Кривые зеркала
Шрифт:
– Насчёт защиты. Мы случайно не испортили её этим?
– Нет. Защиту нельзя отключить из комнат, системы сделаны так, что охватывают целые этажи. И "алмазная плёнка", теплоэкранирование то есть, и противоподслушивающая "шумелка", и... в общем, смотри проспект отеля, глава "меры безопасности".
– Может быть, потом, поверю тебе на слово, - Ассоль попыталась спрятать зевок.
– Ну и денёк...
– Тогда - спокойной ночи, моя принцесса, - Сергей отвесил шутовской поклон.
– Мой паладин, - девушка царственно кивнула, принимая
– И благодарю вас, ваш сегодняшний подвиг достоин легенд...
– То мой долг, ваше высочество, - всё-таки он знал этикет её мира, и этот поклон получился самый настоящий, "приветствие особы королевской крови".
– Если понадобится, я без колебаний отдам жизнь за вас.
– Сергей, это не шутки, - сказала принцесса, помолчав.
– А я не шутил.
Ассоль склонила голову. Казалось, она готова была заплакать.
– Спасибо, - сказала тихо. Повернулась и пошла в свою комнату.
Сергей посмотрел, как за ней захлопнулась дверь, повернулся к ночному городу. Его отражение, проткнутое огнями, смотрело озадаченно.
– Дурак ты...
– Сергей показал ему язык. Завершив сеанс самоанализа по-русски, перешёл к национальной терапии, то есть к бару. Перебрал бутылки, буркнул "да какая разница", и цапнул что попало под руку. Непатриотичное односолодовое. Зеркальные дубли Сергея неодобрительно посматривали из зеркал бара.
– А вас вообще никто не спрашивал...
К каждой спальне примыкала своя ванная, выглядевшая как уменьшенная копия такой комнаты в иркутской гостинице. Сергей полежал в горячей воде, размышляя о бренности сущего, и проснулся, случайно глотнув этой самой воды. Усталость равномерно размылась по всему телу, под веки словно песка насыпали, спать хотелось до судорог в челюстях. Он снова забрался в одежду и рухнул на койку поверх одеяла, мгновенно провалившись в сон.
Ночь поймала его в сети кошмара. Музей, стена, глазок камеры под крышей крыльца бесстрастно фиксирует происходящее. Сергей знает, что будет, но не в силах изменить. Ассоль поворачивается, улыбается горько:
– Фикция, - говорит, и светлая голова разлетается кровавыми брызгами.
Эльфийка продолжает стоять, уцелевшая половина лица так и ломана горькой усмешкой, губы двигаются: Фикция, угадывается слово. Тело её начинает распадаться, как будто она была акварельным наброском, угодившим под дождь.
Фикция...
Настоящая!..– кричит Сергей.
И просыпается.
Сердце бешено колотилось, заходилось в тоскливом ужасе. Он подхватился с постели, впотьмах едва не расшиб лоб о стену, промахнувшись мимо двери, в большой комнате какая-то мебель попадалась под ноги. Дверь её комнаты открылась навстречу, Сергей почти врезался, затормозил об неё. Придавив желание заорать во весь голос, напряжённо вгляделся и вслушался во тьму.
Темнота
– Не спится?
– глупый вопрос. Ассоль завозилась:
– Чёрт возьми, Холмс, как вы догадались?
– спросила с ядовитым восхищением.
Сергей чуть не засмеялся в голос. Настоящая!..
– Вот, что-то не спится. С чего бы это? Верно, смена часовых поясов, биологические часы пошли вразнос, очередной привет этого тела, - Ассоль бросила попытки поудобнее уместить оное тело и села. Автоматика комнаты включила слабый свет. Сергей увидел, что эльфийка тоже легла в одежде.
– Если придётся вдруг удирать, - пояснила, заметив удивлённый взгляд.
– Понятно.
Разговор затух. Пора исчезать, подумал Сергей и принялся подбирать слова для извинения.
– С людьми поведёшься, нахватаешься дурных привычек, - сообщила принцесса в пространство.
– Никогда раньше не пряталась за словесными кружевами.
И замолчала так надолго, что Сергей собрался задать уточнающий вопрос.
– Вся эта чушь о временных поясах. Вообще-то я спала, - призналась Ассоль.
– И мне снился кошмар, - посмотрела прямо на Сергея, смущённо и твёрдо - вот она я, смейся надо мной.
– Тоже?..
– он вздрогнул, вспомнив собственный.
– Тебе?..
Он кивнул. Повисло неловкое молчание.
– Кстати, про дурные привычки, - девушка деланно засмеялась, - что это у тебя?..
Сергей сжимал в правой руке "пачку сигарет", понятно, старая привычка хвататься за оружие, а вот в левой с изумлением обнаружил бутылку, которую так и не открыл. Ну, хорош, заявился к даме с виски и анашой...
– Наливаться в одиночку не по-русски, - усовестила его принцесса.
– Я не пил, - отпёрся Сергей.
– Даже не открывал. Это... ударное оружие, вот!.. Если кто полезет, я ударю, - изобразил, как.
Эльфийка требовательно протянула руку. Сергей подошёл и торжественно вручил бутылку, девушка свернула пробку, потянула носом и задохнулась.
– Фуфф! напоминает гномий самогон. Пожалуй, воздержусь, - вернула.
– Значит, ударное оружие? Наверняка по мозгам ударяет неслабо.
– Бутылка удобная, квадратная. Бить хорошо, - сказал Сергей.
– Из-под водки круглая, разве что "розочки" бить. А эту ещё и кидать можно.
Эльфийка выслушала, глубокомысленно кивая.
– А водку кидать нельзя?
– Не. Я бы не стал.
– Понятно, - кивнула на "пачку".
– Дай-ка, - выронила протянутую сигарету, чертыхнулась на квенья, помянув назгулов.
– Я передумала пристрастяться... пристрастиваться... пристращаться к людским порокам.
– Это хорошо, - сказал Сергей.
– Хорошо-то хорошо, - она всё искала на одеяле сигарету, - но вот успокоиться мне не мешало бы. Она обладает успокаивающим действием вроде как?