Кровь предателя

Арнольд Майкл

Всю дорогу от грязных палаток до самого поля Страйкер молчал. Когда они приблизились к лесу, он понял, что те двенадцать человек были солдатами, поспешно заряжавшими мушкеты. У толстых дубовых стволов стояли пятеро насмерть перепуганных человек со связанными сзади руками.

– Захвачены в сражении?
– спросил он.

Принц покачал головой.

– Нет, капитан. После. Это наши. Двое слуг, парочка поваров, а этот, ближний к нам это...

– Капитан Форд.

Руперт пристально посмотрел

на Страйкера.

– Верно. Вы его знаете?

– Слышал о нем. Отличился у Кинтона.

– Томас Форд - предатель. Его сердце темно, как уголь. Блэйк назвал его среди завербованных. Да, капитан, - сказал Руперт.
– К моему великому стыду, еще один предатель Блэйка.

Страйкер наконец всё понял. Для принца Руперта Пфальцского это дело превратилось в вопрос чести. Блэйк, один из самых доверенных лиц принца, оказался парламентским кукловодом сэра Рандольфа Мокскрофта. Руперт воспринял предательство как личное оскорбление, возложив всё бремя ответственности на себя.

– В этом-то вся и суть, - продолжил Руперт.
– Такие люди, как капитан Форд, могут здесь рваться в бой, словно львы на охоту, а в следующую минуту вонзят кинжал в спину короля. Я не могу доверять ни единой душе, кроме дяди, брата Морица и, возможно, вас, капитан Страйкер…

Страйкер удивился такому комплименту.

Руперт не обратил внимания на поднятые брови пехотинца.

– Я молод, капитан, но никогда не считал себя дураком. Я доверял Блэйку с закрытыми глазами, а он все это время был чертовым мятежником. Предавал нас, предавал меня!

Его голос был полон удивления и злости.

– Мой личный секретарь - предатель! Кто следующий? Эстли? Лукас? Кто? Граф считает, что я сошел с ума. Говорит, мне следует просто отписать Паулету в Бэсинг, поручить ему эту миссию. Но я не знаю его. Как я могу ему доверять, с учетом нынешних обстоятельств? Страйкер, нас вместе захватили в плен после Флото. Мы делили тюремную камеру. Вы спасли мне жизнь. Я надеюсь, нет, я молюсь, что могу вам доверять.

– Можете, - просто ответил Страйкер.

– На это я и надеялся. Политике и религии не так легко будет заставить вас переметнуться в стан врага. Вы всегда стояли за нас, и ваше исключительное чувство верности не позволит вам нас покинуть.

Страйкер кивнул.

– Эта проблема должна быть устранена моими руками, - продолжал Руперт, - именно мой человек нас предал. Рутвен согласился со мной. Фактически же подобный сценарий действий выработан лично мною. И я могу по пальцам пересчитать тех, кому доверяю. Прежде вы уже один раз были моим спасителем, прошу вас вновь им стать. Отправляйтесь в Хэмпшир. Добудьте мне этого коварного ублюдка.

Они добрались до леса. Форду нагнулся вперед, голова его свесилась как ветвь дряхлой ивы, но со слухом у него

было всё в порядке, так как он выпрямился, когда до него донесся легкий тевтонский акцент Руперта. Невооруженным глазом можно было заметить, как сильно он избит. Один глаз заплыл коркой крови, губы были разбиты и кровоточили. Несмотря на свое прискорбное состояние, пленнику удалось ухмыльнуться.

– Молитесь, - прохрипел Форд сквозь сломанные зубы.
– У вас нет ни тени надежды. Все вы умрете.

Руперт театрально вздохнул.

– Очень сильно в этом сомневаюсь, Томас.

Ухмылка Форда перешла в граничащий с истерическим хохот.

– Надвигается потоп. Он сметет вас с лица земли.

– Возомнили себя новым Ноем?
– издевательски спросил принц.

Здоровый глаз Форда сузился, взгляд перебегал с Руперта на Страйкера.

– Я всего лишь слуга Господа. Парламент – наш ковчег. Мы уплывем от этого бедствия, а короля с его кавалерами поразит Божья кара.

Принц кивнул в сторону выстроившихся наготове мушкетеров.

– Что ж, Форд, сегодня вам предстоит плавание в один конец.

Капитан Форд склонил голову.

– Если на то будет воля Господа.

Сделав шаг вперед, Руперт внезапно закричал.

– На то моя воля, черт вас дери!

– Она приведет вас прямиком в ад, ваше высочество, - ответил Форд, с усилием подняв лицо, чтобы встретить взгляд молодого генерала.

Руперт покачал головой.

– Иисусе, как же утомительны пуритане. Разрази меня гром, если это не так.

Он повернулся к командиру расстрельной команды, грузному и немолодому сержанту со щетинистыми усами.

– Пристрелите мерзавца.

– Буря надвигается, сэр! – Форд сорвался на крик, отчаянно пытаясь уязвить принца своими предсмертными словами; с дюжину мушкетов нацелились на него.
– Помяните мои слова, надвигается! – он пронзительно и дико, даже пугающе засмеялся.
– Наше оружие не дремлет. В самом сердце вашей армии. Даже сейчас оно не перестает подрывать ваши силы!

– Если вы имеете в виду вашего дружка мастера Блэйка, - перекричал Руперт приказы сержанта, - то вам, возможно, будет интересно узнать, что он гниет в камере, - принц надменно отвернулся.

Смех замер на устах Форда, но, к удивлению Страйкера, лицо его оставалось спокойным. Он улыбнулся.

– Блэйк?

Форд мотнул головой, словно отмахивался от насекомых.

– Он ничтожество. Вам ничего не известно.

Внезапно всё исчезло в пламени и дыму. Растерзанное тело Томаса Форда оторвалось от земли, и его с треском припечатало к дереву.

Наступила душераздирающая тишина.

По темному небу расплылось густое облако порохового дыма. Руперт, наконец, отвернулся от места расстрела.