Крона огня
Шрифт:
Когда Пипин выскочил на крыльцо с обнаженным мечом в руках, лишь одинокий волк зло рыкнул в отдалении и скрылся в сумеречном лесу. Может, то и был волк? Может, ему только чудится эта странная тень? Может, все беспокойство – пустой морок, нелепые страхи гонимого зверя?..
– Эй, хозяин! – раздалось за каменной изгородью.
Пипин отскочил, досадуя, что меч спрятан за лежанкой и на поясе лишь кинжал. Голос звучал молодо и явно принадлежал человеку, не склонному что-либо просить. Пипин скрылся за толстым древесным стволом, затем шумно выдохнул и улыбнулся. Да уж, страх погони страшнее гончих!
Он выступил на опушку, распахивая объятия. Воин,
– Здравствуй, отец! Ну и глушь! Ну, ты и забрался!
Лис оглянулся. Обязанности командира личной гвардии молодого самодержца в мирное время были не слишком обременительны, однако требовали его присутствия в парижской резиденции. Идти не хотелось, но, с другой стороны, чем-то надо было занять время перед отправкой домой. Чем еще заниматься в мире, где самое интеллектуальное развлечение – послушать проповедь? Подобного времяпрепровождения Лис терпеть не мог и потому делил часы невольного досуга между написанием отчетной баллады и военными упражнениями. На ближайший церковный праздник он назначил баронам смотр строя и песни, и теперь на ходу переделывал «Солдатушки – бравы ребятушки» на средневеково-франкский лад. Впрочем, куда там средневековый, времена совсем еще темные, ничего светлее пышущего огнем дракона ищи – не найдешь.
И вот тут еще этот монах откуда-то взялся. Из дому не выйти, чтоб на святошу не наткнуться.
– Не соблаговолит ли почтеннейший мессир Рейнар уделить мне крошечную минутку своего драгоценного времени?
Сергей хмыкнул про себя: «Ну да, конечно».
– Между прочим, уважаемый падре, деление на минуты и секунды еще не придумано. Это так, к слову, – вскользь бросил он.
– Молодец, хватки не утратил! – Святой отец отбросил назад капюшон.
– Чем обязан, ваша милость? – Лис состроил подобающую случаю уксусно-приторную физиономию. Институтское начальство не часто жаловало местные исторические выселки своим появлением. Впрочем, к лорду Баренсу это относилось в минимальной степени – все же в прошлом он и сам лихой оперативник.
– Я только что от наших металлургов. Они тщательнейшим образом исследовали отправленный тобой на экспертизу меч и, прямо сказать, жаждут познакомиться с автором технологии.
– Это в смысле, хаммари его сковать не могли?
– Ни хаммари, ни абары, ни местные кузнецы, ни японские мастера, до рождения которых осталось еще лет этак восемьсот-девятьсот. Клинок совершенно уникальный. Это не просто высокоуглеродистая сталь. Во-первых, она имеет различные физические свойства в различных частях клинка. Но это еще хоть как-то можно объяснить, а вот почему эти свойства меняются при столкновении с тем или иным предметом, наши металлурги объяснить не в силах. И не только нам объяснить, это было бы еще полбеды, они и сами понять не могут.
– Это шо, когда этим мечом рубишь железо и когда дерево – это получаются как бы разные клинки?
– Да, мой друг, так и есть. При этом меч будто бы сам знает, что от него потребуется.
– Ух ты, какая мозговитая шняга! Камдил узнает – не поверит! – неподдельно восхитился Лис. – Как там, кстати, его поиски? Что-нибудь слышно?
– Увы, пока ничего. Если что-нибудь удастся выяснить, ты узнаешь в числе первых. Но вернемся к мечам, – глава Отдела Разработки мягко сменил тему. – Есть одна загвоздка – без той самой, условно говоря, магической энергии, которой подпитывались воины-абары, он не способен крушить сталь и камни
– А по невозможности? – вкрадчиво уточнил Лис.
Джордж Баренс со вздохом развел руками.
– Работа оперативника сопряжена с опасностями. Мне ли тебе об этом рассказывать?
– Ну, спасибо Бастиану, задал нам всем задачку! Ну, вундеркинд, удружил.
– Да, кстати, – лорд Баренс вновь накинул капюшон на голову, – можешь обрадовать свою команду: они больше не стажеры, а младшие оперативные сотрудники. В штате, с пенсией, бонусами и оплатой командировочных. Действуй!
Глава 3
Беда – хороший учитель, но часто учит плохому.
Пипин Геристальский плеснул воды из бурдюка в долбленную из дерева чашу. Шарль пригубил напиток, предложенный ему, и с удивлением поглядел на отца.
– Готовишься принять монашеский постриг?
Бывший майордом криво усмехнулся шутке сына и покачал головой.
– Тогда что? Если пожелаешь, в следующий раз я привезу тебе хорошего фалернского вина. После недавней победы я разжился тремя увесистыми бочонками.
– Не сейчас. – Опальный вельможа сдвинул брови, точно гневаясь. – Когда вернем отобранное, можно будет вдоволь напиться твоего фалернского, так что прибереги его до лучшего дня. Надеюсь, осталось немного.
– Я разговаривал с Элигием, – утолив жажду питьем, достойным коня, рассказал молодой воин. – Он, конечно, приветлив, как и положено лавочнику, и божится, что сделает меня дуксом кесарского воинства, но это всего лишь слова. Он, может, и хотел бы, но не по зубам ему. К чему пустые обещания, когда личной гвардией Дагоберта командует чужестранец! А мадам Гизелла в нем души не чает. Можно не сомневаться, когда речь зайдет о назначении дукса, обо мне даже не вспомнят. После битвы, в час раздачи наград, Дагоберт поглядел, точно видел что-то важное за моей спиной. Как еще указать человеку на его ничтожество?
– Он на всех так смотрит, – успокоил его Пипин Геристальский. – Ясное дело, кровь-то драконья. Нашим землям нужен другой правитель. Эти крылатые твари могущественны и умны, однако людьми должны управлять люди, а не драконьи полукровки!
– Ты уже попробовал взять власть в свои руки, – мотнул головой Шарль. – Причем в тот момент за тобой стояла немалая сила, и могущество твое казалось несокрушимым. В результате все пришлось валить на Брунгильду. И слава Богу, что заморские гости умудрились извести проклятую гарпию.
– Воистину, Господь наказывает за гордыню. – Пипин встал из-за стола убогой келейки, подошел к оконцу, выглянул, проверяя, не принесла ли вдруг нелегкая какого путника. – Никто в целом мире не мог предугадать, что эти странные люди из никому не ведомых краев появятся в наших землях. Быть может, они и не люди вовсе. И хотя дама Ойген прекрасна, как ангел, полагаю, что к небесному воинству они тоже не имеют отношения. Иначе не вмешались бы в столь богоугодное дело, как устранение от власти драконьего рода. Но я верю, сынок, что мы на верном пути. И Господь, испытав верность нашу, все же дарует победу оружию возлюбленных чад своих.