.
— Не худой, а костяной. Мне вообще еда не впрок, хотя по два раза в день мясо трескаю. Слишком быстрый обмен веществ в организме.
— И холестерина ты не боишься, — уже весело сказала Катя.
Кострецов из газет просвещался не только насчет птиц, но и по разным модным темам. Он прожевал и заговорил тоном лектора:
— Американские ученые медицинского университета в Балтиморе выяснили: холестерин необходим для нормальной жизнедеятельности организма. А ученые из Национального института медицинских исследований в Париже утверждают, что низкий уровень холестерина в крови способен привести к расстройству психики и даже к самоубийству.
— Ох! Давай тебе еще пельменей положу. — Катя округлила глаза. — В них и баранина, и говядина.
— Хватит. Спасибо за вкусный холестерин, — сказал Кострецов и закурил.
Пока Катя мыла посуду, Сергей за ее спиной быстро отодвинул ящик буфета, и, как они с Саней всегда делали, сунул туда несколько купюр. Снова закрыл. Катя стеснялась, когда ей давали эти деньги в руки. Они с Хроминым были все-таки мужчины, а она — одинокая пригожая женщина.
Кострецов прошел в комнату, где спал Мишка. Посмотрел на на него, крепко прижавшегося щекой к подушке. Подумал: «На Лешку здорово похож. Только вот болеет часто».
Прощаясь в прихожей, Сергей сказал:
— Да-а. А с Ирой-то я разошелся.
— С чего это, Сережа?
Кострецов опустил глаза.
— Да все с того же, Кать. Служба моя ей не нравится и никогда не понравится. Такого мужа, твердила, дома не увидишь.
Сергей схитрил, не упомянув главную причину разрыва — деньги. Как можно было Кате правду сказать, если последнее он ей носил из их с Саней Хроминым скудного оперского «общака»?
Глава вторая
В день, когда Кострецов обнаружил за собой слежку Яши Тундры, тог «пас» опера, так сказать, профилактически. Решил Яша понаблюдать за капитаном, потому что накануне видел его у Ашота в закусочной и на ее заднем дворе.
Ашот совершенно не напрасно страховался от «наезда» Тундры: Яша в тот день с утра начал наблюдать за его заведением. После того как туда вошел Кострецов, Яша удвоил внимание и рискнул притаиться около входной двери. Четко оценил он ситуацию, когда в подсобку заглянул гонец Маврика. Дав Кострецову выскочить на улицу, Яша рванул за ним во двор и видел всю разборку от начала до конца.
Тундру озадачило, что Кость, держа под прицелом ребят Маврика, блатовал, а потом вернулся в закусочную с Ашотом в обнимку. Яша не поленился пролезть к двери в подсобку. Ему удалось рассмотреть, что «вмазанный» Ашот ловит свой кайф, а капитан Кострецов сторожит его, потягивая коньячок.