Кровавые кости
Шрифт:
Меч взметнулся и полетел ко мне, и вдруг Жан-Клод повис на руке фейри, сбивая удар. Ларри оказался рядом со мной, и мы оба стали стрелять в широкую грудь Кровавых Костей.
Он стряхнул с себя Жан-Клода, и тот отлетел в стену. Я увидела мелькнувшую полосу меча и поняла, что уклониться не успею.
Внезапно передо мной оказался Ксавье, и его кривой меч преградил путь клинку Кровавых Костей. Стальное лезвие остановилось в дюйме от моего лица, выбив зазубрину на клинке Ксавье. Кривой меч Ксавье ударил вверх, в грудь Кровавых Костей.
Кровавые Кости рухнул на колени. Ксавье вывернул меч, целя в сердце, и выдернул его в фонтане крови. Фейри с визгом упал на живот, пытаясь подняться. Я приставила браунинг к его голове и стала стрелять со всей возможной скоростью — при стрельбе в упор целиться не надо. Ларри оказался рядом со мной и тоже стрелял. Мы разрядили обоймы в голову чудовища, а оно все еще дышало. Ксавье всадил меч ему в спину, пригвоздив к полу. Грудь Кровавых Костей вздымалась и опадала, ловя воздух.
Я перебросила в руку «файрстар» и заменила обойму на свинцовые пули. Еще три выстрела, и, будто наросла критическая масса, голова чудовища лопнула фонтаном костей, крови и чего-то густого и мокрого.
Ксавье в этот момент стоял у него на спине. Мы были покрыты окровавленными мозгами. Ксавье выдернул меч. Он вышел зазубренный от соприкосновения с костями. Мы стояли рядом с мертвым великаном, объединенные на миг общим знанием.
— Этот меч — холодное железо? — спросила я.
— Да, — ответил он. Зрачки его глаз были красны, как вишня, — не розоватый цвет альбиноса, а настоящий красный. У людей таких глаз не бывает.
— Ты фейри, — сказала я.
— Не будь дурой. Фейри не могут стать вампирами, это все знают.
Я поглядела на него и покачала головой:
— Ты приложил руку к заклинанию Магнуса. Это ты с ним сделал.
— Он сам с собой это сделал, — ответил Ксавье.
— Ты помогал Кровавым Костям убивать подростков, тех детей, или ты только дал ему меч?
— Я отдавал ему своих жертв, когда они мне приедались.
В «файрстаре» оставалось еще восемь выстрелов. Наверное, Ксавье прочел это в моих глазах.
— И свинцовые, и серебряные пули против меня бессильны. Я защищен от этих металлов.
— Где Джефф Квинлен?
— Здесь, в подвале.
— Приведи его.
— Что-то не хочется.
За нами вдруг снова раздались звуки, послышалось движение. Он заговорил мне зубы, и в это время случилось что-то плохое.
Джейсон выкашливал кровь на ковер. Если бы он был человеком, я бы сказала, что это агония. Но он был ликантроп, и он увидит рассвет. Кто-то из вампиров серьезно его ранил, только я не знала кто.
Жан-Клод лежал под кучей вампиров, состоящей из Элли, Киссы, Беттины и Паллас. Оттуда раздался его голос, грохочущий крик, отдавшийся в комнате. Он впечатлял, но недостаточно.
— Не делайте этого, ma petite!
Янош стоял возле трона вместе с Ларри. У Ларри руки были связаны шнуром, отрезанным
Серефина уже взгромоздилась на трон, из нее вытекала черная кровь. Никогда я не видела, чтобы из кого-то натекло столько крови и так быстро. Грудь ее была разорвана так широко, что видно было бьющееся сердце.
— Чего ты хочешь? — спросила я.
— Нет, ma petite! — Жан-Клод пытался шевельнуться — и не мог. — Это западня!
— Скажите мне что-нибудь, чего я не знаю.
— Она хочет тебя, некромантка, — сказал Янош.
Мне понадобилась секунда, чтобы понять.
— Зачем?
— Ты лишила ее источника бессмертной крови. Ты займешь его место.
— Он не был бессмертен, — сказала я. — Мы это доказали.
— Он был силен, некромантка, как сильна и ты. Она будет пить твою кровь и жить.
— А я?
— Ты будешь жить вечно, Анита, вечно.
Насчет «вечно» я не стала комментировать. Я знала цену этому обещанию.
— Она получит вас, а его все равно убьет, — сказал Жан-Клод.
Наверное, он был прав, но что я могла сделать?
— Она же отпустила девушек.
— Этого вы не знаете, ma petite. Разве вы их видели потом живыми?
В его словах был смысл.
— Некромантка!
Голос Яноша выдернул меня из раздумий. Серефина лежала рядом с ним на троне. Кровь пропитала белое платье, превратив его в черное. Ткань липла к тощему телу.
— Иди, некромантка, — сказал Янош. — Иди, или этому человеку будет плохо.
Я шагнула вперед.
— Нет! — крикнул Жан-Клод.
Янош махнул бледной паучьей рукой над телом Ларри. Белая рубашка Ларри лопнула и стала пропитываться кровью. С кляпом он не мог вскрикнуть, но, если бы Янош его не держал, он бы упал.
— Брось оружие и иди к нам, некромантка.
— Ma petite, умоляю вас, не надо!
— Я не могу, Жан-Клод. Вы это знаете.
— Она это знает, — сказал он.
Я поглядела на него; он безнадежно пытался вырваться из-под груды вампиров втрое больше его по весу. Это должно было быть смешно, но не было.
— Она не хочет вас. Она хочет, чтобы у меня вас не было. Вы ей нужны назло мне.
— В эту игру пригласила вас я, помните? — сказала я. — Это мой бенефис.
И я пошла к Яношу. Я старалась не глядеть на то, что было за ним, не видеть, куда иду.
— Ma petite, не надо! Вы — признанный Мастер. Она не может взять вас силой. Ей нужно ваше согласие. Откажитесь!
Я только покачала головой и продолжала идти.
— Сначала оружие, некромантка.
Я положила оба пистолета на пол. Ларри яростно замотал головой, издавая сдавленные протестующие звуки. Он забился, упал на колени. Яношу пришлось отпустить его шею, чтобы не задушить.