Крик совы
Шрифт:
— А должны спать Видите ли, считается, что врачи привыкают к смерти, но…
Роберт слушал, изо всех сил стараясь не дремать.
— Можно мне узнать ваше имя, доктор?
— Нотт, — сказал доктор. — Альберт Нотт. Мы с вами оба попали в беду. О вашей я читал в газетах. Я знаю, вас подозревают в убийстве Уинкупа. Однажды я вскрывал ему нарыв. Мир тесен, правда? Нарыв на шее. Но судить о людях не мое дело, — он стоял, не шевелясь, маленькая темная фигурка.
Роберту казалось, что доктор парит в воздухе.
— Через минуту вы перестанете
Наступила долгая тишина такая долгая, что Роберт, боясь заснуть, всячески старался побороть сон.
— Я вас слышу, я слушаю
— Попробуйте расслабиться, — сказал доктор, это прозвучало, как ласковый приказ.
Роберт послушался
Доктор начал медленно ходить по комнате взад-вперед. Свет падал от лампы под красным абажуром, она стояла на низком столике у кресла.
— Да, я знаю, что Уинкуп исчез, — тихо проговорил доктор. — Убили вы его или нет, я все равно останусь с вами. Странно, обычно полиция меня не вызывает. Хотя они меня приглашают не в первый раз. Их врач в отъезде, а я — в списке тех, кого приглашают, когда его нет. Вот так. — Наступила короткая пауза, во время которой доктор, держа руки в карманах, дважды прошелся по комнате. — Я слышал, вы считаете, что в вас стрелял Уинкуп, — доктор остановился и стал всматриваться в Роберта, словно не веря, что тот все еще не спит.
Роберт был уже совсем сонный и даже не смог ничего пробормотать в ответ.
— Это логично, — продолжал доктор, кивая, и снова начал ходить по комнате. — Он разъярен вдвойне, ведь его невеста покончила с собой. Вот это ужасно, — проговорил доктор спокойно, или просто голос у него был такой спокойный. — Вы собрались завтра куда-то ехать?
Роберт с трудом ответил:
— Да, я обещал матери повидаться с ней в Альбукерке.
— Не думаю, что завтра вы уже будете в силах.
— А я не думаю, что меня отпустит полиция, — Роберт осторожно пощупал повязку на левой руке, но ничего не почувствовал.
— Еще действует укол, — объяснил доктор. — Я правильно понимаю, что пули тут летают уже второй раз?
— Да
— Знаете, мне кажется, вам надо отсюда уехать, — маленький доктор развел руками, будто это было так просто. — Полиция не станет охранять вас должным образом. Да и в тюрьму вас тоже не посадят.
Роберт перестал бороться со сном. Ему чудилось что он бросился со скалы и летит вниз, но страха не было. Голос доктора еще какое-то время приятно гудел, но потом и его не стало слышно.
22
— Ну-с, с добрым утром, — улыбаясь сказал доктор. Он был без пиджака и стоял рядом с тахтой в ярком солнечном квадрате. — Выспались?
Роберт окинул взглядом комнату. Часов на нем не было. Левая рука болела.
— Ваши часы здесь на столе. Сейчас без двадцати пяти девять, — сказал доктор. — Пока вы спали, вам дважды звонили. Я взял на себя смелость снять трубку. Первый звонок
— Спасибо, — Роберт прищурился, голова у него еще была пустая. Он заметил, что ковер скатан к одной стене, и смутно вспомнил, что вчера, пока вызывал полицию, испачкал его кровью. Роберт приподнялся, собираясь пойти умыться.
— Подождите, не вставайте, я принесу вам кофе, — сказал маленький доктор, выходя в кухню. — Я только что сварил. Вдобавок я еще позволил себе воспользоваться вашей бритвой. Надеюсь, вы не рассердитесь? Вам с молоком? Сахар класть?
— Нет, просто черный, — попросил Роберт.
Доктор вернулся с чашкой кофе.
Роберт старался вспомнить его фамилию. Напп? Нотт? Да, да Нотт, точно Нотт.
— Доктор Нотт, вы сказали, что звонили дважды?
— Да. Несколько минут назад звонил Джек, по-моему, Нелсон. Сказал, что утром зайдет. Так что его можно ждать с минуты на минуту.
Роберт пил кофе и смотрел на довольное круглое лицо доктора Живость доктора, его веселость и добродушие ставили Роберта в тупик. Но лицо доктора притягивало к себе, словно солнце.
— Я остался у вас, чтобы посмотреть, как вы будете себя чувствовать, — сказал доктор Нотт. — Ну и протянуть руку помощи, если понадобится. Ведь вашу-то руку я временно отключил, — доктор засмеялся. — До трех часов у меня клиентов нет, — он пожал плечами.
Теперь Роберт уже окончательно стряхнул с себя сон. И сразу вспомнил: в десять будет звонить мать. Раненая рука не слишком болела, он прикидывал, сможет ли добраться до Нью-Мексико. Сегодня пятница. Завтра днем должен приехать зубной врач Уинкупа и, может быть, сразу даст заключение относительно утопленника. Ночью — вспомнил Роберт — ему опять приснился «Дядюшка Смерть». Только сон вроде был не такой, как обычно, на этот раз Дядюшка Смерть не казался цветущим и веселым. Лицо у него было зеленое. И еще привиделся тот жуткий труп, вроде он лежал на столе, за которым сидел Дядюшка Смерть. Труп не выходил у Роберта из головы, он словно воочию видел его — это почти бесплотное и бесцветное подобие человека — и потому не мог с уверенностью сказать, снился ли ему утопленник.
— Вы разговаривали во сне, — сказал доктор Нотт, и Роберт на секунду ощутил, как его, словно физическая боль, пронзило чувство вины.
— Представляю себе, наверно, насчет смерти, — сказал он.
— Вот, вот! Именно! — сказал доктор так же радостно, как он говорил обо всем. — Вы спросили: «Дядюшка Смерть?» А потом сказали: «Здравствуй!» — но в голосе у вас страха не было, то есть, по-моему, кошмары вас не мучили.
— А мне часто снится сон, он постоянно повторяется, — объяснил Роберт и быстро пересказал сон доктору. — Но мне вовсе не так уж нравится смерть, как вам могло показаться по тому, что я болтал во сне.