Кризис империи
Шрифт:
Он сморщил нос:
– Такого количества обученных солдат не наберется во всем Скоплении, если не считать морпехов Диндымы или флот.
– Значит, набери и обучи их. Это займет шесть месяцев.
– Кого именно обучить? Мы не можем набрать охранников из нашего персонала, у нас и так нехватка рук. Другие департаменты в таком же положении. А конгломераты и латифундии представляют собой замкнутые системы рабочей силы.
– А безработные с биржи труда? Они-то уж точно не входят в эти системы.
– Да уж, совсем за ее пределами. Половина из них воры, другая половина шпионит неизвестно
– Как насчет инопланетян?
– У Джины захватило дыхание, когда в разговоре с человеком она произнесла это слово…
– Инопланетяне? А они могут драться? Даже если и могут, зачем им драться за нас?
Хороший вопрос. И все же Джина продолжала гнуть свое.
– Я думаю, они умеют быть верными, - медленно проговорила она.
– Иногда очень верными…
– Ладно, черт с ним. Запишем просто: «войска», а специфику уточним позже. Что еще нам надо?
– М-м-м… Бронетранспортеры для их перевозки. Из вооружения понадобятся винтовки-пульсаторы - усиленный вариант, парализующие гранаты и переносные плазмометы.
– Да где мы все это возьмем?!
– Выпроси их у военного командования Скопления, купи на базаре, завези с других планет. В любом случае, когда ты знаешь количество своих войск, просто подсчитывай все - транспорт, казармы, подготовку, жалованье - исходя из этого числа. Остальное - экономика. Я могу просчитать все это на наручном калькуляторе за десять минут.
– Ну, не знаю. Этот парень Прейз довольно востер.
– Верю. Но он не всеведущ. Если ты обрушишь на него лавину цифр, ему потребуется в два раза больше времени разобраться в них, чем нам их состряпать. У нас будет время подлатать проект.
– Хочешь быть его соавтором?
– Конечно. Не слишком при этом усердствуя…
– Что ты имеешь в виду?
– спросил Тэд.
– Новый директор хочет…
– Новый директор ни черта не смыслит ни в теории, ни в практике коммуникаций. Чтобы причинить системе реальный вред, не стоит взрывать или брать под контроль какой-то один узел. Нужно в определенной форме подать информацию, исказить ее, переписать текст, слепить поток электронов в соответствии с твоей точкой зрения. Это более утонченный, изящный подход. Армейская атака не изящна.
– Может быть.
– Бертингас в задумчивости уставился на голографический снимок внутренностей станции, затем покачал головой: - Будет слишком легко найти проколы. Директор прищучит нас прежде, чем мы сможем привести проект в приличный…
– Да неужели?! Тэд, директор не знает и не понимает и десятой доли того, что здесь происходит. Он не знает имен и не разговаривает ни с одним из технарей. Когда в последний раз ты видел хоть одну из этих шишек на ровном месте в нашем отделе? Мы-то знаем, кто на самом деле управляет Бюро. Ты или я могли бы подделать передачу, разбить файл на несколько частей, припрятать их за пределами памяти компьютера и дать в эфир, когда нам будет угодно.
– Ты-то как раз и могла бы… Хм… Думаешь, я бы этот файл нашел?
Джина ощутила легкий холод внизу живота. Она иногда ошибалась, если пробовала угадать человеческие
– Я… я не знаю. Может быть, нет. Наверняка нет.
– Но людям Хайкен Мару ты сказала не так, правда?
– Он резко повернулся к ней в своем кресле и пронзил ее взглядом.
Джина знала, что она могла бы одним точным ударом снести ему полчерепа - если ударить по глазницам. Ей, может быть, даже удастся выбраться после этого из здания. А как только она очутится на улице… Но для нее Тэд был чем-то большим, чем просто ходячим куском желе на углеродной основе, от которого надо избавиться. Ее плечи опустились.
– Как ты узнал?..
– Дважды за одно утро мне намекают, что неплохо было бы подправить передачи данного департамента. Первая персона, предложившая это, приложила много усилий, чтобы меня убить, когда я отказался. А он, честно говоря, знает о технологии связи и информации еще меньше нашего босса. Я вынужден предположить возможную связь между обоими случаями.
– Что ты собираешься делать?
– Ты говорила им, что меня следует убить?
– Нет! Никогда, Тэд!
– Они тебе заплатили?
– Нет, тут все иначе. Моя сестра работает в структуре Хайкен Мару. Она спрашивала о моей работе и моих отношениях с тобой. Мы заговорили о технических деталях, и она спросила, могу ли я что-нибудь зашифровать и сфальсифицировать в нашей системе, если захочу. Я ответила, что, может быть, один раз и смогу - что-нибудь незначительное. Но если будет какое-то важное сообщение, вроде передачи из Дворца, то ты, скорее всего, обнаружишь это.
– Поэтому они вынуждены были убить меня.
– Нет… нет, никогда!
– почти провыла Джина. Она опустилась прямо на пол, ноги ее согнулись - такую позу люди называют полулотосом. Для Джины-деоорти это было положением капитуляции. Как если бы человек в подобной ситуации встал на колени.
– Мы шутили, когда говорили об этом. Если бы мне потребовалось, я связала бы тебя и заперла на час или на два. Или трахнулась бы с тобой, одновременно делая свое дело. Но не убить тебя - ни за что я не могла бы убить тебя, Тадеуш!
По ее лицу текли слезы, горячие слезы солей лития. Джина чувствовала, как они размывают косметику, которую она каждое утро накладывала на лицо, чтобы еще более походить на человека. Ей нужно было взять себя в руки: и ее тело, и язык, и эмоции становились все больше характерными для деоорти. Это вызовет отчужденность Тэда. Но она не могла контролировать себя.
– Почему ты?..
– О, помолчи, ты, глупый человек! Я люблю тебя! Ты не член Улья, не сестра, у тебя другой запах, но я люблю тебя от этого не меньше. И ты думаешь, я бы пошла на то, чтобы тебя убили? Теперь ты больше не любишь меня. Это нечестно, Тадеуш!
Он сидел, смотрел на ее макушку и от всей души желал оказаться в этот момент где-нибудь в другом месте.
– Мы - мой народ, - опять начала Джина, - придали себе вашу форму тела. Чтобы такелендир - смешаться с вами. Как могла я не любить тебя? Не переставать любить, пусть даже ты и не любил в ответ. Пусть даже для тебя я всего лишь существо. Ласковая самка. Инопланетянка.