Крикеры

Ли Эдвард

— Теперь ты можешь пригласить меня на ужин или на завтрак, или на то, что мы, ночные оборотни, называем первой едой дня, — сказал он. — Я надену свою лучшую спортивную куртку, если ты отвезёшь меня в какое-нибудь дорогое место.

— А «Закусочная Чака» достаточно дорогая для тебя?

Фил придержал для неё дверь и последовал за ней.

— «Закусочная Чака»? Наверное, мне стоит надеть смокинг.

* * *

Они сели в её машину, симпатичную двухдверную Mazda, за что Фил был очень благодарен. Дело было не в том, что он

был смущён своим помятым, ржавым, глинисто-красным Malibu 76-ого года, это было… ну, что-то, вероятно, хуже, чем смущение. Ни один настоящий мужчина не хотел бы возить привлекательную женщину в таком автомобиле. Машина Сьюзен была чистой и ничем не украшенной, как и она сама, привлекательной без излишеств. Он смотрел, как её светлые волосы развеваются на ветру из открытого окна.

— Помочь припарковаться? — он пошутил, когда она подъехала к «Закусочной Чака».

— Не сегодня, — сказала она.

Внутри они заняли столик в задней части заведения.

«Ещё один взрыв из прошлого,» — подумал Фил.

Прошло более десяти лет с момента его последнего прихода сюда. «Закусочная Чака» была типичной забегаловкой, хотя и чище, чем другие. Официантка средних лет в фартуке и козырьке приняла заказ.

— Так чем ты защищаешься? — спросила Сьюзен.

— Чем защищаюсь? — переспросил Фил.

Сьюзен, нахмурившись, перефразировала:

— Какое оружие ты носишь в свободное от службы время?

— Ах, какое оружие… Но какой странный вопрос. Беретта двадцать пятого калибра.

— Это же пистолетик! — воскликнула она.

Официантка поставила их заказы на стол, затем Сьюзен продолжила:

— В кого ты собираешься стрелять из него? В мошек?

Фил оценил её чувство юмора и ответил:

— Ну, вообще-то я не собираюсь ни в кого стрелять. Ну, может быть, в официантку, если она не принесёт мне немного соли и перца.

— Полицейские должны быть готовы к неприятностям круглосуточно. Что, если какие-нибудь подонки под кокаином попытаются тебя прикончить?

— В «Закусочной Чака»? Слушай, если им нужны моя яичница и окрошка, пусть едят.

— Я не выхожу на улицу с чем-то меньшим, чем 9-миллиметровый пистолет с горячим зарядом, — сказала она ему, а затем небрежно откусила свой чизбургер. — Сейчас я ношу с собой ЗИГ сорок пятого калибра.

— Ты носишь пистолет? — спросил Фил.

— Конечно. Маллинз выдал мне разрешение на ношение оружия, сказав, что это единственный способ, которым я могу защитить себя. Это безумный мир, и за каждым углом есть опасность.

Фил кивнул.

— Да, за каждым углом. Это точно.

И он видел их всех в полиции большого города. Ему захотелось рассказать несколько историй, но прежде чем он успел это сделать, Сьюзен сказала:

— Взгляни! — затем резко открыла сумочку и достала большой неуклюжий автоматический пистолет.

— Убери это! — сказал Фил. — Это закусочная, а не военные учения.

Она пожала плечами и положила пистолет обратно.

— Я подумываю о том, чтобы купить один из Heckler & Koch или, может быть, подержанный Bren-10.

«Как

вам это нравится? — задумался Фил. — У Грязного Гарри есть сестра».

— Если хочешь знать моё мнение, придерживайся более простых вещей.

Она посмотрела через стол, как будто её оскорбили.

— О, это потому что я женщина? Женщины не умеют обращаться со сложными пистолетами?

Фил разочарованно вздохнул.

— Успокойся, Энни Оукли. Подожди, пока однажды ночью ты не окажешься в перестрелке, и твой причудливый пистолет не выстрелит. Ты продашь свою душу за обычный кольт.

Она снова пожала плечами, словно не могла решить, соглашаться или нет.

— Каково это — вернуться?

— Нормально, пожалуй. Работа есть работа.

Она грызла картошку фри, глядя вниз.

— И ещё раз прошу прощения за то, как я обошлась с тобой сегодня утром. Я не имела права говорить такие вещи.

— Не беспокойся об этом, — сказал Фил.

Вообще-то, сейчас это было даже забавно.

«Несколько часов назад она практически обвиняла меня в убийстве, а теперь покупает мне ужин».

— Думаю, у всех нас время от времени бывают плохие дни, — но он решил, что лучше поскорее сменить тему. — Так какие же книги ты читаешь на работе? Ты учишься в колледже?

— Да, медленно, но верно. Я специализируюсь на криминологии. Это мой последний семестр, слава богу. Вечерние занятия пару раз в неделю.

— Это здорово, — признал Фил. — А что ты будешь делать, когда получишь диплом? Работать на Маллинза?

— Ни за что на свете! Я буду работать в Управлении по борьбе с наркотиками или, может быть, в таможне. И всегда есть окружные департаменты на севере. Меньше всего на свете я хочу быть местным копом… — тут она спохватилась и поднесла руку ко рту. — Извини. Без обид.

— Я не обижаюсь, — засмеялся Фил. — Это последнее, чем я хочу заниматься, но в данный момент у меня нет особого выбора.

Её взгляд рассеянно скользнул к окну.

— Этот город… понимаешь? Всё это медленно и отчаянно угнетает. Как только я найду приличную работу, я уеду отсюда.

— Я знаю, о чём ты говоришь, поверь мне, — сказал Фил, но тут же почувствовал себя раздавленным. Он сказал то же самое Вики, не так ли? Он ни за что не станет работать в таком захолустном городе, как этот. Он был слишком хорош для Крик-Сити. А теперь Вики была проституткой, а Фил полицейским.

Эта мысль даже не нуждалась в продолжении.

— Как давно ты работаешь на Маллинза?

— Чуть меньше года, — ответила она. — Он порядочный человек, хотя и немного раздражительный, и он предложил мне работу диспетчера, когда услышал, что я ищу что-то, что поможет мне в колледже. Он знал моих родителей, когда они были живы.

«Лучше об этом не спрашивать,» — сказал себе Фил, хотя и заметил то, что их объединяло.

— Так ты тоже здесь выросла?

— Да, — сказала она уныло. — Мой отец был убит во Вьетнаме. Моя мать работала на разных работах, чтобы помочь нам, но кажется, что чем больше она работала, тем тяжелее становилось.