Кромка
Шрифт:
Задача у группы простая — выйти на лесные тропы, по которым прошло вражеское войско, и осмотреться. Наверняка противник уже отправляет пленников, в основном женщин, во владения демонов. И если это так, мы должны задержать караван с рабами, вызвать на помощь повольников и освободить пленных. Это главная цель. Но помимо нее есть и вспомогательная. Если группа никого не обнаружит — это знак того, что противник уводит пленных дальними тропами, тогда мы возвращаемся. Попутно находим лесную базу вражеских наблюдателей и по возможности уничтожаем ее.
До полудня было спокойно. Шли быстро
Пришлось покинуть тропу, уйти в чащу, и скорость упала.
Я втянулся в движение. Впереди спина Тропаря, и я шел за ним. След в след.
Вокруг звуки леса. Шум листвы. Редкие крики птиц. Дождь, который время от времени поливал чащобы и бил по веткам. Падающие сверху крупные холодные капли. Все это вгоняло меня в легкое дремотное состояние. Однако благодаря этому я не напрягался, и мне было легко. Тело само знало, что делать. Тем более что груз за плечами относительно легкий. Вот радисту и пулеметчику гораздо тяжелее. У одного помимо вещей, воды и продовольствия еще ПКМН, ночной прицел и восемьсот патронов в рюкзаке, а у другого — рация с запасными батареями…
Стоп! Кольцо, который двигался в головном дозоре, поднял вверх сжатый кулак, опустился на колено и выставил перед собой автомат. Что он увидел? Неизвестно. Однако группа среагировала четко. Все замерли. Один смотрит налево. Второй направо. Замыкающий прикрывает тыл. Оружие на изготовку.
Тишина. Мы были готовы отразить нападение или начать отход. Все зависит от решения, которое примет командир. Но ничего не произошло. Через пять минут Кольцо поднялся и махнул рукой — продолжаем движение.
После полудня сделали привал и немного перекусили. Кольцо обсудил с Федором маршрут движения, сверился с картами, и группа опять стала петлять между мокрыми деревьями. Мы все больше углублялись в лес и отдалялись от реки. Остановки стали происходить чаще, и я заметил, что Елена беспокоится. Она оглядывалась и пару раз подходила к командиру, шептала ему что-то на ухо, и Кольцо резко менял направление.
Нервы были на пределе. Я не понимал наших маневров, но одно знал точно — что-то пошло не так. От Тихой мы собирались идти спокойно. Ведь между рекой и тропами, которые нас интересовали, лесовиков быть не должно. Однако дикари неподалеку. И казалось, что опасность рядом, просто я ее не вижу. Что-то должно было произойти, и когда Кольцо в очередной раз замер, внутри меня взвыло шестое чувство:
«Берегись!»
Нарушать построение нельзя, если нет прямой угрозы, но я его нарушил. Качнувшись вперед, перекатился под корневища ближайшего дерева и лямкой рюкзака зацепился за сучок.
«Блин! — подумал я, освобождая рюкзак. — Сейчас Миша скажет, что новичку не место в разведке и зря Кольцо взял меня на боевой выход».
Однако в этот момент увидел, что в месте, где я находился пару секунд назад, подрагивая серым оперением, торчит стрела.
«Откуда она здесь?» — промелькнула мысль, и я услышал крик Елены:
— Засада!
Со всех сторон
Повольники тем временем попадали на мокрую землю и заняли круговую оборону. Без команды Кольца никто не стрелял. Все ждали приказа, и командир не медлил:
— Внимание! Выбираем цели! Бить одиночными! Миша, Тропарь и Олег! Начинайте кружить!
«Кружить» у повольников значило обходить поле боя по часовой стрелке, срезая вражеских бойцов и очищая территорию. Подобный маневр мы отрабатывали несколько дней в составе звена, но я не ожидал, что Кольцо поставит в тройку «чистильщиков» меня. Впрочем, я не спорил, посмотрел на Мишу, который находился неподалеку, и дождался его отмашки:
— Пошли!
Разведчики открыли огонь, и дикари ответили. Над головой в ствол дерева впилась стрела и, сбросив с плеч рюкзак, я поднялся и вслед за Мишей вломился в чащобу. Тропарь — за нами.
Работа тройкой. Один передвигается, двое прикрывают. Все должно делаться быстро, четко и без долгих размышлений.
— Давай-давай-давай! — закричал Миша, поторапливая меня и Тропаря, а затем выстрелил, и с дерева, уронив лук и колчан стрел, свалился дикарь.
Миша замер. Очередь Тропаря. Он метнулся между деревьями и остановился. Дальше моя очередь. Приклад уперся в плечо. Ствол движется за взглядом. Рывком я преодолел несколько метров — рядом просвистела пуля — и перекатом ушел вперед.
Замер под кучей валежника. Впереди тень. Наших там нет. Значит, противник.
«Огонь!» — отдал себе мысленную команду и потянул спусковой крючок.
Длинная очередь прошлась по стволам деревьев, и я чертыхнулся. Забыл, что стреляем одиночными. В итоге не попал, при стрельбе ствол задрался вверх.
Впрочем, дикарь далеко не ушел. Его достал Тропарь, который срезал лесовика метким выстрелом. И мы продолжили кружить.
— Олег! Стреляй! — услышал я.
Взглядом обшарил лес и ничего не увидел, а потом передо мной появился дикарь. Он пытался сменить позицию, но не успел. Я был начеку, поймал его на мушку и свалил. Пуля попала лесовику в спину и раскинув руки, лицом вниз свалился наземь. Тут же рядом появился еще один противник и он, вместо того, чтобы бежать, прыгнул на меня.
— А-а-а-а!!! — закричал дикарь, у которого в руке был нож.
И если бы я размышлял, как поступить, наверняка он прикончил бы меня. Однако я действовал, как учили. Выставил перед собой АКМ и оружием принял клинок противника.
Мы упали и покатились по мокрой траве. Лесовик продолжал что-то кричать, только недолго. Подскочивший Тропарь выстрелил в него и разнес дикарю череп.
На лицо брызнула кровь и мозги противника. Но я не обратил на это внимания, а вскочил на ноги и подобрал АКМ. Автомат был в порядке, клинок скользнул по затворной раме и ничего не сломал.