Кровавый долг
Шрифт:
Возможно, девушка говорила о моей одежде. Я была одета в серый сшитый на заказ брючный костюм и черные туфли на каблуках, что добавляло немного роста к моим пяти футам четырем дюймам. Довольно строгий покрой костюма не открывал ни кусочка моего тела, за исключением рук и горла — это довольно сильно отличалось от коротких шортиков барменши и её майки, открывавшей живот.
— Забудь, — сказала я, забирая свой блокнот с записями. — То, что ты делаешь со своей жизнью, касается только тебя.
Я пыталась уйти с миром, но она не позволила мне это.
— А
— Вообще-то, я даже иногда убиваю вампиров, — любезно ответила я. — Так что моя работа вовсе не скучная.
Наблюдая за тем, как отвисла челюсть барменши, я наконец-то испытала удовлетворение, думая, что достучалась до нее. А затем низкий, холодный голос произнес позади меня:
— Думаю, ты уже достаточно разозлила мисс Годвин, Бэмби. Почему бы тебе не проверить, нуждается ли пятый столик в дополнительных напитках.
— Как скажете, мастер Корбин. — От благоговения в ее голосе я закатила глаза, а затем она поклонилась и попятилась назад, отступая, как будто Корбин был каким-то чертовым королем. Ну, для такой фанатки клыков как она, наверное, был.
— Извини. Бэмби не самая смышленая барменша в «Клыке», но она надежная и знает своё дело. — Корбин развернулся ко мне лицом и обратил всё свое очарование на меня. Я ощущала на себе завистливые взгляды наблюдавших за нами женщин и даже мужчин.
— Да ладно, это просто работа. — Я встретилась с ним глазами, однако то, что он не мог очаровать меня, не означало, что мне было легко выдержать его решительный серебристо-голубой взгляд.
— Работа, которая включает в себя убийство вампиров, — ласково сказал он.
Я нахмурилась.
— Все верно. — Я всегда носила с собой Глок 22, заряженный пулями с нитратом серебра, и знала, как им пользоваться. Я спускала курок лишь дважды — оба раза моя жизнь находилась под угрозой — и у меня были все полномочия для убийства.
Когда вампира приговаривали к смерти, именно я нажимала на кнопку, что открывала застеклённую крышу в солнечной комнате, где казнили наших клыкастых друзей. Это было частью моей работы, ведь кто-то же должен был делать это. Да, убивать кого-либо мне не очень нравилось, но и извиняться за это я не собиралась.
Корбин, кажется, почувствовал мое настроение, потому что сменил тему.
— Надеюсь, ты получила всю необходимую информацию, и наше небольшое заведение с честью прошло испытание? — ровно спросил он.
— Да, тут все в порядке. — Я не смогла скрыть досаду в голосе. На другие вампирские заведения регулярно поступали жалобы, но с «Клыком» никогда не было проблем. Все сотрудники были абсолютно счастливы, а все клиенты полностью удовлетворены. Даже местный полицейский участок никогда не получал звонков о пьяных беспорядках, что было неслыханно, так как в клубе имелся полноценный бар, который работал до пяти утра.
— Кажется, ты
— Почему бы тебе не закрыть рот, Корбин. Я не оценила это маленькое представление.
— Ты должна быть польщена, — мягко сказал он. — Не так уж много дышащих влияют на меня таким образом.
— У тебя встает на опасность, да? — Я слегка сместилась, из-за чего мой пиджак распахнулся, обнажая Глок в наплечной кобуре. К сожалению, серебристо-голубой взгляд Корбина сфокусировался на моей груди, а не на пистолете.
— Скажем так, мне нравятся агрессивные женщины. — Он ухмыльнулся, продолжая сверкать клыками. — Очень жаль, что тебе требуется оружие, чтобы подтвердить свои угрозы. Мне бы больше понравилось, будь у тебя реальная физическая сила, чтобы сразиться со мной на равных.
— Зачем? Ты хочешь заняться армрестлингом?
Он рассмеялся низким, роскошным голосом, который, казалось, прошел сквозь меня.
— Я предпочитаю другой вид борьбы, и я говорю не о её глэм-варианте.
Я почувствовала, что краснею, и это разозлило меня. Корбин говорил о сексе — не глэм-сексе, а реальном сексе, несмотря на то, что это было противозаконно между людьми и вампирами. А все потому, что ты не может лечь в постель с существом достаточно сильным, чтобы завязать морским узлом железный прут, и не проснуться на следующее утро искалеченным, если вообще проснешься. Когда вамп пытается заняться сексом с человеком, его жажда крови в сочетании с жаждой секса срывает ему крышу, и на утро результат подобной страсти выглядит как картина Джексона Поллока.
— Вижу, я дал тебе пищу для размышлений, — заметил Корбин, когда я не ответила ему.
— Да. Я задумалась о том, что ты предлагаешь мне больше, чем глэм-секс, а это, как тебе известно, является нарушением закона.
Он скрестил руки на широкой груди и усмехнулся.
— Я бы никогда не предложил этого человеку, Эддисон, если бы не был уверен в том, что она с этим справится.
То, что он использовал мое имя, взбесило меня еще сильнее, чего он, видимо, и добивался. Я достала наручники, изготовленные из прочного серебряного сплава, который вампиры не могли сломать. Наручники были покрыты бархатом, что защищало кожу вампов от ожогов и, на мой взгляд, портило весь эффект, но работали.
— Ты угрожаешь офицеру?
— Не угрожаю, делаю предложение. Ты напряжена, и я просто хочу помочь тебе расслабиться.
— Быть разорванной на куски озверевшим от жажды и похоти вампиром так расслабляет. Нет уж, спасибо, Корбин.
Он отмахнулся от моих слов ленивым жестом.
— Такой исход возможен только с молодым вампиром, который не может себя контролировать. С возрастом мы приобретаем мастерство. Уверяю тебя, Эддисон, я доводил бы тебя до наслаждения очень нежно и основательно. Ты бы кончала снова и снова.