Кристалл Альвандера
Шрифт:
– Мы и сами себя неплохо защитим! Эннер нас неплохо обучил?
– Да? И в скольких схватках вы победили его?
Я засопел.
– Он все-таки наставник. Чтобы превзойти его, тренироваться надо чуточку поболе.
– Рад, что ты это осознаешь. А раз так, то признай, что ваше искусство как бойцов, очень далеко от совершенства. Каждую работу должны делать профессионалы. Сам это говорил Стиву. Помнишь?
– Ну хорошо, хорошо! А почему их должно быть трое.
– Трое минимум. Один начальник – у него и без того работы хватит по обеспечению общей безопасности экипажа и корабля. А еще двое телохранители для вас. Тебя и Феолы.
– А летчикам не нужны? – уже раздражаясь, спросил
Танаки остался спокоен.
– Летчики – люди военные. Когда они шли в истребители, они знали, что может возникнуть ситуация угрозы их жизни. Это их работа. А вот ваши жизни с сестрой нужны всей Солнечной.
Такое заявление довольно сильно выбило меня из колеи.
– Даже так?
– Можешь не верить. Но твой последний кристалл защиты недавно изучался на комиссии мастеров. Он в восторге и считают его совершенством. Дерри, ты, если сам этого еще не понял, уже на вершине иерархии мастеров-кристалловедов. Твой рейтинг в нем уже третий. И я полагаю, что третьим ты останешься недолго. Твоя сестра тоже не последний человек среди биологов. Многих ты знаешь, способных в одиночку развить новый разум? Поверьте, потерять вас сейчас для Солнечной не самая лучшая перспектива.
– Ну так заприте нас на Земле!
– Талант запереть нельзя. К сожалению. Ограничь мы вас в чем-нибудь и потеряем еще вернее. А специалисты вашего уровня нам нужны как никогда именно сейчас. Ты знаешь, что мы заказали триста Кристаллов Альвандера?
– Мне уже перечислили плату за них, – буркнул я, слега обиженный. Правда сам не понимал на что.
– Тогда ты знаешь и то, что изготавливать кристаллы способны только мастера, а не ремесленники как обычные. И чем лучше мастер, тем лучше получится кристалл. Только мастер способен поделиться частью души с творением. А без частицы души невозможно развить разум в кристалле. Значит двести лучших специалистов-кристалловедов будет отвлечено от остальных работ ради этих кристаллов. По крайней мере, первое время. А таких кристаллов нам нужно намного больше, чем двести, если мы хотим обеспечить Солнечную защитой и построить флот. Через пару месяцев мы сделаем заказ еще на двести штук. А когда они войдут в полную силу ты и сам прекрасно знаешь.
– Девять-десять месяцев.
– Вот именно. После твоего отлета мы еще месяцев восемь не в состоянии будем преодолеть Барьер. А ведь минеральные ресурсы Солнечной основательно выпотрошили еще в эпоху империи. Для наших проектов нам не помешает доступ к ресурсам планет внешней группы и к астероидам.
– Да понял я все. Понял! Буду думать.
– Время есть еще. Я поэтому с тобой и заговорил сейчас. Был уверен, что ты о таких вещах не подумаешь. Ладно, извини, но мне пора идти. Сейчас очередное заседание. Будем обсуждать логистику будущих производственных комплексов. Необходимо замкнуть все промышленные мощности в единую сеть. Но при этом не потерять эффективность поскольку временно придется отказаться от конкуренции. Впрочем, не думаю, что тебе это интересно.
Сложный вопрос… Когда Танаки ушел, я еще минут двадцать сидел на скамейке, изучая окрестные пейзажи. Поскольку база располагалась довольно близко к экватору, то снег тут отсутствовал, о чем сейчас я сильно жалел. Снега не хватало сильно – глядя на него, я всегда испытывал чувство покоя. Конечно, можно отправиться домой – там этого добра навалом, но не хотелось вставать. Так и сидел… сидел и думал…
Глава 35
Следующие несколько дней оказались заполненными уже привычной работой и тренировкой. Правда на два дня отложили очередной испытание по погружению в
Не так уж много в последнее время выпадало нам свободного времени, чтобы отказаться от таких нечаянных каникул. И лучше этим воспользоваться поскорее, потому что вскоре о них узнает Стив и об отдыхе можно будет забыть.
У дома Стэнфорда меня встретил Гарнер, который нетерпеливо подпрыгивал у крыльца. Ему явно не терпелось показать мне результат работы, в которой были и его труды. До самого кабинета конструктора он трещал без умолку, восхваляя продуманность, удобство и суперзащищенность корабля.
– Все ремонтные работы делают аморфообразные роботы. Это для серьезных работ. Еще там куча нанороботов разного назначения.
– Да, профессор рассказывал мне об этой системе. А что за аморфообразные роботы?
– Ты что, не знаешь? Ну эти… их пластелинами обычно называют.
– А-а-а… Так бы и сказал. И много там их?
– Около четырех сотен. Это внутри корабля. Шесть сотен действую во внешних сферах. Работать могут как самостоятельно, так и под управлением из единого центра. Но тебе придется взять с собой инженера. Иначе справиться проблематично будет.
И этот туда же.
– Да, у меня уже есть кандидатура одна.
– Ага. Я видел Веринора. Он приходил к нам по поручению Координатора. Знакомился с проектом. Я ему все показывал и объяснял. Он очень быстро разобрался что к чему. Ему только практики не хватает и знаний. – В этот момент мы вошли в кабинет. – Профессор, вот Альвандер.
Стэнфорд поднял голову от какого-то журнала и осмотрел меня с ног до головы, словно впервые видел. Потом кивнул на кресло рядом со столом и придвинул ко мне коробку, довольно внушительных размеров.
– Вот тут все материалы. Заберешь, когда закончим разговор. Внимательно все там погляди. Все замечания или если захочешь сделать какие изменения, запишешь на инфокристалл и передашь мне. Сколько тебе надо времени?
Я задумался. Потом честно пожал плечами.
– Единый проект я же не видел. Только детали, Зоны по отдельности. Ваши рассказы о различных системах корабля: безопасности, жизнеобеспечения и тому подобное.
– Тогда коротко расскажу о корабле, как общей системе. – Стэнфорд включил проектор. – Сам по себе корабль – четко организованный механизм, где все части при четком взаимодействии друг с другом образуют сложнейших механизм для комфортного и защищенного путешествия.
Мы переглянулись с Гарнером и оба вздохнули. К таким вот лекциям я уже привык и знал, что лучше смириться и слушать. Меньше времени потратиться и не придется выслушивать еще несколько лекция Стэнфорда. Почему он полагает, что все остальные вообще нули полные в его роде деятельности? За те два месяца, что я сотрудничаю с ним, я вполне мог говорить на его языке и даже понимать, что к чему. И в подобном разжевывании не нуждался. Однако профессор с завидным постоянством обращался ко мне как к полному невеже, по несколько раз разжевывая одно и тоже. Это больше всего раздражало при общении с ним.