Кровь
Шрифт:
Оказалось, что «течение» его вынесло к служебному выходу, который охранял только один террорист. Тот сразу наставил на Эрика карабин, но не выстрелил – видимо, не хотел устраивать панику среди теперь уже загнанных в ловушку заложников.
«Быстро собраться и думать еще быстрее», – вспомнил слова тренера Эрик. Он отбросил все лишние мысли и сосредоточился на ситуации. Взгляд с бешеной скоростью перескакивал от одного угла помещения к другому.
Двое «пастухов» у главного входа в кафе были заняты сдерживанием толпы внутри. Из шести стрелков у эскалаторов остались только четверо, остальные присоединились к «пастухам», занимавшимся добиванием раненых и людей, отбившихся от основной массы. За спиной террориста, который гневно что-то говорил Эрику, в двадцати метрах была дверь,
Эрик поднял глаза на террориста. Тот был некрепкого телосложения, ростом примерно с него. «Без оружия он не опасен». Взгляд «пастуха» выдавал – «сильно нервничает». Кобура для пистолета была по непонятным причинам пуста – «вооружиться не удастся». Модель карабина знакома – «34 патрона, предохранитель на левой стороне чуть дальше и выше спускового крючка по направлению от ствола». Все это пронеслось в голове Эрика за доли секунды. Для исполнения идеального плана оставалось лишь одно – «давай-ка, дружок, сделай какую-нибудь глупость».
Террорист не заставил себя ждать. Опустив цевье [2] карабина, он потянулся к Эрику левой рукой, чтобы оттолкнуть его обратно в толпу. Правая рука Эрика скользнула вдоль карабина. Террорист, не успев вовремя отдернуть оружие, испугался и надавил спусковой крючок. Тот не сдвинулся, и выстрела не последовало – предохранитель уже был переведен в безопасный режим. Чтобы в экстренной ситуации понять, почему оружие отказало, бедолаге понадобилось бы около десятка секунд. В его распоряжении этого времени не было. Эрик выпрямился во весь рост, резко протаранив противника головой в нос, который весело хрустнул в знак одобрения удара. Глаза террориста моментально затуманили слезы, и он закрыл лицо руками, надеясь предотвратить дальнейшие удары. Однако следующей целью было не лицо: Эрик ударил по ушам террориста, отчего тот сразу осел на землю. Проносясь мимо, Эрик окончательно вывел врага из строя, нанеся локтем мощный удар в висок.
2
Деталь оружия, находящаяся под стволом, для держания при стрельбе и защиты руки от ожогов. Обычно выполнена из дерева или пластмассы.
Через несколько секунд Эрик уже открывал дверь на лестничную клетку. Как он и ожидал, террористы не забыли взять ее под контроль. Их было двое: женщина, судя по всему, должна была караулить дверь, но, отвлекшись на стрельбу и крики снизу, она отвернулась и забыла про оружие, руками прикрыв уши от оглушающего шума; второй, устрашающих размеров парень, стоял у перил и стрелял вниз по решившим покинуть здание через запасной выход.
Женщина сквозь грохот стрельбы не услышала открывающуюся дверь. Почувствовав что-то неладное, она на всякий случай кинула взгляд через плечо – и увидела кулак Эрика. Террористка растерялась и не потянулась к оружию, а подняла руки к голове. Эрик быстро обхватил ее шею обеими руками и рванул голову вниз навстречу своему колену. К такому она не была готова. Колено с легкостью преодолело защиту, и вот уже второй противник отправился в тяжелый нокаут.
Оставшийся террорист, заметив неладное боковым зрением, с винтовкой наготове развернулся и оказался лицом к лицу с уже сократившим дистанцию Эриком. Тот понял, что здоровяка быстро не одолеть: он был выше на голову и значительно крупнее. К тому же по форме ушей и лица можно было понять, что он любил уличные драки чуть ли не с самого детства. Ладонь здоровяка перекрывала путь к предохранителю его винтовки, поэтому Эрику пришлось придумать более изощренный способ не дать себя застрелить.
