Кривые зеркала
Шрифт:
Лестница привела меня в маленькую прихожую необычайно высокого первого этажа. Мне, конечно, не доводилось бывать в домах простонародья, но я сомневался, что их обитателям необходимы такие высокие потолки. Чтобы разобраться с неясностями, я продолжил знакомство с домом и открыл дверь, ведущую из прихожей внутрь здания, попав в просторную комнату с двумя большими столами. Судя по длине столов, едоков в этом доме обитало немало.
Из "главного зала" вели две двери. Через боковую я попал на кухню. Есть пока не хотелось, и искать
По моему мнению, место идеально подходило, чтобы размять перетруженные мышцы, в которых начала просыпаться боль. Тренировка помогла не хуже массажа. Скоро боль перестала мешать; сведенные в тугие, неподатливые узлы, мышцы расслабились. Привычные упражнения разминки напомнили мне о горькой судьбе моих телохранителей-учителей, но отвлекаться на слёзы и жалость было глупо. Не давая себе отвлечься, я наращивал темп, постепенно усложняя связки. Я почти ощущал, как кровь весело побежала по жилам, радуясь освобождению от мышечных оков-спазмов.
Кот появился на середине разминки.
– Ну что ж, король, вот мы и выяснили, что ты ещё и рукопашным боем владеешь. Глупо спрашивать, умеешь ли ты фехтовать?
– Ага, а ещё меня танцевать учили! И, если хочешь, я раскрашу твои шарики, я заметил, на них краска облупилась.
– Ты что, рисовать умеешь?
– Немного. Фреску не напишу, а шарики раскрасить - за милую душу.
– Ловлю на слове.
Я пожал плечами: пусть ловит, мне-то что.
– Как тебя зовут, король?
– Тони.
– Простовато, для благородного.
– Зато безопасно.
– Надо бы тебе нормальное имя придумать. О! Королём и будешь. Кстати, Фабьо здесь обитает под именем Малыш. Знаешь, я тут подумал, как тебя замаскировать. Хорошо, что у тебя длинные волосы. Из тебя можно сделать девушку.
– Рискованно. Лучше остричь волосы, и не выпендриваться. Представляешь, что будет, если какой-нибудь парень мне под юбку залезет?
– Да уж, его будет ждать неприятный сюрприз!
– С весьма неприятными последствиями для меня.
– Значит, волосы долой. Не жалко?
– Нет, они же заново вырастут. Только их сжечь нужно.
– Какой ты загадочный!
– Усмехнулся Кот.
– Идём уж.
Мы прошли на кухню. Я помог Коту разжечь очаг, он сделал вид, что не понял, что я вожусь с очагом впервые в жизни. Кот усадил меня на пол и огромным кухонным ножом резанул мне по волосам. Я охнул, увидев, как толстая прядь волос падает на пол.
– Не отвлекайся!
– Одёрнул меня акробат, отрезая следующую прядь.
– Лучше рассказывай, что ещё умеешь полезного?
– Так, мелочи всякие. Могу на руках немножко ходить. Там, сальто вперёд,
– Найдутся!
– Хмыкнул Кот.
– Только ножи сейчас непопулярны.
– А если девушку к щиту поставить, и в щит кидать?
– Было, уже приелось.
– Жаль. Хотя, знаешь, может и получится, если девушкой сделать меня.
– Поздно. Я тебя уже обкорнал.
– Кот собрал волосы.
– В огонь?
Я кивнул. Волосы сгорели в яркой вспышке. Я сглотнул и торопливо вернулся к обсуждаемой проблеме:
– Знаешь, Кот, я подумал, что ведь ножи можно сделать смешными.
– Это как?
– Одеваешь, например, меня в нелепое женское платье. Я выхожу на сцену, где ваш мастер ножей развлекает публику. Ну, предположим, хочет поразить мишени, но попадает по ним рукояткой ножа, и мишени падают. И тут я выхожу. Объявляется смертельно-опасный номер, нагнетается обстановка. Я встаю у щита, мастер бросает ножи, и один попадает, предположим, мне между ног. Я зверею, хватаю нож, и начинается гонка с препятствиями.
– Парень, я сбился со счёта, сколько раз ты меня удивляешь! Пошли, попробуем.
Мы вернулись в гимнастический зал, установили щит и две мишени, одну нормальную, а другую сделали падающей. Если бы Кот уронил обе мишени, во что бы он стал кидать остальные ножи?
– Ага, а с какого перепою я в мишень попасть не смогу?
– А вот именно с перепою!
– Ухватился я за случайную подсказку.
– Ты пьян вусмерть.
– Неплохо.
Он прошёлся, пошатываясь, остановился у края импровизированной сцены и пошатнулся, будто сейчас упадёт. Я, осенённый новой идеей, подскочил к нему. Он строго на меня посмотрел:
– Ты ещё за кулисами.
– Тогда это будет кто-то ещё.
Я "оттащил" Кота от края сцены, развернул его к мишеням и требовательно указал на них рукой. Он некоторое время пошатывался, пытаясь сосчитать мишени. Так и не удовлетворившись результатом, он вытянул вперёд левую руку, прицелился сквозь два пальца, и бросил нож. Нож попал в деревянную стойку между двумя мишенями ровно посередине. Недоумённо помотав головой, Кот пошёл вытаскивать нож. Нож не вытаскивался. Тогда он упёрся ногой в стойку, двумя руками дёрнув нож. Не удержавшись на ногах, вернее ноге, он перекувырнулся назад, не выпуская из рук добычу. Я снова подскочил к нему.
– Знаешь, здесь нужно, чтобы тебя кто-то за шиворот поднял и на ноги поставил.
– Да, пожалуй, это будет уместно, - согласился Кот, поднимаясь.
Дурачась, он бросил пять ножей, бьющихся о доску то плашмя, то рукоятями. Последний нож Кот, обижаясь, швырнул во вторую мишень, упавшую от удара с глубоко засевшим в ней клинком. После чего стал ножи собирать. Пока он пытался вытащить застрявший нож, я собрал остальные пять. Вручая их, я сказал:
– Это опять не я. Я сейчас появлюсь.