Круг
Шрифт:
Я схватила телефон и совершенно невежливо замахала на Тони рукой – не хотела говорить при нем с Катей. Он закрыл за собой дверь, и я поспешно ответила на звонок.
– Аня? Слава Богу! Где ты? Тебе нужна помощь?
– Нет-нет, все в порядке. Прости меня! На всякий случай поставила это сообщение в отложенные и забыла удалить. У меня все хорошо, правда…
Она заговорила тише:
– Нас слушают? Ты не можешь свободно говорить? Попробуй как-то мне просигнализировать…
– Я… нет, все в порядке. Пошла на свидание вслепую и…, – это было проще, чем объяснять, где я на самом деле провожу
– Почему ты не отвечаешь со своего телефона? – Тон у Кати все еще был подозрительный.
Неудивительно. Буквально пару месяцев назад мы подробно освещали историю девушки, которую озабоченный псих насильно удерживал полгода и настолько запугал, что родные даже при разговорах с ней не заподозрили подвоха, были уверены, что это счастливый союз. Не представляю, что чувствуешь, когда звонишь родителям из своего ежедневного кошмара и пытаешься изображать нормальное состояние. И чем закончилась попытка ее побега вспоминать не хочется. Вообще не хочется думать о том, что один человек способен сделать с другим. Стоило бы подумать об этом, прежде чем садиться в машину Тони.
– Не знаю, где мой мобильник. Наверное, разрядился вечером, а я не взяла с собой зарядник…
Господи, слишком много информации, остановись.
– Ладно, – она еще немного помедлила, – если с тобой все действительно хорошо, скажи, что мы с Женей ели на первом свидании.
– Очень луковые бургеры, – и я рассмеялась – настолько нелепо прозвучал сейчас этот пароль.
Ситуация вышла неловкой, но это была Катя, и меня захлестнуло волной благодарности к ней.
Она тоже выдохнула с облегчением.
– Ты умеешь привести в тонус с утра.
– Прости еще раз. Завтра с меня кофе и самый вкусный вегетарианский бургер в городе.
Но как только мы попрощались, снова стало не до смеха.
Воспоминания о вчерашнем вечере мелькали обрывочными кадрами, на последнем из них я, усыпающая в кресле-качалке под пледом, на секунду открыла глаза, и увидела прямо перед собой Тони. Он наклонился, поцеловал меня в висок и исчез в темноте.
И вот теперь его день начался с угроз. Интересно, сколько раз он уже пожалел, что привез меня сюда? А остальные? Вряд ли Мануэла в восторге от перспективы приезда наряда полиции.
И хотя весь мой скепсис не справился с задачей отыскать хоть какую-нибудь странность в этом месте, подвох все же был. Не могло его не быть.
Да, со стороны они напоминали прекрасную семью или очень близких друзей, собравшихся, чтобы вместе провести выходные. Костер, запеченные овощи, пирог, неспешные разговоры, смех, шуточки и подколы, дети, кошки-собаки… Этакая книжная идиллия, попав в которую персонаж непременно должен понять, насколько ему опостылела офисная работа, послать все к чертям и немедленно перебраться в этот веселый табор со своим спальным мешком хотя бы на лето.
Это и настораживало: они были чересчур милыми и хорошими. И Ману, смуглая, полная, величественная (впрочем, легко переходящая от царственности к оглушительному хохоту, заставлявшему колыхаться щеки, бока, крупные бусы и воздух в радиусе десяти метров); и Лиза, прекрасная, улыбчивая, одинаково легко рассуждающая о поэзии Уитмена и
И Тони. Я не успела да и не смогла бы, наверное, подобрать точных слов для того нежного обаяния, которое он распространял (на всех, не только на меня…), когда шутил с детьми, ловко управлялся с мангалом, пикировался с Ману. В общем, если бы в каждой организации работали такие маркетологи, покупателям, а точнее, их кошелькам, пришлось бы туго.
В дверь снова постучали, и на этот раз я уже узнала стук.
– Минутку! – Лихорадочно начала искать джинсы, решив, что пора надеть что-нибудь приличнее мужской футболки.
Натянула джинсы (нога совершенно прошла!), наскоро собрала волосы в хвост, чувствуя себя нервничающей первокурсницей перед свиданием с самым классным парнем универа. У меня так давно не было начала отношений, что я даже не уверена, оно ли это. Может быть, это тоже часть традиций Круга и одна из обязанностей Тони – массировать ноги страждущим и целовать в голову тех, у кого с ней явные проблемы.
– Заходи, – открыла дверь, стараясь казаться непринужденной, но все еще чувствовала себя по-идиотски. – Минутку, сейчас я проверю почту…
– На моем телефоне? – Его явно забавляли мои попытки сохранять независимый и непринужденный вид.
Вот черт. Я все еще держала в руке его телефон.
– Ладно, – сдалась я. – Признаю, что поступила глупо. Поставила в отложенные сообщения подруге просьбу искать меня, если не объявлюсь до утра. И еще написала твой номер телефона. А когда ложилась спать, забыла удалить. И если уж совсем честно, я не помню, как ложилась спать. – Позориться так позориться. – Наверное, вы все-таки подсыпаете что-то в еду?
– Думаю, ты просто устала. Или домашнее вино оказалось слишком крепким.
Точно, вино. Какая идиотка пьет в незнакомом месте с потенциально опасными людьми?
– Поэтому Лиза помогла тебе подняться наверх и переодеться. – Он аккуратно предупредил сразу все мои вопросы. – Мне нужно сегодня уехать пораньше. Поедешь со мной или останешься? Саша может вечером подкинуть тебя в город.
– Ну уж нет, этот номер не пройдет, так и знала, что ты так или иначе попробуешь от меня избавиться.