Круги по воде
Шрифт:
– Наш господин, граф Ноэль, просит вас оказать ему честь и посетить его дом.
– Разве Его сиятельство граф не находится сейчас в своём имении? – церемонно спросил посол, поглаживая ухоженную чёрную с проседью бороду. – Если бы вы прочли наши документы, то увидели, что мы едем по важному делу. Нам бы не хотелось задерживаться, ожидая официального приёма.
– Его сиятельство просит вас посетить его в новой резиденции, - в тон ответил всадник, - и он надеется встретить гостей до наступления темноты.
– Хорошо, мы последуем за вами, -
– Граф Ноэль? – спросил его спутник, - это владелец провинции?
– Практически всей земли в округе, – ответил посол.
– Кажется, владельца земель звали граф Симон.
– Это его наследник. Думаю, нам нелишне будет посмотреть на него.
– А ему на нас, - задумчиво произнёс тот.
Сопровождаемые внушительной свитой, они свернули с основного тракта. Какое-то время карета катилась по долине, затем дорога сузилась, запетляла между холмов, несколько раз пересекла дощатые мосты, и, наконец, впереди поднялись каменные стены башен.
– Так вот что за новая резиденция у местного графа, – спутник посла опять беспокойно завертел пальцами.
Их проводили внутрь, нарядный слуга, почтительно поклонившись, отворил дверь, пропуская в просторный зал. Посол и его спутник вошли и остановились перед богато накрытым столом. Человек, расположившийся в просторном кресле, повёл рукой в приглашающем жесте:
– Господа, прошу вас, проходите к нашему столу.
Возникший рядом слуга произнёс:
– Его сиятельство граф Ноэль приглашает вас отобедать.
Капитан, похлопав своего жеребца по крупу, отдал его в руки подбежавшего конюха. Посвистал, оглядывая небо, щурясь на полуденное солнце, и неторопливо направился в сторону казарм. Но в казарму не зашёл, а свернул за угол. Устроился на сваленный у стены тюк соломы.
– Вы всё правильно сделали, Фицпауль, – сказали сзади. На соломе, в тени стены, удобно расположился ещё один человек.
– Возни было с этими голубями, - проворчал капитан, не оглядываясь. – Одна радость, что не передохли.
– Как видите, пригодились, - человек приподнялся, вытащил из тючка соломинку, покрутил в пальцах.
– Я должен сказать кое-что ещё, - капитан нахмурился, обернулся. – Среди охранников мы с капралом кое-кого узнали. И он нас тоже признал. Да так, что дал дёру.
– Поподробнее, пожалуйста, капитан, - попросили его.
Когда Фицпауль, отряхиваясь, вышел из-за угла казармы и направился по своим делам, барон ещё полежал немного на соломе, задумчиво крутя в пальцах соломинку. Потом потянулся, раздирающе зевнул и неторопливо слез с соломенного тючка. Взглянул в небо, как давеча капитан.
– Ну что же, - сказал он сипло, - вот и началось.
Глава 3
Горели толстые цветные свечи. Плотные занавеси надёжно закрывали окна от послеполуденного солнца. Потомственная ведьма, искоса взглянув на посетителя из-под вьющихся
Невесомо присела, разложив вокруг шара в ведомом только ей порядке несколько совсем разных предметов. Положила руки ладонями вниз на скатерть.
Посмотрела на сидящего напротив человека, внимательно следящего за её действиями.
– Говорите.
У неё был глубокий, красивый голос женщины в самом цвету.
Посетитель сглотнул. Каждый раз, слыша её, он покрывался мурашками.
– Я хотел бы знать, чем закончатся предпринятые мной шаги, - он кашлянул, прочищая горло, - и не будет ли от них беды для меня.
Ведьма склонила голову, прикрыв глаза. Светлые волосы, отливающие серебром в свете цветных свечей, горевших почти бесшумно - лишь изредка потрескивал тлеющий фитилёк - заслонили ей лицо. Посетитель сидел тихо, боясь двинуться на неудобном сиденье. Он много раз предлагал ей новую, добротную мебель. И та каждый раз вежливо, но твёрдо отказывалась.
Он не заметил, опять не заметил, когда она взглянула в свой шар, и глаза её застыли, словно обратившись внутрь.
– Ты сделал многое, - голос звучал глухо, низко, внятно выводя слова, - и ещё много сделаешь такого, что заставит твоё сердце трепетать в страхе.
– Но получится ли задуманное? И не обернётся ли то, что я сделал, бедой?
Она помолчала, лицо её стало напряжённым. Брови сдвинулись.
– Пока всё идёт так, как хочешь ты. Но потом я вижу, как дорога расходится. Возникают препятствия. Их можно преодолеть.
Ведьма опять смолкла. Вздохнула, очнувшись. Посмотрела на посетителя затуманенным взглядом.
– Будущее неопределенно, - сказала она хрипловато, приходя в себя, - но ты ещё можешь всё обернуть к своему счастью.
Потом она сидела, склонив голову, слушая, как уходит её гость. Он, как всегда, оставил плату на столике у двери. Она слышала, как глухо звякнул увесистый кошелёк. Этот человек хорошо платил, хотя она никогда не называла свою цену.
Когда он ушёл, ведьма встала, взяв в ладони тяжёлый шар. Вгляделась в жуткую бездонную глубину, которую, кроме неё, никто не замечал. На лбу у неё выступили капельки пота.
– Кто ты? – спросила глухо, - почему я тебя не вижу?
И, опустив шар в выложенный чёрным бархатом ящичек полированного дерева, сказала в пустоту комнаты:
– Ох, ждёт тебя беда, господин, если не побережёшься.
Ужин был в разгаре. Виконт Вин Горин”т, полномочный посол и личный друг великого герцога, вежливо улыбаясь и деликатно поводя руками, рассказывал любезному хозяину о способах охоты на диких уток. Тот слушал с интересом заядлого охотника.
– Да что утки, - повторял монотонно спутник посла, старательно изображая изрядное опьянение, - а что вы скажете о кабанах?