Пользуясь остаточной силой движения, Эрик направил правую руку в сторону магазина винтовки. В мгновение ока магазин был отсоединен, а точнее говоря – выбит. Левая рука Эрика резким движением отклонила ствол вбок, как раз вовремя,
Громила потерял равновесие, но рефлексы предотвратили падение – в последний момент он схватился за перила, тело резко развернуло и понесло вбок. Столкновение с ограждением было не из легких: он растянул руку, сильно ушиб спину, а волосы затылка пропитались кровью. К несчастью для Эрика, этого было недостаточно. Ослепленный злостью и болью громила, забыв про оружие, даже не стал пытаться перезарядить винтовку или достать из кобуры пистолет. Двумя широкими шагами он преодолел расстояние до Эрика и сбил его с ног. Лицо террориста озарил хищный оскал, отдаленно напоминающий улыбку. Улыбка тут же погасла, как только он осознал ситуацию: это не он сбил противника с ног, а тот сам позволил себя повалить на пол. Рванув правую руку здоровяка к себе, Эрик обхватил террориста ногами и вдавил его шею в правое плечо, перекрыв этим сонную артерию. Гипоксия [3] быстро дала о себе знать, и в глазах громилы стало темнеть.
3
Нехватка кислорода.
В этом состоянии он неожиданно вспомнил о своем оружии. Винтовка отлетела в сторону, еще когда он набросился на Эрика; пистолет был на правом боку, вне досягаемости для единственной свободной левой руки, а вот армейский нож в сапоге…
Неуверенным слабым движением террорист почти бессознательно замахнулся ножом. Эрик среагировал без промедления: он отпустил схваченную руку, расцепил захват и что есть силы пнул громилу ногой. Тот неуклюже повалился на бок, а Эрик быстро выхватил из кобуры лежащей на полу женщины пистолет и направил его на врага.
Громила замер, нож выпал у него из руки. Свобода была близка, оставалось только переступить через жизнь здоровяка… Но Эрик не мог. Он совершил роковую ошибку: посмотрел в глаза этого человека. Теперь спусковой крючок, который так легко поддавался во время учебной стрельбы, был недвижим. Так бывает у многих при первом выстреле по мишени: кажется, прилагаешь все силы, а курок застыл, словно каменный. На самом деле единственное, что сдерживает тебя, – это страх. Страх перед чем-то ужасным, незнакомым, которое неминуемо случится, приложи ты хоть чуть больше силы… А страх Эрика не был надуманным, он точно знал, что именно произойдет, нажми он на спусковой крючок. Руки его ослабли. «Просто ударю и пробегу мимо», – успокоил он себя.
Страх начал отступать, и Эрик был уже готов ринуться дальше, но поздно. Дверь за его спиной распахнулась. Удар, тьма…
После того как Рин потеряла Эрика из виду, она начала постепенно пробираться сквозь толпу, пока не оказалась в третьем ряду от выхода. Двое террористов, охранявших основной выход, находились в нескольких метрах от нее.
– Всем стоять на месте и не рыпаться! – закричал один из них, но его было слабо слышно на фоне стрельбы в замкнутом пространстве и сотен взволнованных голосов. – Если кто-нибудь попытается выйти из кафе, стреляем без предупреждения!
Много раз Рин представляла себе, каково это – оказаться в эпицентре подобного события, но такого она и нафантазировать не могла. Ее переполняло множество вопросов, не имеющих ответа: «Где Эрик? Он в порядке? Что с нами будет? Нас спасут? Что нужно делать?» Все происходило слишком быстро, сердце в груди стучало все громче и чаще.
Загнанные люди пребывали в шоке: кто-то рыдал, кто-то молился, кто-то бился в истерике или причитал. Внезапно в уже замершей толпе возникло течение. Оно вело в сторону служебного выхода. Рин постаралась успокоиться и двинулась вместе со всеми, однако у самых дверей остановилась, почувствовав опасность – как раз вовремя. Автоматная очередь, крики… Те из вышедших, кто остался в живых, ринулись обратно в кафе. Рин втиснулась в стену, чтобы ее не унесло вглубь.