Кромка
Шрифт:
В общем, выбор имелся, и я ходил по магазину целый час, приценивался и пытался сэкономить. После чего пообщался с продавцами-консультантами и принял окончательное решение. Взял пистолет Макарова с тремя обоймами, стандартной кобурой и полусотней патронов. А также две гранаты Ф-1, двести патронов «семерки» местного производства и два дополнительных рожка. Кажется, покупки относительно небольшие, но за это я отдал девятнадцать рублей, и у меня, после постоялых дворов и расходов на дополнительное вооружение, оставалось еще полтора. Как раз на разгрузку хватит, простые часы, продовольствие и пару суток проживания в Каменце.
С
— Повольник! — Рядом остановилась груженная сеном повозка, на которой восседал молодой румяный возница.
— Ты мне? — посмотрел я на возницу.
— Ага, — кивнул он, и я отметил, что повозка стала таким образом, что закрыла меня от улицы.
— И чего тебе?
В этот момент сено шевельнулось, и мне в шею что-то воткнулось, словно пчела ужалила.
— Блин! — инстинктивно я прикоснулся к шее, и у меня закружилась голова.
«Что со мной?» — промелькнула мысль, а затем перед глазами появились разноцветные круги, ноги подкосились, и я стал падать. Так бы и упал на брусчатку, но меня подхватили чьи-то руки, и разум отключился.
23
Я пришел в себя и обнаружил, что нахожусь в ярко освещенной комнате без окон и почти без мебели. Есть только две настенные лампы, стол с ноутбуком и пара стульев. За столом пожилой, коротко стриженный брюнет в белой рубашке и сером костюме. По виду обычный офисный сотрудник, какими их показывают в российских сериалах, только галстука не хватает. На левой руке золотые часы. Мирный человек. Внешне. Но костяшки пальцев на руках незнакомца набиты и на правой ладони, сбоку, наколка «За ВСпН». Скорее всего, он родом с Земли. Я находился напротив незнакомца и тоже сидел на стуле. Вот только мои руки были привязаны к спинке.
Судя по всему, произошло то, о чем предупреждал Ельников. О моем интересе к ведьмакам и преображенцам доложили княжеским сыщикам. После чего последовал арест. Причем сделали это незаметно и очень быстро. По сути провели небольшую спецоперацию. Не много ли чести для молодого повольника? Не знаю. Как говорится — поживем и увидим.
— Итак, — незнакомец заметил, что я пришел в себя, — начнем?
Он ждал от меня ответа, и я сказал:
— Давай начнем. Я не против.
— Юморишь? — усмехнулся он.
— Нет.
— И это правильно. В свете последних событий тебе светит пожизненный срок в шахтах. Ты понимаешь это?
Я за собой никакой вины не чувствовал. Не было ее. Следовательно, незнакомец решил меня попугать, чтобы я был сговорчивее.
— Говори прямо. Кто ты и чего хочешь?
— Что же, можно представиться, — кивнул он. — Я следователь по особо важным делам Савельев. Ты можешь называть меня Николаем Владимировичем. А кто ты, мне известно. — И посмотрел в ноутбук: — Курбатов Олег Борисович. Одна тысяча девятьсот восемьдесят девятого года рождения. Русский. Потеряшка. Повольник. Пару месяцев находился в отряде Германа. Контракт разорван. Верно?
— Да. Но я не понимаю…
Савельев, останавливая меня, приподнял ладонь. Я замолчал, и он бросил на стол шеврон Жаровой, который
— Твое?
— Мое.
Согласившись с очевидным фактом, я отметил, что сыщики уже успели побывать в «Ирисе» и переворошить мой рюкзак. Профессионально работают.
— Рассказывай. Как эти вещи попали к тебе и почему ты ищешь ведьмаков?
Отпираться смысла не было. Заступиться за меня некому, а вырваться из рук княжеских сыщиков и правоохранителей самостоятельно — нереально. Если молчать, меня станут бить и сделают калекой, а потом, как бесправного раба и ненужного свидетеля, отправят на каторгу или поставят к стенке. Тут все просто и, как правильно сказал Ельников, — на всякий случай. Поэтому я не упирался и предельно честно поведал Савельеву обо всем. Выход в лес. Боестолкновение с дикарями. Появление беса. Уход основной группы. Как оставил Кольцо, встретил Жарову, и о чем она говорила.
Рассказ был недолгим. После чего следователь задал несколько дополнительных вопросов и, оставив меня одного, вышел из комнаты.
Савельев отсутствовал минут сорок. Руки затекли, и мне очень сильно хотелось пить. Попробовал кого-нибудь позвать. Но бесполезно. Попытался развязаться. Не получилось. И все, что мне оставалось, — ждать.
Наконец следователь вернулся. Не один, а с двумя товарищами. Один оставался за моей спиной, а второй присел за стол и придвинул ноутбук.
— Повтори свой рассказ. — Савельев замер рядом.
— Воды дай, — попросил я.
— Потом.
Снова повтор. Я говорил. Человек за столом быстро набивал мои показания в ноутбук. А Савельев постоянно посматривал в сторону второго, которого я не видел.
Пролетело еще полчаса. Комната в очередной раз опустела, и опять я остался один. Но на этот раз следователь вернулся быстро. Он развязал мне руки и дал фляжку с водой.
Размяв кисти рук, я смочил пересохшее горло, посмотрел на Савельева и спросил:
— Ты доволен?
Он кивнул:
— Скажем так, удовлетворен.
— И что дальше?
На губах следователя появилась улыбка:
— Мы хотим предложить тебе работу.
— Кто это «мы»?
— Верные слуги князя Людоты, правителя Каменца. Можешь называть нас сыщиками, как это принято в Каменце, хотя мне больше нравится название Тайная канцелярия.
— Что за работа?
— Станешь моим агентом.
— Типа секретным сотрудником?
— Ага.
— Отказаться, я так понимаю, нельзя?
— Верно.
— Работа в Каменце или за его пределами?
— Пока вне пределов княжества.
— Допустим, я соглашусь. Но есть один момент, который нужно сразу прояснить. Вы не сможете меня контролировать…
— Отличный вывод. — От избытка переполнявших его чувств Савельев хлопнул ладонью по столу. — Я в тебе не ошибся. Ты точно выделил один из ключевых аспектов — контроль; значит, соображаешь нормально. Ходить вокруг да около не стану. Объясню ситуацию просто. Ты не житель Каменца, и нам тебя прижать нечем. Семьи нет, бизнеса нет, вкладов в местные торговые сети или производства нет. Мотивация служить на благо Каменца и князя отсутствует. Однако у тебя нет мотивации служить кому-то другому. Например, ведьмакам, алексеевцам, зеленогорцам или преображенцам. Ты просто катишься по жизни и надеешься пристроиться на Кромке. Желательно с комфортом. Правильно?