Крикеры
Шрифт:
— Понял, сэр, — сказал Элиот.
Затем они проскользнули в дверь.
Вонь углеводородов ударила Филу в лицо. Ребята из разведки правильно нашли место.
«Если только у них нет лицензии на производство эфира на закрытом складе,» — подумал Фил.
Все признаки были здесь; это место и было лабораторией.
Здесь было темнее, чем во всём аду.
— Тихо, — прошептал Фил. Он держал свой 65-ый наготове. — И не шаркайте ногами. Мы же не хотим звонить в дверь, правда? И, Кэп, держи лазерный
Это было слишком просто. Вниз по главному коридору, затем налево и направо, как и было изображено на чертежах. Они сразу же оказались на десятифутовом островке с видом на самую большую лабораторию, которую Фил когда-либо видел. Около дюжины человек трудились внизу, под флуоресцентными лампами.
— Не стреляйте, если они побегут, — прошептал Фил, — только если начнут стрелять в нас. Команда Дигнацио ждёт на всех выходах.
Два тактика Фила молча кивнули и заняли защищённые огневые позиции за крышей и подпорками площадки.
«Пора отрастить яйца,» — подумал Фил.
Он смело встал посреди площадки, поднял рупор и спокойно объявил:
— Меня зовут лейтенант Филлип Страйкер из Отдела по борьбе с наркотиками в полицейском управлении мэра, и мне приятно сообщить вам, что вы все арестованы. Пятьдесят полицейских окружили это здание, и по двое парней жаждут убить кого-нибудь у каждого из выходов. Поднимите руки вверх и стойте спокойно. Любой, кто даже подумает сдвинуться с места, будет уничтожен!
А потом он подумал, что эти ребята, должно быть, размякли на старости лет. Все они вскинули головы, разинули рты и подняли руки. Никто не шелохнулся. И ни один пистолет не выстрелил.
Это было похоже на стоп-кадр.
«Я всё-таки не пропущу Yankees,» — подумал Фил.
Несколько секунд спустя группа тактической подготовки двинулась вперёд. Никто не шевелился, никто не хватался за оружие, никто даже не думал о нём.
— Дерьмо, сэр, — прокомментировал Элиот. — Мы выберемся отсюда как раз вовремя, чтобы успеть на все десять танцев в Камелоте.
— Думаю, ты прав, Боб. Дай мне только минуту, чтобы найти Дигнацио.
«Здесь больше лабораторного оборудования, чем на уроке химии в колледже,» — заметил Фил, спустившись по лестнице и пройдя по проходам.
Ребята из шестой группы так быстро скрутили этих ублюдков и надели на них наручники, что превратили это действие в настоящее представление.
«Думаю, они тоже фанаты Yankees».
Дигнацио, рядом с которым стояла пара парней с МР-5, находился в стороне от места действия.
— Привет, Диг, — сказал Фил, стараясь быть по крайней мере вежливым. — Похоже, мы справились без сучка и задоринки?
— Это мои ребята справились. Всё, что ты делал, это прогуливался и нёс всякую чушь.
Фил ухмыльнулся.
«Типично
— Ладно, Диг. Что с зачисткой? Твои ребята проверили все залы?
— Ты не должен указывать мне, как делать мою работу, Страйкер! — Дигнацио свирепо уставился на него: скрюченный, жилистый, с лицом, на котором было больше морщин, чем у настоящей Моны Лизы.
Сержант ушёл, забрав с собой двух стрелков.
Затем послышался какой-то звук, какой-то шорох.
Фил дёрнул головой.
Он напряг зрение и увидел, как что-то промелькнуло.
Тень?
Нет…
Что это?
Он не прошёл и дюжины шагов, как понял, что это не что, а кто.
Маленькая тень, казалось, металась от одной открытой двери к другой.
«Наблюдатель, — подумал он. — Ребёнок».
Фил взял фонарик и пошёл по пыльному линолеуму коридора. Свет мерцал. Затем…
«Господи!»
Парень выскочил из одной из кладовых и побежал к знаку «Выхода нет,» отчаянно шаркая ногами. Несколько стрелков уже прикрывали этот выход снаружи.
— Давай, малыш! Ты не можешь так уйти. Давай поговорим, хорошо? Я не обижу тебя, обещаю!
Печально, что эти банды наркоманов приобщают детей к своему делу. Конечно, они вырастают преступниками — это было единственное, что они знали. И сколько ему было лет?
Десять? Двенадцать?
«Господи,» — уныло подумал Фил.
Парень ударил в дверь, обнаружил, что она заперта, и обернулся, широко раскрыв глаза от ужаса.
Этот парень выглядел лет на семь-восемь.
— Не волнуйся, я не сделаю тебе больно, — заверил Фил. — Но тебе придётся подойти сюда прямо сейчас, чтобы всё было в порядке.
В луче фонарика лицо парня казалось тёмным черепом. На худых смуглых щеках блестели слезы.
«Он чертовски напуган,» — понял Фил.
Хуже всего было то, что окружной суд просто отправлял их в сиротский приют, и в девяти случаях из десяти они просто убегали на улицу при первой же возможности.
— Тебе придётся пойти со мной, — сказал Фил.
Он так и не понял, что за этим последовало, он даже не заметил оружия. В тот же миг в уши ударил знакомый звук малокалиберного пистолета.
Бам! Бам! Бам!
Вокруг был хаос. Яростные огоньки вспыхнули в его глазах; Фил только успел позволить инстинкту самосохранения затащить себя за пустую мусорную бочку. Его фонарик покатился по цементному полу, когда вылетела ещё одна пуля. Фил вытащил служебный револьвер.
— Чёрт побери, малыш! Ты спятил?
Затем он выстрелил высоко над головой ребёнка.
Парень перестал стрелять.
«Как я мог быть таким глупым? Слишком занят, беспокоясь о проклятых Yankees».
Секунду спустя два парня из S.O.D. вышли на свет в конце коридора.