Кровавый апельсин
Шрифт:
Я взял фломастер и размашисто написал на первом листе: «Когда рак на горе свистнет!», — засунул бумажки обратно в конверт, который прицелившись, кинул на поднос для писем в прихожей. После этого допил кофе и почувствовал себя немного лучше.
В восемь я посадил Мэй в школьный автобус и отправился в сторону гавани. Из конторы Невилла я опять попытался дозвониться до Эда, но безрезультатно.
Легкий южный ветерок, играя, позвякивал мелкими деталями в снастях яхт, стоявших в бухточке. Чарли уже был на «Секретном оружии». Рядом с ним я увидел Скотто — здорового блондина, которого пять лет назад занесло в Пултни
На столе лежала записка от Гарри: «Я в юридической консультации». Записку вместе с конвертом я отправлю моему поверенному. В полдень я облачился в свой старый белый костюм, нахлобучил летнюю шляпу и двинулся к гавани, настраивая себя на роль неотразимого шоумена.
Чарли уже был там — тоже в белом костюме.
— Что-то мне все это не нравится, — проворчал он.
— Не тебе одному, — успокоил его я.
Скотто прибыл с Нодди и Диком, парочкой местных амбалов, которые иногда помогали нам на испытаниях «Оружия». Они и так выглядели весьма колоритно, но сегодня еще вырядились в шлемы армии Соединенных Штатов, выкрашенные белой краской, которые они приобрели наверняка в местном магазине уцененных товаров.
Они отдали швартовы, и наша яхта, миновав устье реки, вышла в открытое море. Нодди и Дик подняли грот. Дул хороший южный ветер. При смене гала я чуть было не расстался со своей шляпой. Зеленая береговая линия была от нас примерно в миле по правому борту. Показался залив Пултни, какая-то высокая кирпичная труба, потом — белоснежные надстройки «Геклы», украшенные флагами расцвечивания. Я приложил к глазам бинокль. На прогулочной палубе шел пир горой.
— О'кей. Пошли, — произнес я.
Дав команду подобрать грот, я нацелил нос катамарана на край бухты. Наветренный борт поднялся над водой, противоположный вздымал тучи брызг, которые искрились и переливались под солнцем на синем фоне воды. Пултни стремительно приближался; уже можно было во всех подробностях разглядеть аккуратные ряды белых домишек.
— Отлично! — произнес Чарли.
Скотто выпалил пару раз из стартового пистолета в сторону пижонской посудины. Звуки выстрелов далеко разнеслись над водой. Темные пятна голов на прогулочной палубе превратились в светлые — белые, розовые... Они заметили нас и теперь пристально разглядывали. Я немного довернул штурвал, и наш катамаран на скорости в двадцать узлов с одним корпусом, едва касающимся воды, влетел в горловину бухты. Скотто со своими амбалами в белых шлемах стояли за гиком с подветренной стороны.
С яхты доносились одобрительные возгласы.
— Ну что ж, первое впечатление мы, кажется, произвели неплохое, — сказал Чарли.
— Прямо карнавал, — откликнулся я и, повернувшись к Скотто, добавил: — Снимайте ваши жестянки, а то свалитесь за борт и утонете вместе с ними. Мы пойдем туда, — кивнул я в сторону яхты.
Спустя минуту мы с Чарли поднялись по металлическому трапу на пирс и направились
Трап яхты был убран красным ковром. Я услышал аплодисменты — сначала редкие, потом все более дружные; в результате мы появились на палубе под гром оваций.
Я снял свою шляпу и передал ее симпатичному парнишке в матросской форме, стоявшему у верхнего конца трапа.
— Неплохое начало, — заметил я Чарли.
— Чертовски неловко, — пробурчал он, не разжимая губ. Улыбаясь, мы раскланялись во все стороны и поинтересовались, где тут бар.
Невысокий молодой человек с длинными светлыми вьющимися волосами и в блейзере от Сен-Лорана вынырнул из толпы с бутылкой «Крэга» и двумя бокалами.
— Отличная работа, — громким, отчетливым голосом произнес он. — Превосходно. Я принес вам выпить.
Он наполнил бокалы, протянул их нам и оглядел каждого по очереди. У него были глаза цвета голубого фарфора и длинные ресницы.
— Вы, должно быть, Джеймс Диксон и Чарли Эгаттер, — произнес он. — А я Терри Таннер. — В его голосе прозвучала горделивая нотка. — Сразу чувствуется высокий класс! — продолжал он отваливать нам комплименты. — Превосходное выступление!
— Мы наблюдали ваше прибытие вчера вечером. Впечатляющее зрелище! — не остался я в долгу.
Таннер, отхлебывая из бокала, хмыкнул:
— "В город приезжает цирк" — так, кажется, это называется? Представление окупается.
Он был в таком странном возбуждении, что мне требовалось некоторое усилие, чтобы помнить, что передо мной все же тот самый Терренс Таннер, чье имя есть в справочнике «Кто есть кто?», — большой мастер делать деньги, любитель бриджа, председатель компании «Уорлдвайд промоушн», человек, не скрывающий, что его доход в прошлом году составил 270 миллионов фунтов стерлингов.
— Знаете, — продолжил он, — здесь уже кое-кто проявляет к вам интерес. — Он кивнул в сторону невысокого плотного мужчины в темном костюме. — Мистер Эрнст, «Оптовые поставки». Чарли, поговорите с ним. Думаю, что Джеймс великоват для него. Напугает еще, чего доброго.
Чарли кивнул и направился к мистеру Эрнсту.
— Что касается меня, — добавил Таннер, — то я обожаю крупных людей. — С этими словами он указал загорелой рукой себе за спину.
Человек, на которого он обратил мое внимание, был дюймов на шесть выше меня. Его темные волосы были коротко пострижены, на лице красовались гигантские усы, на груди висел золотой амулет в виде акульего зуба.
— Это Рэнди, — сообщил Таннер. — Он занимается выпуском пластинок. И ходит под парусами. Его присутствие приносит мне удачу. Ладно, с кем бы мне еще вас познакомить? — Он огляделся вокруг.
Я последовал его примеру. Обстановочка напоминала мне холл какого-нибудь отеля в Калифорнии. Под потолком сияла огромная люстра; мраморные стены были отделаны золотом. Широкая лестница вела на вторую палубу.
— Отличный кораблик! — одобрительно произнес я.
— Просто божественный! — согласился Таннер. — Я только арендую его. Хозяин — Дуг Сайлем. Ужасно важный малый. Заимел деньги, власть, ключевые посты. И помешан на спорте. Был чемпионом по мотогонкам. — В одном из углов салона группа людей окружила стол с рулеткой. — Вон тот, рыжеватый, — уточнил Таннер. — Уже прибрал к рукам весь мотоспорт, но до сих пор не расстается со своим «фриссоном».