Кровные враги
Шрифт:
Откуда у них вдруг такая уверенность, что отец Люси, сэр Роберт, согласится спрятать Мартина? Поместье Фрейторп Хадден принадлежало ему, а не Филиппе. И даже если сэр Роберт уступит просьбе, то можно ли быть уверенным, что он не выдаст Мартина, как только появятся люди архиепископа? Не посланцы священника, а слуги лорд-канцлера. Сэр Роберт много лет провел на службе у короля. Сможет ли он отказаться от прежней привычки при всех обстоятельствах соблюдать верность королю?
К тому времени, когда Оуэн дошел до крыльца Амброза, он принял решение: предложить
Оуэн постучал. Выждал немного. Снова постучал. Подождал. Приложил ухо к двери, но ничего не услышал. Впрочем, дверь была массивная. Он нажал плечом, дверь поддалась. Дом был погружен в темноту, хотя в жаровне тлели несколько красных угольков, убедивших Оуэна, что здесь недавно кто-то был и загасил огонь.
Он ощупью нашел масляную лампу, зажег ее от непотухших угольков и поднялся по лестнице. Сундук на чердаке стоял открытый и пустой. Арчер снова спустился вниз, зажег еще несколько свечек. Оказалось, что все более или менее ценное из комнаты исчезло. На полу валялся окровавленный кусок веревки, а у черного хода виднелся кровавый след ступни. Оуэн открыл заднюю дверь и ступил за порог, где занимался жемчужно-серый рассвет. Ни души. В нескольких шагах от двери земля была запятнана кровью. Рядом лежали окровавленные тряпки.
Оуэн не знал, что подумать. Неужели снова открылась рана Мартина, раз натекло столько крови? Или кто-то вчера вечером ворвался и напал на Мартина и Амброза? Но кто? Из поместья Скорби удалось удрать только одному привратнику — если слуги не отпустили Джека и Таннера. Оуэн не мог придумать ни одной причины, по которой слуги могли бы развязать пленников, поверив, что те не причинят им зла.
А может быть, Мартин и Амброз специально разлили здесь столько крови, чтобы сбить его с толку? Что, если Люси на самом деле пришла сюда ночью и предупредила Уэрдира? Нет. Тогда сегодня утром она не стала бы предлагать свой план, если накануне успела его осуществить. Это было для нее несвойственно.
Убедившись, что в доме не осталось ни одной личной вещи Мартина и Амброза, Оуэн уже почти не надеялся, что найдет юношей в аббатстве, но тем не менее, закрыв дом, он отправился в аббатство Святой Марии.
Арчер понял, что прав в своей догадке насчет Мартина, когда увидел, как брат Вульфстан приятно удивился его визиту.
— Доброе утро, Оуэн. Я как раз собирался отвести Джаспера в трапезную. Присоединитесь?
Оуэн взглянул на мальчика, который стоял прямо и робко улыбался.
— Ты настолько поправился, что уже можешь ходить в трапезную?
Джаспер кивнул.
— Мне нравится там бывать. Кто-то один читает вслух во время еды, и никто не разговаривает. Я в первый раз в таком тихом месте.
Вульфстан по-отцовски опустил ладонь на плечо мальчика.
— Итак. Вы пришли навестить Джаспера до открытия аптеки или у вас какое-то поручение?
— Архиепископ просил меня сопроводить сюда сегодня утром одного человека — Мартина Уэрдира. Но того не оказалось дома, и, как я вижу, здесь его тоже нет. Вы что-нибудь
Вульфстан покачал головой.
— Возможно, аббату Кампиану что-нибудь известно об этом человеке. Если ваше долгое отсутствие не расстроит Люси, то приглашаю вас разделить нашу скромную пищу. После завтрака расспросите аббата Кампиана.
Оуэн принял приглашение. За едой он обдумал то, что намеревался совершить этим утром — ослушаться своего хозяина. Кто он таков, чтобы судить о поступках архиепископа и мотивах, которые им движут? Тем не менее слепо подчиняться — значит угодить в компанию Джека, Таннера и Роби, безоговорочно выполнявших все приказы Пола Скорби.
Выходит, он ошибался все эти годы, что провел в армии Ланкастера, когда слепо подчинялся приказам и ждал от своих людей того же? Теперь, когда ему стали известны личные корыстные мотивы короля продолжать войну, в которой Оуэн потерял глаз, бывший лучник понял, что никогда больше не сможет служить, не задавая вопросов тем, кто выше его.
Выходит, до сих пор он был глуп? И будет проклят в день последнего суда за то, что отнял столько жизней у людей?
Чтение закончилось. Вульфстан постучал Оуэна по плечу и кивком показал на аббата, который собрался уходить. Арчер быстро к нему подошел, и аббат Кампиан велел гостю следовать за ним.
Они заговорили, только когда оказались в личных покоях аббата.
— Что привело вас в столь ранний час?
— Мне предстояло сопроводить сегодня утром к брату Вульфстану одного раненого фламандца — Мартина Уэрдира. Но когда я за ним зашел, то оказалось, что его в доме нет. Мне пришло в голову, что, возможно, он меня не дождался, хотя особой надежды я не питал.
— Почему?
— Вещи из дома исчезли.
Кампиан нахмурился.
— Неприятная история. Я действительно вчера вечером получил записку от его светлости, в которой он предупреждал об этом человеке. Нет, в аббатство никто не приходил.
— Я так и думал.
— Значит, вы полагаете, он покинул город?
— Мартин не один, с ним был друг, у которого он заночевал. Все их личные вещи исчезли. Уверен, дело не в том, что они переехали в другой дом.
— Но если один из них ранен, как они могли отправиться в путь? Зачем?
— Не знаю.
Аббат устремил на Оуэна пронзительный взгляд.
— Простите, что возражаю вам, капитан Арчер, но вы знаете причину. — Кампиан поднял белоснежные руки. — Не беспокойтесь. Так как это дело архиепископа, я не стану настаивать на объяснении.
— Благодарю вас, отец.
Люси успела открыть лавку к тому времени, когда вернулся Оуэн.
— Ты задержался. Мартин и Амброз с тобой?
— Нет. Я их не нашел. А в доме Амброза творилось что-то странное. — Оуэн рассказал ей о крови.
Люси поразилась не меньше мужа.
— Жаль, они не посвятили нас в свои планы. Теперь придется за них волноваться.
— Я заходил в аббатство, хотя знал, что вряд ли найду их там. Они ведь вынесли из дома все до последней мелочи.