Кровь предателя

Арнольд Майкл

– Спасибо, сэр, - поблагодарил его мальчик, ощерившись чернозубой ухмылкой, и поспешно умчался прочь.

Глава пятая

В открытую дверь ворвался порыв холодного ночного воздуха, засвистев в полусгнившей соломе и между столами и стульями. Дюжина завсегдатаев склонилась над своими кружками, поближе к ободряющему элю. Большинство не обратили внимания на вторжение, предпочитая заниматься своим делом, хотя новоприбывшего приветствовал чуть слышный

ропот, поскольку он слишком медленно закрыл за собой дверь. Двое прислонившихся к стойке пьяниц обернулись и уставились на человека, который их побеспокоил, мутным, но угрожающим взглядом.

– П-п-пейте дальше, - скомандовал человек у двери.

После секундного колебания завсегдатаи вернулись к своим кружкам.

– Уроды пьяные, - пробормотал вновь прибывший, когда в конце концов закрыл дверь и наступил на сырую солому. Он быстро оглядел помещение и прицельно направился в дальний угол, где в одиночестве сидел мужчина.

Капитан Илай Мейкпис оторвал взгляд от пивной кружки и нахмурился.

– Вы опоздали.

Верхняя губа громилы скривилась, но он ответил вежливо.

– Простите, сэр. П-п-п-пришлось немного прибраться.

– Прибраться?
– поднял брови Мейкпис.
– Судя по вашей внешности, я с трудом в это верю. Вы, видно, прибирали какую-нибудь шлюху к рукам или убрали с дороги какого-то бедолагу, - заявил он.
– Не уверен, что вообще хочу это знать, сержант.

Сержант Малачи Бейн был гигантом. Огромная гора мышц, усиленная жутковатого вида алебардой, которую он уверенно сжимал в руке, словно оружие было ее продолжением. Большинство сержантов носили алебарду в знак своего чина, но в могучей ручище Бейна это оружие на коротком древке выглядело смертоносным инструментом, готовым рассечь человека пополам безо всяких усилий. Огромный клинок состоял из трех кошмарных частей: крюка, чтобы стаскивать с лошади всадника или сбивать противника с ног, топора, чтобы рубить врага, и длинного острия, чтобы его протыкать.

Бейн прислонил алебарду к стене, и Мейкпис смотрел, как он усаживается на стул напротив, поражаясь, уже не в первый раз, как ему удалось заполучить под свое командование подобное чудовище.

– Ну и что т-т-теперь?
– буркнул Бейн, и все шрамы на его лице дергались в унисон с заиканием.
– Сэр, - добавил он.

– Как я погляжу, ваши манеры как всегда элегантны, Малачи, - сказал Мейкпис, отхлебнув приличный глоток эля и вытирая блестящие усы тыльной стороной ладони.

– С кем мне нужно в-в-встретиться?
– спросил громила, почесав толстыми пальцами щетину на правом виске.

– Ни с кем. По крайней мере пока. Эй, девушка!
– Мейкпис окликнул девушку, мельтешащую по таверне с тарелками и собирающую пивные кружки.
– Еще две, - приказал он, когда сумел привлечь ее внимание.

– Так каково же будет наше д-д-дельце, капитан?
– понизил голос Бейн.

Мейкпис наклонился вперед, а голос упал почти до шепота.

– Наш хозяин заключил контракт.

Бейн молча уставился на капитана, пока девушка ставила на липкий стол две кружки.

– И?
– спросил он, когда она удалилась.

– У него есть для нас задание.

Бейн не ответил,

но заглотнул половину своего эля за один присест.

Мейкпис подождал, пока Бейн снова сконцентрируется на разговоре, а потом продолжил.

– В сражении при Кинтоне люди Руперта разграбили обоз Эссекса. И наткнулись там на кое-какие интересные бумаги, - сказал он, откинувшись назад, чтобы охладить собственную глотку большим глотком эля. И благодарно рыгнул.

Бейн провел толстой ручищей по щетине.

– И что было в тех бумагах?

Мейкпис по-прежнему говорил шепотом.

– Имена агентов, Малачи. Лазутчиков. Предателей.

– Вроде нас, значит, - хмыкнул Бейн.

– Именно так, мой дорогой сержант Бейн, - слегка улыбнулся Мейкпис.
– К счастью, нас там не упоминали. Вы когда-нибудь слышали о Блэйке?

Бейн медленно покачал головой.

– Личный секретарь Долговязого, - объяснил Мейкпис. Шпионил для круглоголовых. Он написал Эссексу, потребовав большей оплаты за свою тайную деятельность. Это письмо оказалось в захваченном обозе.

Бейн чуть не выплюнул эль на стол.

– Могу поспорить, что принцу это понравилось!

– Потише, сержант, где ваша осторожность?
– прошипел Мейкпис.
– Блэйка зарежут или свернут шею, а может, и то, и другое, не сомневаюсь.

Бейн сделал еще глоток и наклонился вперед.

– Ну так и что насчет него?

Мейкпис тоже наклонился поближе.

– В том письме Блэйк также упомянул, что пришел к взаимопониманию с неким сэром Рэндальфом Мокскрофтом, живущем в местечке под названием Лэнгриш. В Хэмпшире.

– В Хэмпшире? Как по мне, так это самое отхожее место в Англии, сэр, - сплюнул Бейн.

– Точно. А Мокскрофт в нем - самая большая куча дерьма. Он держит под своим контролем всех шпионов короля в южных графствах, но заключил сделку, согласно которой собирается продать все их имена парламенту. В письме Блэйк требует денег для завершения сделки.

– И какое это имеет отношение к нам? Раз уж наших имен там нет.

Вместо ответа Мейкпис пошарил в дублете, пока в его складках не раздался характерный звон металла. Глаза Бейна сузились при появлении туго набитого кошелька, упавшего на стол перед ним.

Рука Бейна змеей метнулась вперед и быстро смела кошелек со стола. Опустив его на колени и развязав тесемки, он разинул рот.

– Золото.

Мейкпис кивнул.

– В соверенах и энджелах [9] . Тут больше годового жалованья, сержант, - прошептал он, пока Бейн жадно исследовал содержимое кошелька.
– Наш хозяин заверил меня, что десятикратно увеличит эту сумму в случае успешного завершения миссии.

Жесткий взгляд Бейна встретился с таким же Мейкписа

9

Энджел (монета получила название по изображению архангела Михаила, убивающего дракона) равнялся 6 шиллингам 8 пенсам, впервые был выпущен в 1461 году. Соверен (назван по изображению короля на троне - «суверена»), равнялся 20 шиллингам, впервые был выпущен в 1489 году.