Кровь предателя
Шрифт:
– Лопни их глаза!
– взорвался Тайнтон.
– Черт их подери! Сколько же их там, парень? Сколько? Что у них за оружие?
– он разразился горестным смехом.
– Кто их нанял? Бог мой, мы даже не знаем, кто они!
– Ну, они точно не наши, сэр, - пожал плечами солдат.
– Это очевидно, - Тайнтон попытался успокоиться, чтобы не ударить подчиненного, - но это солдаты регулярной армии? Или проклятые браконьеры? Или разбойники?
Никто ему не ответил.
– Молодцы, ребята, - произнес Страйкер, когда оба - сержант и прапорщик - вернулись невредимыми.
– Заставили их убраться, а?
– ухмыльнулся Форрестер.
–
– Действительно, - подхватил Страйкер, - что произошло, прапорщик?
– Их было восемь, сэр, - пожал плечами Бёртон, - мы сделали по выстрелу, прежде чем они добрались до деревни. Сбили только одного, вынужден признать, но командира. Остальные повернули прочь, как только тот упал.
– Хорошая работа, прапорщик, - сказал Страйкер, наградив гордого молодого человека кривой из-за шрама ухмылкой.
– Всегда выбивай командира.
– Он повернулся к сержанту, - молодец, Уилл.
Борьба - не тот путь, что был нужен Страйкеру. Он планировал дождаться, когда оба отряда кавалерии сойдутся в смертельной схватке, сосредоточившись исключительно друг на друге, а он со своими людьми спокойно подкараулит часовых, охраняющих украденных лошадей. Но события развернулись иначе. Роялистов разбили так быстро, словно это было не сражение, а просто безумная, пропитанная кровью резня, завершившаяся и отвратительно быстрой победой Тайнтона. Страйкер решил вмешаться, чтобы помочь своим коллегам роялистам, и, возможно, заставить Тайнтона отказаться от захваченных лошадей, но светловолосого капитана оказалось не так-то легко напугать, и Страйкер добился лишь того, что лошади оказались еще дальше от его рук.
Он набрал воздух в легкие и проревел:
– Оставьте лошадей, и мы не будем стрелять!
Тайнтон не мог поверить, как же он не уловил очевидное. Лошади. Боевые кони! Как только он вспомнил о их - больших, ухоженных и мускулистых - то пришел к поразительному выводу. Там не крестьяне, там - солдаты.
Он повернулся к ближайшему офицеру.
– Они хотят своих проклятых лошадей. Вот в чем дело.
– Но там их только четыре, сэр, - офицер посмотрел вдоль деревьев, туда, где захваченных животных согнали вместе с их собственными.
– Впечатляет, да?
– кивнул Тайнтон. Их может быть и четверо, а может и больше. То, как они стреляли, не дает нам ключ к разгадке. Может, вы мне скажете, сколько мушкетов нам противостоит?
– Нет, сэр.
– Именно. А у меня нет мушкетов.
В его распоряжении находились пистолеты и карабины, которые прекрасно справились с застигнутым врасплох отрядом роялистов, но этот новый, смертоносный противник с презрением отнесется к той незначительной угрозе, что они собой представляют. У Тайнтона имелись лошади, но их легко ранят или убьют притаившиеся снайперы. На нем была самая лучшая кираса, какую только можно купить, но хороший выстрел найдет даже малейшую щель в доспехах. Ему предстояло сделать выбор: или с налету ворваться в деревню и уничтожить врага, но при этом понести ощутимые потери, или прости отойти к холмам. Для него было почти невыносимо рассматривать последний вариант.
– Выдвигайтесь в сторону дороги, - произнес он спустя некоторое время.
– Не выходите на поляну. Они вас начинят свинцом, прежде чем моргнуть успеете. Просто следуйте вдоль кромки леса, пока не доберетесь до дороги, и идите вверх по холму. Мы выследим остатки
Роджер Тайнтон сделал свой выбор. Разгром целого отряда кавалеров - одно дело, но ненужная перестрелка с какой-то горсткой людей - совсем другое, в Вестминстере к ней отнесутся с крайним презрением.
Пока всадники конного подразделения сэра Эдварда Тайнтона выбирались из леса на дорогу, их командир бросил прощальный взгляд на деревню.
– А что насчет наших мертвецов, сэр?
– осмелился спросить всадник слева от него.
– Оставьте их, - отрезал Тайнтон.
Глава седьмая
С наступлением темноты Страйкер со своим отрядом занялись погребением мертвецов. На открытой местности за деревней вырыли глубокую яму, и людям Страйкера пришлось провести несколько неприятных минут, глядя на только что забросанную землей могилу. Это было нелегким делом - долбить замороженную землю хрупкими лопатами и негнущимися пальцами, и им пришлось изрядно попотеть, прежде чем они почтительно склонили головы перед могилой.
Деревенский священник, подхватив в конце лета лихорадку, преставился за несколько недель до этого, и собравшиеся взглянули на старшего офицера, ожидая от него проведения церемонии. Страйкер никогда не чувствовал себя комфортно в делах духовных, принимая во внимание то количество людей, которое отправил на встречу со творцом. Тем не менее, когда на него обратилось несколько пар глаз, неохотно кашлянул.
– Да смилостивится Господь над этими грешными душами, - кратко пробормотал он. Это всё, что он мог сказать.
– Omnia mors aequat [12] , да?
– прошептал Форрестер.
– Капитан?
– переспросил Скеллен.
– Смерть. Я сказал, что она великий уравнитель. Эти парни ненавидели друг друга. Убивали или пытались убить. А теперь они мертвы, их души отлетели, и лежать им вместе в этой яме вечность. Однажды и мы к ним присоединимся.
Страйкер покачал головой.
– Хватит. У нас задание, - он отвернулся от темного холмика и побрел к деревне.
Вечер прошел в приготовлениях к отходу. И вправду, придется идти пешком, после того как лошадей украли. Оружие было наточено, мушкеты вычищены, а мешки набиты провизией. Страйкер также обсудил неожиданное появление Тайнтона с Маркусом Гамми, батраком, который заснул на часах. Теперь юноша вернулся к своей наблюдательной позиции на высоком холме, заработав синяк под глазом и возможность честно отработать свой шиллинг.
12
Omnia mors aequat (лат.) - Смерть уравнивает всех. Цитата из Клавдия Клавдиана, известного позднеантичного поэта из Александрии.
Страйкер ожидал появления жаждущих мести всадников круглоголовых, которые могли вырваться из тьмы, но ночь оставалась мирной и спокойной. Все заснули.
Страйкер поднял отряд задолго до того, как на горизонте забрезжили первые лучи рассвета. Томас Арчер, староста деревни, пренебрег настоятельной просьбой Страйкера к жителям покинуть поселение. Тайнтон будет совсем не в восторге от того, что его заставила бежать без оглядки к холмам кучка безликих людей с твердыми сердцами и верным прицелом. Его опозорили.