Кровь героев
Шрифт:
Они знали друг друга очень и очень давно, и общего у них имелось куда больше, чем того, что их разъединяло.
Настоящая разница была только в том, что один жил в Константинополе, а другой - где-то в степи, но это совершенно ничего не означало. Каждый из них мог обитать где угодно, а вот понимание мира и интересы у них были общие - интересы настоящих хозяев этого мира.
Циндал на мгновение отвлекся.
Какое это счастье, знать, что ты один из истинных хозяев Мира! Что по одному твоему желанию в единый миг воздвигнуться дворцы и один народ
Пусть копят золото, развивают ремесла, строят дороги и города. Пусть... Пусть забивают свои головы ерундой вроде политики или войны. Пусть правят серой, неразличимой с высот чистого разума массой людишек... Когда таким как он будет нужно, все, что принадлежит им станет их. Сами принесут и попросят взять. Все отдадут таким как они.
К сожалению, присутствовали нюансы.
Магия оставалась бесконечным резервуаром могущества, не только для него. Его сила ограничивалась силами других. К сожалению, её приходилось делить с друзьями и соперниками.
И добро бы это были соратники, маги, разделяющие его взгляд на мир, но не зря мудрые говорят о несовершенстве мира. В этом мире часть силы досталась и его соперникам, могущими предоставить не только повод для разговора, но и серьезные неприятности.
Сегодняшний разговор как раз касался этой категории врагов.
Вместо того, что б поговорить с равным себе об умных вещах, о том, как звуки тайных слов будят Изначальную Силу, ему приходилось говорить о старых врагах, озабоченных ерундой, вроде жизни той мелочи, что прозябает где-то внизу...
– Так дальше продолжаться не может. Я и так слишком много времени трачу на них, - чуть брезгливо выпятив губу сказал Сарс.
– Мои вожди беспокоятся. Всё время надоедают с просьбами... Я двух убил, но новые не лучше. Не дают мыслить о Высоком. Что-то надо с Киевом делать.
Циндал кивнул, вполне понимая, о чем речь. Степь, где сидел Сарс и Русь никогда не жили в мире. Вожди Сарса, как и подопечный Белояна князь Владимир не любили мирного безделья - одного поля ягоды. Разница между ними была только в том, что степняки пощипывали Русь, а славяне, отвечая им тем же, еще и Империю пощипывали. Так что славян нигде не любили.
– Да-а-а-а, - вежливо безразлично отозвался Циндал.
– У нас их тоже не жалуют.
– Я слышал, басилевсы все еще платят дань Киеву?
– ехидно поинтересовался Сарс.
– Это не дань, - отмахнулся Циндал.
– Так... Подачка. Чтоб князь отстал и не мешался под ногами.
– Ну да, ну да...
– закивал Сарс.
Говорить об этом Циндалу не хотелось. Слабость Империи вреде бы бросала тень на его могущество. Ехидность вопроса и улыбочку он оценил и вернул коллеге долг. Притворившись обеспокоенным, он сказал.
– Тут у нас еще одна новость. Принцесса Анна как-то сумела познакомиться с князем Владимиром.
Сарс намека
– Белоян помог?
– Да какая разница? Белоян или кто-то еще показал ей его или через зеркало или через воду.
Намека Сарс опять не понял и Циндал сказал прямо в лоб.
– Влюбился князь как мальчишка. Тут же жениться восхотел!
– И?
– обеспокоенно протянул степной колдун. До него, наконец, дошло, чем все это может кончиться.
Глаза степняка в шаре прижмурились, стали еще уже. Он уже начал просчитывать, как это отразится на Степи. Известный буян каган Владимир и так-то спокойно не сидел у себя в Киеве, а если его еще и Империя со спины подопрет... Нехорошо как-то для его вождей выходило. Это у колдунов симпатии-антипатии, а у князей да императоров вместо этого политика. Тут союзов ищут да выгод. Сегодня тот друг, а этот - враг. А завтра может быть и вовсе наоборот.
Для вождей степняков князь Владимир виделся только помехой, а вот для басилевсов в их сложном положении он мог быть и врагом и другом. Только вот чего стоит его дружба? Золота? Услуг? Невесты?
А для них самих, для магов, важно было то, что за спиной князя маячила фигура Белояна. Унылая такая фигура, страшненькая. А станет князь сильнее на византийском золоте или на новой родне - и Белоян станет сильнее.
– Неужели басилевсы отдадут сестру?
– Царевнам нужны мужья...
– неопределенно сказал византийский маг.
– А императорам - союзники.
– Убрать бы их обоих...
– Кого?- прикинулся непонимающим Циндал.
– Да ладно тебе... Все ты понимаешь.
– Так пробовали уже. Помнишь?
Товарищ только головой мотнул. Воспоминаний хватало. Едва живы остались.
– "Так" пробовали... Значит "эдак" надо попробовать, - не успокоился товарищ.
– Эдак?
– Натравить Империю на них. И что б даже перьев не осталось!
– А зачем это мне?
– спросил Циндал, покивав в нужном месте.
– Зачем это Империи?
Сарс промолчал, но потом все-таки решился.
– Одним врагом у нас стало бы меньше. И каким врагом!
Оба знали, что означает это имя киевского волхва в их мире - СИЛУ. Силу не просто неподвластную им, а часто враждебную. Во имя людей, считающих себя его властелинами, Циндал не хотел будить её. Война магов - страшная вещь.
– А ты сам попробуй.
– А я и пробую!
– резко сказал Сарс.
– Есть у меня мысль как это сделать. Только надо бы всю их силу в одном месте собрать.
– И как же?
– Тайно... Тайный удар иногда лучше явного!...
– объяснил степной маг.
– А то он не поймет...
– с сожалением откликнулся Циндал.
– Враг-то старый. Все мы друг у друга приемы да ужимки наперечет знаем. Его тронешь пальцем, а он в ответ - кулаком. Он, да князь его, известные буяны.
– А надо бы попробовать одним ударом обоих. И одного и другого. Чтоб на ответный удар ни времени, ни сил не осталось. Разом. Собрать их в одном месте и....