Крикеры

Ли Эдвард

— Должно быть, обломно себя чувствуешь, а? — спросил Игл.

— В каком смысле?

— Ты знаешь. Заходишь в заведение и видишь свою бывшую на сцене за стриптизом.

— Ничего особенного, — солгал Фил. — Я слышал, что она здесь работает. Она всё ещё неплохо выглядит, скажу я тебе.

— Она сейчас самая горячая штучка в заведении, — сообщил ему Игл. — Но с тех пор, как ты уехал из города, она и впрямь свихнулась.

— Что ты имеешь в виду?

— Забудь об этом, парень. Давай просто скажем, что она вляпалась в кучу дерьма,

о котором ты не хочешь слышать.

«Нет, хочу!» — Фил чуть не закричал.

Но он сдержался. Игл был именно тем источником информации, который нужен Филу, чтобы получить данные о возможных причастных к наркоторговле в городе. Лучше было не давить на парня, лучше потихоньку культивировать его доверие. Кроме того, Игл, вероятно, имел в виду только то, что Вики потянуло в проституцию, о чём, благодаря фотографическому просвещению Маллинза, Фил уже знал.

«Надеюсь, он это имеет в виду, — подумал Фил. — Что может быть хуже этого?»

— Пора ехать, — сказал Игл. — Завтра рано утром ехать на работу, есть заказ в Миллерсвилле.

— Было здорово снова увидеть тебя, Игл. Ты часто здесь болтаешься?

— Большинство ночей. Давай поскорее соберёмся и обсудим все дела?

— С удовольствием! Буду ждать.

Они разошлись. Игл сел в потрёпанный внедорожник Chevrolet — Фил запомнил номера — и выехал со стоянки.

Как странно…

Фил не вспоминал Игла Питерса с тех пор, как эти сны начали повторяться, и вот теперь этот парень был во плоти.

И что он имел в виду, когда говорил о неприятностях на севере?

И эта история с Вики?

Мог ли Игл намекать на то, что она занималась чем-то б'oльшим, чем просто придорожной проституцией, или Фил просто был параноиком?

«Я становлюсь параноиком, точно,» — твердил он себе.

Он сел в Malibu, завёл мотор и немного подождал. Как много гравийной пыли поднялось на стоянке, через которую он едва мог видеть, так и слишком много мыслей возникло в его голове, слишком много мыслей, касательных дела Маллинза с «ангельской пылью», Игла, Сьюзен, работы в полиции большого города и Вики.

Вики…

«Она вляпалась в кучу дерьма, о котором ты не хочешь слышать…» — вспомнил он слова Игла.

— Боже, — пробормотал он.

Это было совсем не хорошо. Он выпил всего два пива, но чувствовал себя уже пьяным. Её танцевальный номер снова и снова прокручивался в его сознании, как непристойная кинолента: яркие стробоскопические огни лапали её тело, её рыжие волосы мерцали тёмным огнём вокруг её гладких плеч, а груди — которые он когда-то ласкал, будучи влюблённым — выставлялись напоказ, как сырое мясо в какой-нибудь мясной лавке…

«Это её приманка, без сомнения, для её нового ремесла… Да, она самая горячая танцовщица в заведении, и я был когда-то в неё влюблён».

Он чувствовал себя жалким, ничтожеством, слабаком. Тоска по отношениям, которые не сложились.

«Почему ничего не получилось? Из-за меня… — подумал он. — Она теперь стриптизёрша и шлюха, потому

что я бросил её в этом дерьмовом городе».

Он включил фары, приготовившись выехать и вернуться на станцию. Но сквозь пелену пыли он заметил большой Chrysler Коди Наттера, с грохотом подъезжающий ко входу «Сумасшедшего Салли». Из того же входа появилась Вики Стил. Она была на высоких каблуках и в облегающем синем платье с блёстками. Она наклонилась, собираясь сесть в машину Наттера, но остановилась. И обернулась… Она смотрела сквозь серую пыль. Она смотрела прямо на Фила. У Фила упало сердце. Ещё больше пыли поднялось над другим пикапом, и когда она наконец испарилась, Вики вместе с тёмно-алой машиной Наттера исчезла.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Фил пришёл со своей смены около семи часов утра, чтобы разобраться с бумагами и, что гораздо важнее, приготовить кофе до прихода шефа Маллинза в восемь. Сьюзен не спросила его, как дела в «Сумасшедшем Салли», когда он ночью вернулся в участок, чтобы переодеться в форму; возможно, она почувствовала его душевное смятение.

Что это была за ночь!

Всю смену его преследовал образ Вики Стил.

Он попытался собраться с мыслями и сел за большой письменный стол Маллинза, чтобы закончить свою работу, но тут заметил лист бумаги перед собой.

ЗАЯВЛЕНИЕ О ПРОПАЖЕ ЧЕЛОВЕКА.

Некто по имени Кевин Орндорф был объявлен в розыск неким Полом Салливаном.

— Эй, Сьюзен, — позвал он. — Что это за заявление здесь, на столе шефа?

Сьюзен, сидевшая в своей комнате связи, довольно ехидно ответила:

— Это… заявление о пропаже человека.

— Смешно. Ты знаешь кого-нибудь из этих парней?

— Нет.

— Как выглядел этот парень Салливан?

— Как типичный подонок. Он пришёл около часа назад, подал заявление, потому что он сказал, что не видел своего приятеля Орндорфа уже несколько недель.

Взгляд Фила скользнул по листу бумаги.

— Почему он подал его сюда? Эти парни даже не живут в Крик-Сити.

— Да, но последнее место, где видели Орндорфа, было у нас. На самом деле, в «Сумасшедшем Салли».

«В „Сумасшедшем Салли“? Хм-м-м…»

Но почему это должно волновать Фила? В девяти случаях из десяти пропавшие без вести были ничтожествами. Парень, вероятно, задолжал кому-нибудь кучу денег или алименты на ребёнка, поэтому он покинул город и никому не сказал. Такое случалось всё время.

Он вернулся к своему делу, но всё же что-то беспокоило его. Слова Игла:

«Она вляпалась в кучу дерьма, о котором ты не хочешь слышать».

— Эй, Сьюзен, — снова позвал он. — Сделай мне одолжение и проверь Вики Стил, хорошо?

Она хихикнула.

— Проверяешь бывшую, да?

— Не очень весело. Просто сделай это, хорошо?

— Конечно. Дай мне минутку.

Фил ждал, постукивая кончиком карандаша по промокашке Маллинза. Из каморки Сьюзен он услышал щёлканье клавиш компьютера. Затем: