Кровавые грехи
Шрифт:
Он подсунул руку под ее плечи, намереваясь перевернуть ее и посмотреть, нет ли ран на спине, но остановился, когда осознал, как она лежала. Она возвращалась к Резиденции, и если только ее не развернули в другом направлении, выглядело так, как будто кто-то напал на нее спереди и повалил на спину.
И, кроме того, на замерзшей земле вокруг нее, покрытой блестящими в лунном свете кристалликами инея, определенно не было следов борьбы. На ней вообще не было никаких следов, за исключением его собственных и Сары. Отпечатки их ног, когда они пришли
Как будто ее подняли в воздух дальше на несколько ярдов, и бросили в центр поляны с невероятной силой.
Гелен вдруг подумал, обнаружит ли судмедэксперт, что ее кости раздроблены, так же как это было у Эллен Ходжес.
Он помедлил еще одно долгое мгновение, взвешивая все за и против того, чтобы забрать ее с собой. Не в его характере, да и не в его подготовке было оставлять павшего товарища, но невероятно высокие ставки в данной ситуации заставили его хорошенько подумать. Кто-то убил ее, и кто-то ожидает найти ее тело здесь. Если она не останется там, где ее ожидают найти…
— Черт, — практически беззвучно выругался он, рождая маленькое облачко холодной пара. — Прости, девочка. Я…
Это было его инстинктом смотреть людям в глаза, сообщая тяжелую правду. Поэтому он смотрел в мертвые глаза Сары Уоррен, когда начал говорить ей, что ему придется оставить ее тело здесь, чтобы его обнаружили убийцы.
Ее глаза менялись. Он наблюдал, как они медленно закатываются, радужка и зрачки сначала потускнели, а потом полностью стали белыми. В лунном свете черты ее лица казались более острыми, плоские части становились впавшими, как будто большая часть ее жизни была… сейчас высасывалась из нее.
Гален видел много смертей и мертвецов за свою жизнь, но он не видел ничего подобного раньше. И вдруг почувствовал себя уязвимым, что случалось всего несколько раз в его взрослой жизни. Почувствовал себя слишком уязвимым.
Его пистолет не сможет защитить его здесь. Даже не сможет помочь ему.
И ничто не сможет.
Он вытащил свою руку из-под плеч Сары, и ощущал практически непреодолимую потребность уйти, сейчас, убраться отсюда так далеко, как только возможно, и так быстро, насколько это в его силах.
Но опять, он был недостаточно быстр.
Он как раз вставал и только начал поворачиваться, когда увидел трех мужчин буквально в нескольких ярдах от себя, которые со сверхъестественной тишиной стремительно двигались через лес прямо к нему.
Идущий впереди высокий мужчина с широкими плечами и каменным выражением лица, держал оружие наготове. Он не сделал никакого предупреждения и не дал ни единого шанса. Большой серебряный пистолет выстрелил в его руке.
Гелен почувствовал, как пуля вошла в его грудь еще до того, как услышал приглушенный выстрел, почувствовал твердую замерзшую землю под собой, и смутно осознал, что его собственное оружие выпадает из слабеющих пальцев. Казалось, он не может дышать, кровь, красная
Господи, что за клише. Я не могу подумать о чем-то другом?
Очевидно, что он не мог. Его рот наполнен теплым жидким металлом, и он буквально мог чувствовать, как его жизнь покидает тело. Не высасывается, как произошло с Сарой, а просто оставляет его, как кровь льется из открытой раны в груди и впитывается в холодную землю. В течение нескольких коротких секунд он смотрел на яркую луну, но свет померк, когда трое мужчин подошли к нему.
Гелен с трудом сфокусировал взгляд на высоком мужчине, чье холодное лицо убийцы он никак не мог разглядеть. Просто силуэт со сверкающими глазами, молчаливо наблюдающими за ним.
— Сукин сын, — неразборчиво пробормотал Гален. — Ты жалкий сукин…
Большой серебряный пистолет вновь выстрелил, из глушителя раздался звук, который едва ли был громче чихания. Как будто поезд врезался в Галена, и все погрузилось во тьму и тишину.
— Что если он был копом?
— И что тогда? — Риз Демарко быстро встал на колени, чтобы подобрать оружие, лежащее на земле, рядом с вытянутой рукой мужчины, которого он застрелил. Вновь вставая на ноги, все тем же бесстрастным тоном он добавил: — Обыщите его. Посмотрите, есть ли у него удостоверение.
Мужчина, задавший вопрос, опустился на колени и осторожно, но, тем не менее, тщательно начал обыскивать тело.
— Никакого удостоверения, — доложил он. — Никаких креплений и кобуры для оружия. Черт побери, на его футболке нет даже этикетки. Да ты буквально продырявил его. Два выстрела точно в центр груди. Я бы предположил, что на нем бронежилет, и стрелял в голову.
— Я сомневаюсь, что он ожидал вооруженного сопротивления. Может он просто частный детектив, нанятый одной из семей, и не представляющий во что он влезает.
Демарко поставил поднятый пистолет на предохранитель и засунул его за пояс на пояснице.
— Любители.
Третий мужчина, который молчаливо стоял и сканировал лес, сказал:
— Я не вижу ни малейших признаков присутствия ребенка. Думаете, она убежала?
— Я думаю, ее унесли.
Слова едва успели сорваться с губ Демарко, как они услышали звук заводящегося двигателя, который быстро стих вдали.
— Любители, — повторил Демарко.
— И бездушные, не вернулись за своим мертвецом.
Это было сказано без всякой иронии, и мужчина, который продолжал стоять на коленях рядом с телами, в течение минуты грустно смотрел на мертвых, а затем поднял взгляд на Демарко.
— Я не слышал, что говорил Отец — он хочет, чтобы мы привезли этих двоих назад?
Демарко покачал головой.
— Брайан, утопи тела в реке. Фиск, помоги ему. Почти рассвело, нам надо возвращаться.
Они повиновались четкому приказу, убрали свое оружие в кобуру и наклонились, чтобы поднять большого, тяжелого мужчину с замерзшей земли.