Круги по воде
Шрифт:
– Теперь представилась такая возможность. Ты готов поехать со мной?
Капрал повёл руками по рубашке.
– Да. Я только соберу вещички.
Карета послов вывернула за поворот узкой дороги, и крепостные башни закрыла вершина ближайшего холма. Пассажиры кареты сидели молча, думая каждый о своём. Наконец посол тяжело вздохнул, покрутив головой и оттянув пальцем узкий ворот:
– Мы попали в неловкое положение, друг мой.
Его спутник согласно кивнул.
– Разумеется, мы оставили себе пространство для
– Но…
– Но, признаюсь, это было нелегко. Этот король, пусть даже некоронованный, очень резвый молодой человек. Признаться, он даже меня несколько раз поставил в тупик.
– Думаю, у него есть хорошие советники. Даже наверняка.
– И теперь нам придётся быть осторожными вдвойне.
– Ну, по крайней мере, одну промашку он совершил. Он отпустил нас с миром, не задерживая.
– Промашку? Хорошо, если это так.
– Не будьте так подозрительны, дорогой мой. Он ещё молод и неопытен.
Посол кивнул, задумчиво оглаживая бороду.
Его спутник открыл было рот, желая сказать ещё что-то, но раздавшийся снаружи шум прервал его. О стенку кареты раздался глухой удар, потом ещё. Карета затряслась, вильнула, подпрыгнув на ухабе. Дёрнулась раз, другой, и остановилась. Пассажиры повалились друг на друга. Снаружи слышался невнятный шум, беспорядочный стук копыт о каменистую землю и лязг оружия.
Посол, страшно побледнев, вытянул из-под сиденья сундучок. Открыл торопливо, но уверенно, и вытащил пару дорожных пистолетов. Его спутник, держась за ушибленный лоб, уже держал короткий клинок.
Дверца распахнулась. Посол, не глядя, выстрелил. В застлавшем карету пороховом дыму увидел, как его спутник выронил своё оружие, сгибаясь и тычась лицом в колени. Бросил разряженные пистолеты и потянулся было за шпагой, но в лоб ему уткнулся пистолетный ствол.
По узкой дороге, с обочин густо поросшей спутанным кустарником, слышался только глухой перестук копыт, да посвист птиц, возившихся в ветвях. Капрал сидел в седле с видом человека, видавшего все эти места много раз, и изрядно от них уставшего. Барон всматривался в дорогу рассеянным взглядом, расслабленно покачиваясь в такт движению коня. Никто теперь не признал бы того заносчивого щёголя и зануду, которого недолюбливало большинство обитателей крепости.
Невзрачный камзол, потёртый в местах, где он соприкасался с простой, но добротной портупеей, говорил о долгой походной жизни. В тщательно пристёгнутых неброских ножнах покоилась ухоженная шпага с надёжной гардой. Даже выражение лица его изменилось. Теперь это был обычный мелкий обедневший дворянин, ищущий пропитания и приключений где придётся.
Там, где дорога поворачивала к тракту и раздваивалась, разбегаясь под прямым углом, барон встрепенулся и повертелся в седле, оглядывая кусты. Кивком указал направление, и они свернули с основного пути.
У лесной дороги, среди кустов шиповника, густо поросших по обочине и выпускающих упрямые побеги под колёса и копыта, пробиралась местная лисица. Пугливо
Глава 5
На тракт вывернула запылённая карета. За ней рысцой двигались несколько всадников. Сначала дорога была пуста. Потом впереди показались повозки торговцев, сопровождаемые охраной, и несколько телег местных жителей, желающих добраться до соседнего городка. Карета присоединилась к каравану, и сбавила ход, покатившись вслед за телегами. Один из сопровождавших её всадников привязал поводья своего серого к карете и забрался внутрь. Устроившись на сиденье, и захлопнув дверцу, он спросил сидевшего в ней человека:
– Ну как, нашёл?
Тот покачал головой, оглядывая разбросанные по полу и сиденьям вещи, раскрытый и выпотрошенный дорожный сундучок.
– Надо было получше искать.
– Надо было как следует расспросить господ послов.
– Что уж теперь говорить, - усмехнулся Мерк.
– Может, их и не было, этих секретных бумаг?
Тот пожал плечами.
– Может быть.
Обновлённый свежей краской указатель объявил о приближении торгового города. Телеги выкатились на площадку местного рынка и остановились. Карета, увлекаемая запылёнными лошадьми, последовала за ними, всадники сопровождения спешились. Часть их поспешила к торговым рядам, откуда доносились людской гомон, звон монет и аромат свежевыпеченного хлеба.
Двое, ведя коней в поводу, пробирались через рынок. За их спинами рассыпался над толпой, понемногу удаляясь, звон кузнечного молота. Был пик торговли, народ кружился меж лавочек волнами.
– Держи его! – пронзительно взвизгнул лопоухий парень, перегибаясь через прилавок, и указывая в толпу.
– Держи вора!
Толпа заволновалась. Все завертели головами. Из-под телеги выкатился тощий мальчишка. Отчаянно работая локтями, протолкался между собравшихся в кружок женщин с корзинками, и на четвереньках нырнул было под очередной прилавок. Но шарахнулся от протянутой руки с растопыренными пальцами, пытавшейся поймать его за ворот. Завертелся на месте и бросился под брюхо коня, ведомого в поводу.
– Поймал. – Капрал, ухватив мальчонку за плечо, выволок его из-под своего гнедого. Тот молча вырывался.
– Ну-ка, не дёргайся, - капрал сжал пальцы, и мальчишка зашипел, извиваясь и приплясывая на месте.
Подбежали лопоухий парень и его хозяин, торговец, обвязанный по объёмистому животу не слишком свежим фартуком.
– Ну наконец-то ты мне попался, - отдуваясь и дыша пивными парами, сказал он торжествующе. – Теперь я потащу тебя к судье, милок. Ты у меня узнаешь, как воровать.