Крикеры
Шрифт:
— Нет, не сегодня вечером, — немедленно ответил бармен. Он явно ничего не знал. — Могу я предложить тебе хот-дог?
— Может быть, позже, — Фил покачал головой, а затем повернулся, когда аплодисменты толпы стали бурными.
Татуированная блондинка сошла, и на её место вышла Вики.
Ещё одни плохие мысли. Он не видел её с тех пор, как их «поймала» Сьюзен, что, вероятно, было не самой удобной ситуацией для Вики.
«Да, неприятно, — подумал он. — Бьюсь об заклад, это действительно сделало её день».
Музыкальный автомат
«Да, ей не всё равно, что я здесь, — он это ясно видел. — Мне лучше уйти отсюда».
Он положил деньги на барную стойку и направился в заднюю комнату.
Друк, который всегда был стражем крикеров, стоял у двери, скрестив руки на груди. Смесь цветов от стробоскопа, блуждала по его увеличенной голове.
— Привет, Друк, — поздоровался Фил.
— Приве-е-ет…
— Могу я войти и сегодня ночью?
— Коне-е-ечно… — сказал Друк.
— Какая-то влажная ночь, не так ли?
— Да.
— Видел Игла или Пола?
— Нет.
«Настоящий болван, да, сэр».
Друк толкнул дверь двумя большими пальцами левой руки, и Фил вошёл. Сзади сегодня ночью не было так тесно, но он всё равно мог только немногое разглядеть в темноте. Причудливая музыка кружилась в воздухе, в то время как на сцене кружился свет.
— Э-э-э, пошли, — прошептал тихий голос, затем чья-то рука странно схватила его за руку.
Фил не мог не заметить, что в единственной руке был только один палец, хотя сам палец с помощью шести или восьми дополнительных суставов был почти в фут; он обвился вокруг его руки. Это официантка-крикер с сильно возвышающимся лбом провела его к столику. Она прошла через полукруглый проход с помощью крошечного фонарика. Но когда Фил сел и заказал пиво, он заметил, что она держала фонарик тонкой, чахлой «вспомогательной» ручкой, маленькой, как у ребёнка, вырастающей из её подмышки.
«Боже…»
Это зрелище, а также то, что он прочитал не более часа назад, ещё больше расстроили его. Теперь, когда его зрение адаптировалось, он оглянулся вокруг, чтобы оценить аудиторию.
«Чёрт, здесь почти никого нет».
Затем он взглянул на сцену…
Танцовщица выглядела нормальной. Гладкая, белого цвета кожа, только она была в лимонно-жёлтых стрингах с оборками. Глянцевые прямые волосы, чёрные, как чистый обсидиан, переливались до плеч и закрывали лицо гладкой шёлковой вуалью. Фигура в виде песочных часов.
«Её ноги нормальные, а грудь… тоже обычная…» — признал Фил.
В центре каждой груди были розовые неповреждённые соски. Но задняя комната, как он теперь знал, существовала, чтобы вместить
«Что она вообще здесь делает? — подумал он. — С ней всё в порядке».
Когда освещение немного увеличилось, Фил смог увидеть цифру на её подвязке: шесть.
И это дало ему идею.
Он допил пиво, заплатил, дал официантке чаевые и вернулся в холл. Друк всё ещё следил за дверью.
— Эй, Друк, — сказал он. — Думаю, мне бы хотелось провести немного времени с последней девушкой, номер шесть.
Огромная голова Друка кивнула.
— Ага. Точно её, уве-е-ерен?
— Уверен. Так сколько с меня?
— Пятьдесят за поло-о-овину.
Фил понял, что он имеет в виду пятьдесят баксов за полчаса.
— Решено, — сказал он, затем осторожно сунул пятидесятидолларовую купюру в пальцы Друка.
— Просто иди и подо-о-ожди у боковой двери, — сказал Друк. — Её зовут Хани, и она всё сделает пра-а-авильно. Дай ей немного времени, чтобы пригото-о-овиться.
— Хорошо, чувак. Спасибо.
«Да, Маллинзу бы это понравилось! Его звёздный полицейский под прикрытием хочет выудить информацию у проститутки из стриптиз-клуба,» — пошутил про себя Фил, выходя из «Сумасшедшего Салли».
Конечно же, он не собирался заниматься сексом с девушкой. Вместо этого он планировал просто немного осторожно поговорить. Забросить несколько крючков, задать несколько вопросов, посмотреть, что он может от неё получить. И, возможно, она даже могла бы сказать ему, что означают эти странные слова:
«Кожоед… Манн'oна… — подумал он. — 'Oна».
Конечно, это могло быть всё напрасно; у большинства крикеров были серьёзные дефекты речи, и они едва могли связно говорить, а некоторые вообще не могли говорить. Но в клубе он не продвигался, так что это казалось следующим логическим шагом.
«Мне нечего терять, кроме пятидесяти долларов,» — напомнил он себе.
Следуя инструкциям, он ждал у плохо освещённой боковой двери. Сверкнула большая дорожная машина, окрасив одну сторону его лица яркими красными и жёлтыми цветами. Луна смотрела на него из-за деревьев на другой стороне дороги, и ночная влажность, казалось, высасывала пот из его пор.
Затем…
Фил обернулся.
Боковая дверь со щелчком открылась, затем со щелчком захлопнулась. Девушка-крикер стояла перед ним сверкающим силуэтом. Теперь на ней был красный атласный халат. Она постояла там мгновение. Её лицо по-прежнему закрывали блестящие чёрные волосы; казалось, она смотрела на него сквозь чёрные щели.
— Привет, — сказал Фил.
Она распахнула атласный халат, полностью обнажённая под ним.
— У тебя здесь своя машина? — спросила она напряжённым голосом.