Кровь ками

Ву Баптист Пинсон

— Я предлагаю тебе свою молитву и эту кровь, — сказал охотник, закрыв глаза, прежде чем нажать большим пальцем на бусину. Затем он опустился на колени и благоговейно воткнул бусину с красными метками в землю. Резким движением Рен встал и поспешил к Сузуме.

— Что?..

— Просто подожди, — взволнованно сказал Рен. — Это будет потрясающе.

Земля внезапно содрогнулась, заставив девушку взмахнуть руками, чтобы сохранить равновесие. Рен ожидал этого и пригнулся ровно настолько, чтобы удержаться на ногах. Земля не просто задрожала, она загрохотала. Под их ногами образовались

трещины, которые сошлись в том месте, куда Рен воткнул бусину. Затем все стихло. Рен не отвел взгляда, и его улыбка не исчезла. Затем земля рядом с бусиной взорвалась; грязь взлетела вверх, подняв облако коричневой пыли.

— Рен? — спросила Сузуме. Он даже не видел, как она упала на задницу.

— Сузуме, — сказал Рен, помогая ей подняться на ноги. — Позволь представить тебе мою хранительницу и подругу, Маки.

По равнине разнесся лай, заставивший птиц взлететь с ближайших деревьев, и, когда пыль осела, Маки заметила своего друга и бросилась к нему. На ее взгляд, ее массивные ноги не могли бежать достаточно быстро, даже если охотник стоял всего в паре шагов от нее. Рен широко раскрыл объятия и, хотя и был готов, выдохнул, когда голова Маки ткнулась ему в грудь. Она толкнула его о дерево, и его смех подпитал ее желание продолжать тереться об него.

— Маки, — позвал он между двумя приступами смеха. — Маки, прекрати. Мы были вместе всего два дня назад. — Но Маки не слушала. — Давай, девочка, садись.

Львица-собака повиновалась, и земля задрожала еще раз, когда она села, высунув язык и растянув рот в улыбке. Затем она заметила девушку с копьем, и ее улыбка исчезла, сменившись рычанием, которое превратило удивление Сузуме в беспокойство.

— Полегче, девочка, — сказал Рен, вставая между своим духом-хранительницей и новой спутницей. — Она моя подруга, понимаешь? — Он прижал руку к груди, затем переместил ее на плечо Сузуме, которая заставила себя улыбнуться и дружелюбно помахала рукой. Маки, казалось, сопротивлялась этому заявлению и рычала еще несколько секунд, дойдя до того, что приняла охотничью позу.

— Рен? — спросила Сузуме сквозь зубы. — Если ты хотел, чтобы я почувствовала себя в опасности, тебе это удалось.

— Маки, — сказал Рен укоризненным тоном. — Достаточно.

Львица-собака гавкнула, и на ее лице снова появилась улыбка. Охотник прижал руку к земле, и Маки легла, так что ее лицо оказалось на одном уровне с его. «Хорошая девочка», — сказал он, медленно протягивая руку к ее морде. Она закрыла глаза, когда он начал почесывать ее за ушком, и Сузуме, наконец, вздохнула.

— Подойди ближе, — прошептал он через плечо.

Сузуме робко сделала шаг, затем другой, стараясь держать копье за спиной.

— Мне тоже ее погладить?

— Нет, если хочешь сохранить свою руку, — ответил Рен. — Она — чистая энергия. Ты обожжешься. Только те, у кого есть Кровь, могут прикоснуться к ней.

— Кто она? — спросила Сузуме, когда достигла уровня Рен. Маки снова открыла свои блестящие золотистые глаза.

— Она комаину, львица-собака. Полегче, Маки, полегче, — сказал Рен своей подруге, когда та застыла при виде девушки. — Сузуме с нами. Она нам нравится,

хорошо? Ты должна защищать и ее. Сузуме, подойди поближе, если хочешь. Только не трогай ее шерсть. Все в порядке, если бы она хотела тебя укусить, она бы уже это сделала.

— Это обнадеживает, — сказала Сузуме, делая еще один шаг вперед. — Она ками?

— Она синши, — сказал Рен. — Посланница ками и хранительница их святынь. Ты, наверное, видела их статуи перед залами.

— Удивительно, — сказала Сузуме.

Сузуме все кажется удивительным, подумал Рен, это освежает. После нескольких лет, проведенных в Ясеки, мир стал не таким уж удивительным, почти скучным. Было приятно посмотреть на него глазами неиспорченного охотника.

— Вчера я говорил тебе, что Крови могут запечатывать души, но мы также можем призывать синши с помощью нашей крови. Обычно для этого мне нужен каменный страж из святилища, но, благодаря четкам Осаму, я могу сделать то же самое, находясь где угодно; по крайней мере, я могу призвать Маки и ее родственников, вместе с которыми дал клятву.

— Она останется с нами? — спросила Сузуме, наконец-то расслабившись в присутствии львицы-собаки. Маки выпрямилась, когда Рен убрал руку, теперь, казалось, ее не беспокоило присутствие девушки.

— К сожалению, нет, — ответил Рен. — Она вернется домой, как только я усну. Мне нужно будет использовать другую бусину, чтобы позвать ее снова. Маки? Готова поохотиться на капп? — Хранительница рявкнула, сразу вставая. — Маки найдет капп и вынюхает их. Тебе нужно только следовать за мной и держаться позади. Может быть, тебе будет страшно, но ты должна оставаться со мной, понятно?

— Да, — нерешительно ответила Сузуме.

— И расчехли свое копье. Оно может тебе понадобиться. Готова, Маки?

Сузуме оставила мягкий чехол для своего копья рядом с их сумками. Она подошла к Рену, и охотник увидел, как на ее юном лице отразилась смесь эмоций. Не так давно он был таким же.

— Просто следуй за мной и постарайся почувствовать присутствие Суги.

Она кивнула, но не излучала уверенности.

Они подошли ближе к пруду, затем обошли его. Рен насчитал еще два ручья, впадающих в пруд и вытекающих из него, но ни один из них не был больше первого. «Маки, начинай отсюда», — сказал он, прежде чем оставить львицу-собаку там, куда он указывал, и вернуться к первоначальному ручью.

Сузуме не отходила от Рена ни на шаг, держа копье двумя руками у груди. Они отошли немного от пруда, затем Рен поднял кулак. На другой стороне воды Маки присела пониже и убрала язык в рот.

— Готова? — спросил он Сузуме.

— Нет, — сказала она.

Рен улыбнулся и опустил руку.

Львица-собака прыгнула в пруд. Ее огромное, но грациозное тело, казалось, повисло в воздухе, прежде чем, наконец, опустилось и шлепнулось прямо в центр пруда. Вокруг нее поднялась стена воды. Сразу же начал идти пар. Затем Маки заметалась, как собака, ищущая свою игрушку, только выражение морды у нее стало диким. По поверхности пруда пошла густая рябь, словно волны разбивались о скалы.